Obsessed

Юнги лежал голым на голубых шелковых простынях, и его тело красиво гармонировало королевской бледностью и легким, слегка заметным, румянцем на лице. На шее виднелось несколько засосов, также они были заметны на правой ключице, у левого соска и чуть правее - ниже пупка... Пах парня был прикрыт полупрозрачной шелковой простыней, и он напоминал греческое божество, что замерло в какой-то невероятно привлекательной позе. Мятные волосы были очень нежного цвета, ресницы черные, как смоль, губы тонкие, зацелованные... стоп. СТОП! Голый Юнги, в кровати, в засосах, зацелованный...и вообще, с видом мягко говоря измотанным (ака затраханным). Тэхен не знал, что делать, как реагировать, куда идти, бежать... Вообще не понимал, что происходит. Но его непонимание начало медленно исчезать, когда кадры прошлой ночи стали медленно, но уверенно возвращаться в гепардовую голову. Какая-то волшебная дымка овладела двумя родственными душами, и они сплелись телами, упиваясь губами друг друга. Ким поднялся с кресла вместе с Юнги и направился к кровати.

9 часов назад:

Тэхен перекусил сэндвичем, который приготовил Чон, дал лису стейк из зубатки, потом сгреб животинку с собой и поплелся в комнату. Лис сразу же взобрался на кровать и начал умываться после ужина. Тем временем Ким осматривал комнату. Она была такой же огромной, как и остальные комнаты, и высокие потолки просто поражали. Над кроватью висел высокий красивый голубой балдахин, что слегка развевался от сквозняка, в камине потрескивал огонь, и его огненные блики отбивались по всей комнате, создавая дивные узоры и даря уют. Чуть левее камина находился книжный стеллаж, а правее - столик со стеклянной столешницей и напольным баром. Тэхен склонился к бару и, открыв его, обнаружил там множество различных бутылок с алкоголем. Он вытянул самую красивую бутылку с прозрачным стеклом, в которой было розовое вино, что слегка светилось в темноте, и налил себе в бокал. Усевшись в кресло у камина, он медленно попивал чудный напиток и не заметил, как к нему подошел лис. Он встал на задние лапки и оперся передними на бедро парня, жалобно поскуливая и заглядываясь на бокал с напитком. Ким, не особо задумываясь, налил вино во второй бокал и, взяв лиса на руки, протянул ему. Юнги поначалу лакал из бокала, упираясь лапками в ноги и пресс парня, а потом сам придержал бокал лапами, так как ему понравился вкус. Когда вино было почти допито, оба были настолько пьяны, будто выпили не одну бутылку вина. Лис сидел на парне и шатался, как от сильного ветра, в глазах Кима двоилось, но он увлеченно налил остатки вина в свой бокал и немного отпил, а потом погладил лиса и предложил ему остальное. Вдруг лис медленно превратился в человека и, сидя на коленях Кима, он жадно припал к бокалу, желая испить все до последней капли. И как только последняя капля попала в его рот, казалось, внутри каждого из них поселилась неведомая энергия, что толкала в направлении, которого они так боялись. Тэхен схватил Юнги за талию и развернул к себе лицом, провел носом по его шее, а потом жадно впился в нее губами, неистово вылизывая ее и оставляя засосы. Глаза Юнги закатились от удовольствия, и он откинул голову назад, предоставляя доступ к шее, наслаждаясь юрким горячим языком, что почти сжирал его. Они не помнят, как в неистовом желании срывали одежду друг с друга, как, оголившись, стали обмениваться поцелуями, засосами, укусами. Свет от камина скользил по двум телам, которые переворачивались по кровати, утопая в шелковых простынях, прячась под тонкой вуалью, спадающей с балдахинов, что развевалась от легкого сквозняка... Тэхен помнит лицо Юнги перед собой, его томные стоны, жар его тела, его сладкие скользкие поцелуи. Отчетливо помнит тепло, что разливалось между ними, сладкую боль от проникновения и сумасшедший звон в голове из-за переизбытка чувств. Казалось, быть внутри Юнги - это самое ахуенное чувство в мире, и от каждого движения хотелось еще больше и больше, и больше, пока не выпьешь его до последней капли, как розовый напиток. Хотя к черту напиток, ему хотелось завладеть Мином, слиться с ним в одно целое и сгореть вместе, чтобы никто и ничто не смогло разделить их. Тэхен помнит мокрые простыни, от пота, спермы, слюны... Он помнит, как жадные поцелуи превращались в укусы, засосы, зализывания. Помнит стоны, вдохи и жаркое дыхание в свое ухо от каждого толчка. Первый секс соулмейтов был настолько крышесносным, что продолжался до самого рассвета. И даже когда в камине потух огонь, они не ощущали холода, ведь создавали свой источник тепла и света, и центром их Вселенной были они сами. Дымка от напитка не проходила всю ночь, и если после алкоголя ты медленно отходишь, то с ними этого не происходило. Они заснули в обнимку, голые и уставшие. Оба в следах своей любви. Наконец-то удовлетворенные. Где-то ликовал Эфир, которому удалось хотя бы кого-то совокупить в этом доме этой ночью. +++ Тэхен продолжал смотреть на спящего Юнги, осознавая произошедшее. Но в его голове больше не бушевал страх или другие чувства, которые были первыми после пробуждения. Сейчас, вспомнив свои чувства и ощущения, он решил, что позволит лису самому что-то решить, так что сделал вид, что спит, ожидая пробуждения Мина. Как оказалось, лис любит поспать, тем более после побега в лес, тем более после самого активного траха в его жизни. Разлупив глаза, Юнги потянулся как кошак и, почувствовав прикосновение ткани к телу, понял, что находится не в облике лиса. Осознание происходящего приходило долго. Он, выпучив глаза, смотрел на Кима, потом под простыни, потом на стол с вином, на камин, опять на Кима... И это все могло длиться бесконечно долго, если бы непонимание лиса не прервал голос Кима, что раздавался где-то из-под подушек. - Мы занимались сексом. И я ни о чем не жалею. Я тоже в шоке, как и ты... Но я все помню, и мне понравилось. Если ты не готов говорить об этом, то я уйду. Лис замер, не зная что ответить, а когда Тэ уже начал подниматься с кровати, схватил его за руку и потянул на себя. Быстрый поцелуй, легкое непонимание, а потом очередная волна возбуждения, что накрыла двоих с головой. +++ Чимин сидел на кухне и пил кофе. Рядом молча сидел Чонгук и ковырялся ложкой в хлопьях. Оба выглядели настолько уставшими, что казалось, будто они могут уснуть прямо за столом. Со ступеней послышалось шарканье ног, оба повернули голову к источнику звука. Это спускалась Марисоль, чей вид просто кричал о том, что она не выспалась. Девушка налила себе в кружку кофе и плюхнулась рядом с братом. - Я сначала думала, что это вы... Господи, хотелось в уши себе затолкать одеяло. А потом поняла, что эти стоны, стуки, ахи-охи, рык и крики доносились из соседней комнаты. И прости меня Вселенная, но я выкурила сигару, которую нашла на столике в своей комнате. - Курить вредно, - как-то монотонно ответил Чонгук. - Вредно всю ночь слушать то, что слушали мы. Меня как будто лишили девственности, - девушка допила свой кофе и грустно посмотрела в окно. - Я только надеюсь, что Тэхен не лиса трахал, а человека. Оба парня поперхнулись от смеха, и обстановка сразу как-то разрядилась. Каждый пытался теперь перевести всю ситуацию в шутку. - Они только что начали заново. Вы это слышите? - глухие стоны из комнаты Кима и Мина эхом раздавались по гостиной, и это вызывало сначала смех, а потом волну смущения. - Очень плохая звукоизоляция, однако. - Управляющий сказал, что она есть только в белой комнате, - Чонгук пнул ногой бедро Чимина, и тот от чего-то сразу же покраснел. - Судя по лицу моего брата, ваша звукоизоляция что есть, что ее нет, - Марисоль хотела захихикать, но получила от брата в бок локтем, и по комнате раздался протяжный стон, что вырвался из кого-то на втором этаже. - Не понимаю, почему мы слышали происходящее, если у нас есть звукоизоляция, - Чимин откусил кусок круасана из рук Чонгука и недовольно мотнул головой. - Когда они оба придут в себя... Что будет? Что с Сон Илем? Он ведь там ждет Кима. Я конечно за Юнги, но, прежде чем начинать одни отношения, надо закончить предыдущие. А сидеть одной жопой на двух стульях очень плохо. - Думаю, это не наше дело. Мы постоянно пытались как-то помочь Мину, как-то его удержать или убедить в чем-то. То же самое с Тэ... Кто-то постоянно влиял на решения этих парней, а сейчас они один на один, и у них все хорошо. Да, придет осознание того, что они натворили, и, возможно, их ждут новые препятствия, но они сами должны разобраться. - Согласна с Чоном, - Марисоль кивнула его словам, и Чимин также поддержал этот вывод. Но стоны не утихали, и они приняли решение немного покататься на снегоходах, о которых говорил управляющий. Проветриться им точно не помешает... +++ Тэхен, поддерживая Мина за бедра, зашел в ванную комнату и включил душ. Они не прекращали целоваться, когда теплая вода начала струями смывать с их тел следы любви: слюну, сперму, слезы, пот и кровь. Вода как будто придавала им еще больше сил, и на них нахлынула очередная волна возбуждения, что заставила заниматься сексом в душе, упиваясь друг другом, как в последний раз. Тэхен не мог оторваться от своего лиса. Ему хотелось обладать этим существом, заклеймить собой и не отпускать ни на шаг от себя. Хотелось душу продать только за то, чтобы Юнги принадлежал только ему. И все это желание любви выливалось в жаркие поцелуи, чувственные толчки и нежные объятия. Юнги тонул в этих ощущениях, и было видно, что он желает Кима больше, чем легкие желают кислорода. Оба хотели друг друга и упивались каждой секундой, проведенной вместе. После душа Ким надел на парня махровый халат и помог ему высушить волосы полотенцем. Он стоял позади Юнги, пока тот смотрел в свое отражение в зеркале, как заколдованный. - Я ни о чем не жалею, - мягким бархатом разлилось по комнате. Юнги отреагировал на голос гепарда, как сквозь толщу воды, а потом, казалось, к нему начало приходить осознание и он дернулся, чтобы выйти из ванной комнаты, но Тэхен его обнял со спины и крепко прижал к себе. - Слышишь, мой лис? Я ни о чем не жалею, и не хочу, чтобы ты уходил. - Но у тебя есть другой, Ким... Я не могу объяснить, что с нами происходит, но здравый рассудок будто покинул нас. - Ты ошибаешься... Теперь я мыслю ясно. Наконец-то я чувствую равновесие в своей душе, и причина моей гармонии в тебе. Я не хочу продолжать играть в какие-то игры, жить не свою жизнь. Понимаешь? Больше не хочу быть не собой... Это утомляет, ломает изнутри. Как будто ты носишь обувь, что тебе слишком мала, и все тебе жмет, и ты ощущаешь боль и страдания, хотя сам виноват во всем. Но в тесной обуви вместо ног томится душа. - Я понимаю тебя, но боюсь, Тэхен. Еще недавно мы были врагами, а сейчас нам сносит крышу, и мы особо не прикладывали усилий, чтобы понять друг друга... это наши тотемы или черт его знает что. - Юнги, когда я увидел, что лис, мой Шуга - это ты, я поначалу растерялся, немного разозлился, но в итоге я был рад. Знаешь, я, возможно, даже хотел, чтобы ты был тем лисом, что запал мне в душу, просто я боялся это кому-то озвучить. Боялся даже сам себе признаться в этом. И если в доме у Паков я просто был взволнован и потерян, но я четко начал ощущать, что меня тянет к тебе магнитом. И когда заболел, то единственное, чего желала моя сущность, это чтобы ты был рядом. Не кто-то другой, а именно ты. Как будто от тебя зависит вся моя жизнь... - Но потом ты ушел с Сон Илем. Мы не можем закрывать глаза на его место в твоей жизни. - Ты не знаешь всего... У него появилась Дживон. Да и мы начали как на автопилоте отдалятся, хотя и говорили друг другу совершенно другие вещи. Он тянулся к ней, хоть и был со мной. А я к тебе. Наша связь совсем призрачная, и, скорее, это привычка и остатки нашего общего прошлого. Да, официально мы все еще пара, и нам предстоит во всем разобраться, но... - Ты любишь его? - вдруг прямо спросил лис, и Тэхен слегка кивнул. - Мы привыкли друг к другу, и между нами есть определенная связь. Но та связь, что с тобой, она просто крышесносная... Ты мой соулмейт, и я четко осознаю это и отдаю отчет своим действиям. Я почувствовал эту связь сильнее всего в лесу. Когда искал тебя и боялся, что больше никогда не увижу. Я вдруг подумал, что из-за своей глупости потерял смысл своей жизни и то, что мне подарила сама Судьба. Мне сложно описать все, что творилось в моей душе, но когда я лежал на снегу, мне хотелось, чтобы земля треснула и поглотила меня. А когда увидел тебя на ветке живого... Господи, в тот миг я почувствовал себя самым счастливым человеком во Вселенной, Юнги! - Ты уверен в том, что хочешь быть со мной, уверен, что это не минутное помутнение после стресса? - Юнги не был уверен в Киме, и его можно понять. Он столько времени пытался привлечь внимание гепарда, столько старался, но его постоянно отшивали. А сейчас все в один миг поменялось. В голове все смешалось, все эмоции, которые он чувствовал, все ощущения, которые ему пришлось пережить, как все вкусы сладкого и горького, создавая какую-то безумную какофонию. Лис мечтал о своем соулмейте. Всегда так было. Но все, что ему пришлось пережить, как будто закрыло ширмой, и он смотрел за Тэхеном только издалека, как подглядывал... И вот эту ширму убрали, и Тэ готов быть с ним. Но он не уверен. Ему страшно. Он напуган. И в то же время восхищен, очарован и, кажется, влюблен... Ким развернул к себе парня и затянул в медленный поцелуй. Его руки аккуратно погладили голову, слегка касаясь ушек. Он улыбнулся и вызвал улыбку у мятноволосого. Гепард был уверен...