Дыхание весны

23. Утро рождественского дня было поистине волшебным. За окном медленно кружили снежинки, светило солнце и погода -5. Паша стоял у окна и наслаждался видом, мысленно поблагодаря Бога за Дашу и дочь, родителей и вообще за всю его жизнь: интересную, порой сложную, а теперь настолько счастливую. — Доброе утро, — услышал он и возвращаясь в реальность, снова плюхнулся на кровать обнимать и целовать Дашу. — Доброе утро, девчонки! — Как же сегодня хорошо, Паш! — потягиваясь сказала Даша. — С Рождеством! — он нежно и долго поцеловал ее. — Наше первое Рождество, — радуясь произнесла она, — а у меня для тебя подарок. — Мммм, интересно, — усаживался Паша в позу лотоса. Даша поднялась и придерживая живот, потянулась в один из шкафов. Надо отметить, несмотря на девятый месяц беременности, тяжести в теле девушка не ощущала, была легкая и подвижная. Она протянула ему цветную упаковку, украшенную бантом. — Красота! — улыбался он, снимая бант, затем провёл пальцами по подарку пытаясь понять, что там, — похоже на рамку. Даша кивнула: — Открывай! — она села рядом. Он сорвал упаковку и на фото увидел себя и Дашу, весной только-только прошедшего года, в их первую встречу после разлуки, на дне рождении Леры. Она растерянная и смущенная, он весело смотрит на неё и робко обнимает за плечи. — Откуда? — смеётся он. — Оттуда, — отвечает Даша и садится напротив, положив ладони на колени. Он притягивает ее за шею, вовлекая в нежный поцелуй, затем отрывается и говорит: — Ох, Дашка, как же мне тяжело сейчас, — она снова целует его. — Осталось недолго, — улыбается она. — Фотка огонь, — отвлекается Паша, — я тогда, как увидел тебя, думал сердце выскочит, — смеясь вспоминает он. — Я тоже планировала упасть в обморок или потерять рассудок от запаха твоих духов. — Ого! Ты никогда не рассказывала, — он водил руками по ее плечам. — Да, а ты ещё чуть не сбежал от меня, — с притворным недовольством говорила Даша. — Я просто знал, что ты выходишь замуж, — Даша удивленно посмотрела на него, — Это знаешь ли была пытка изощрённая. — Кто тебе сказал? Почему-то за все эти 9 месяцев им не пришлось поговорить об этом. — Мама твоя, — и ему снова стало досадно, что с ней все так вышло, — я выбрал ее агенство по работам, которые мне нашла София, она пришла на встречу и я не узнал ее, она меня тоже. Видит Бог, как я офигел, когда прочитал имя в договоре. Даша улыбалась, ей было интересно. — А как она про свадьбу-то заговорила? — Я, конечно, повёл себя как дурак, — почесал затылок Паша, — мама твоя, узнав меня, не хотела подписывать договор, я это видел по ее глазам, но я предложил ей очень хорошие деньги и воспользовался этим. — Негодяй, — шутила Даша, продолжая с интересом слушать. — Спросил, как тебе живётся в Лондоне и тут ее понесло: выложила все как на духу, и когда приехала, и про свадьбу, только не сказала за кого, а мне и не важно было… — Так и не важно, — не поверила Даша. Но Паша кивнул, скривив рот в сторону. — Я-то думал, что всё, точка. Не хотелось больше этих мук душевных, — она с грустью посмотрела на него и обняла, положив голову на плечо. — Было очень ровно, — рассказывал Паша, — я ещё так наглядно при Софии показал ей, что у нас была любовь, — он повторил жест, ударяя ладонями, — вот тогда я думал, она не только договор, но и меня в клочья разорвёт, — смеялся парень. — Как ты мог, Паш? — недоумевала Даша, сдерживая смех. — Да она хотела вбить мне гвозди в запястья, говоря о твоей свадьбе, и делала это умышленно, но не тут-то было… — он сделал паузу, — было не тут-то, пока я не увидел тебя, — он снова посмотрел на фото. Даша быстро нашла его губы, обнимая за шею. Он целовал её, а потом стало невозможно. — Ну хватит, Даш, ты же не садистка, — убирал он ее руки, но она сопротивлялась. — Не садистка, — придвигалась она ближе, — но очень хочется тебя… целовать…— говорила она ему в губы. — Нет, нет, нет, — поначалу сопротивлялся он. Но это поначалу.