Obsessed

Тэхен смотрел на спящего рядом лиса и изучал каждую его ресничку. Как он мог раньше не замечать такого красивого парня? Почему раньше он не думал о том, каким прекрасным созданием является его родственная душа. Тэхен вообще-то чувствовал себя дерьмово... Во-первых, его парень лежит в больнице после ножевого ранения, и он не может его проведать или как-то помочь. Во-вторых, рядом с ним лежит его соулмейт, в которого он чертовски втрескался. Но было еще что-то, что он не мог даже объяснить. Какая-то тревожность, из-за которой он чувствовал напряженность даже в воздухе. Мягко коснувшись лба Юнги, Ким проверил его температуру и, убедившись в том, что все хорошо, он направился на кухню. Увидев Марисоль и Джина, он слегка улыбнулся. Вообще, эти двое очень хорошо смотрелись вместе... Но у одного есть соулмейт, а вторая влюблена в Хосока. Ему было, в принципе, не понятно, почему Марисоль одна, несмотря на ее красоту и отличный характер. Девушка была настолько красивой, что ее считали самой привлекательной в университете, но к ней никто не лез, потому что она, казалось, под защитой целой банды. Марисоль, увидев Тэхена, сразу же пихнула ему в руки пластиковую стопку с разноцветными таблетками и кивнула, чтобы тот их выпил. Тэ морщился от горечи медикаментов, но покорно выполнил все предназначения, желая быстрее выздороветь. - Ты звонил Сон Илю? - мягко спросила девушка, садясь рядом с парнем за стол. - Да. Но ему сложно говорить. - Ты что-то решил насчет того, когда скажешь Илю о Юнги? - в лоб спросил Джин, и этот вопрос прошелся током по телу гепарда. Он понимал очень хорошо, что несмотря на происходящее, ему необходимо решить вопрос личных отношений. - Когда он выйдет из больницы. Тогда. Во-первых, не по-человечески делать это раньше, во-вторых - меня просто к нему не пустят сейчас, а по телефону это делать вообще не вариант. - А с Юнги что? Ты строишь свои отношения с ним, пока твой парень думает, что у вас все хорошо. Я верно понимаю? - Джин, что ты мне предлагаешь? - Не спешить я тебе предлагаю! - Джин швырнул газету на стол и сложил руки в замок на груди. - У тебя вечно все галопом! Закрой вопрос с одним парнем, а потом начинай отношения с другим. Ты же своими действиями делаешь больно и Сон Илю, и Юнги. Или думаешь кунице будет хорошо, когда он узнает, что вы уже начали отношения с лисом, пока он в больничке валялся? Или Юнги легко из-за того, что ты еще в отношениях? Ведешь себя, как ребенок! Я не понимаю, чем ты думаешь! И не смей спихивать все на гормоны, тотемов и прочие вещи. - Джин... - Не Джин-кай мне тут! - Черная пантера так разошелся, что перешел на рык, чем заметно испугал Марисоль. Она впервые испугалась чьих-то эмоций и попыталась отстранится, отодвинувшись подальше на диване, но тот сразу же извинился и мягко коснулся ее плеча своим хвостом. Тэхен тоже извинился за лишние эмоции перед девушкой и, забрав кружки со стола, поднялся, чтобы отнести их на кухню. Но далеко он не отошел. Вдруг на него накатила волна страха, и он не, удержав кружки в руках, уронил их с грохотом на пол, и осколки вместе с остатками чая разлетелись во все стороны. +++ Чимин завернул шарфик на шее и мягкой походкой вышел на улицу из больницы. Снега в этом году выпало так много, что это напоминало зимнюю сказку. Вообще, Чимин очень любил снег, мороз, иней и все, что заставляло обычную воду выглядеть так волшебно, переходя из одного состояния в другое. На улице, кроме волшебной снежной сказки, висела какая-то удивительная звенящая тишина, казалось, если прислушаться, то будет слышно как падает каждая снежинка. Это одновременно и завораживало своей красотой, и пугало. Недалеко от больницы проезжала снегоуборочная машина, кто-то из сотрудников больницы уходил домой и вежливо здоровался с Чимином, что успел присесть на скамейку, которую подсвечивал уличный фонарь. Чимину очень нравилось созерцать красоту зимнего пейзажа, и он даже слегка улыбнулся, когда посмотрел на свои руки, что поймали несколько снежинок. А еще на пальчике виднелось колечко, которое ему подарил его черный дракон, и это было главной причиной его приятных чувств на душе. Чимин любит и любим, и это главное. Еще совсем недавно он был неким изгоем, у которого никого нет рядом, и люди его сторонились. А сейчас у него есть свой тотем, свой соулмейт... и даже предназначение. С последним он еще не до конца смирился, но где-то в глубине души понимает, что это сделает его счастливым еще больше. Чимин провел на улице некоторое время и, когда почувствовал что становится холодно, направился внутрь больницы. Ему до жути хотелось домой, к Чонгуку под крылышко, замурчать от тепла любимого тела и наслаждаться поцелуями. У них сейчас такой волшебный период, и хочется окунуться в это чувство с головой... Да вот только проблемы с разных сторон наваливаются, и как будто кто-то или что-то специально не дает им наслаждаться друг другом. Отряхнув снег с брюк, Чимин бодрой походкой направился обратно. Охранника на входе не было, но парень не придал этому никакого значения. Лифт почему-то тоже не работал, но медсестра на ресепшене просто пожала плечами, так что пришлось подниматься по ступенькам. Вдруг парень почувствовал какую-то тревогу, не понимая, из-за чего такое чувство, ведь все было, вроде бы, нормально. И чем ближе он подходил к палате куницы, тем сильнее росло это волнение. Чутье подсказывало поторопиться, и дракон ускорился. Распахнув дверь в палату, Чимин увидел стоящего посреди комнаты парня, которого видел на улице, когда тот проходил мимо него. Чимин запомнил его из-за странного запаха, который исходил от него. И вот он здесь... Сон Иль лежал в кровати с гримасой ужаса и, увидев Чимина, попытался что-то крикнуть, но вырвалось только скомканное: "Беги!". - Ты кто такой? - Чимин стоял на пороге палаты и почувствовал, как дверь позади него захлопнулась и слегка толкнула его в спину. Парень вообще не реагировал на Пака и направился к Илю, держа в руках нож. Чимин, долго не думая, бросился к незнакомцу и, схватив за куртку, отбросил в сторону. У незнакомца вырвалось странное рычание и он направил свой гнев на Пака, размахивая ножом. Несколько махов рукой, хаотичные удары руками, ногами, клацанье зубами... Сон Иль пытался дотянуться до тревожной кнопки, чтобы вызвать медперсонал, охрану, хоть кого-то, но кнопка, что стояла на столике, из-за драки отлетела на пол. Нож так же отлетел в сторону, когда незнакомец отвлекся на секунду из-за Сон Иля, что бросил в него стаканчиком, и теперь драка была сугубо рукопашной. "Минус нож" - это конечно плюс для Пака, но преступник был куда крупнее, и несколько его ударов выбили из блондина всю силу. Из-за последнего удара в грудь, Чимин отлетел в стену и его тотем даже не успел показать свои клыки, чтобы защитить блондина. В глазах резко потемнело, и на грани сознания он почувствовал металлический привкус во рту. Но несмотря на временную беззащитность, гиена бросился к Паку, чтобы добить его, желая нанести еще больше урона, чтобы тот точно не смог помешать ему закончить запланированное. Чимин почувствовал удар по ребрам, что распространился жуткой болью по всему телу, потом удар по ногам... а потом только темнота.

30 минут назад.

Чонгук проснулся после приема медикаментов с жуткой болью в груди, что, казалось, разрывает его изнутри. Чонгук не думал ни о чем, кроме своего соулмейта. Спрыгнув с кровати, он буквально слетел со второго этажа и ворвался на кухню, где сидели остальные. Его глаза сверкали красным, и каждый, кто его видел, ощутил, как волосы на голове становятся дыбом от страха. Руки слегка тряслись, и температура настолько поднялась, что было явно за пределом нормы человеческого организма. Руки от предплечья к шее были покрыты густой черной чешуей, а на голове прорезались небольшие черные рога, что сверкали металлическим отливом. Никто из ребят не решался что-то сказать Чону, просто из-за того, что боялись каким-то образом его внимания или вызвать еще больше злости. У него из груди вырывался угрожающий рокот, и это явно не предвещало ничего хорошего. Он осмотрелся по сторонам, потом вдруг согнулся пополам от боли, что опять пронзила его тело. Марисоль бросилась к парню и помогла подняться, когда он грохнулся на колени. Он схватил фламинго за руку и она почувствовала, что жар тела парня достиг допустимого предела, что буквально высушивал слезы, что не успевали стекать по щекам из испуганных глаз. - Ч...Чим... Чимин, - прошипел Чонгук, а потом еще больше покрылся чешуей и пулей вылетел из дома. Все испуганно посмотрели ему в след, и это вызывало полное ощущение ужаса, непонимания и жуткого осадка на душе. Особенно тревожно было Тэхену, и он вдруг понял откуда все это. Что-то не так в больнице. И опасность грозит обоим парням. Тем временем Чонгук наполовину превратился в дракона и взлетел в воздух. У больницы он оказался очень быстро. Несколько минут и он уже стоял у двери палаты Сон Иля. Дверь буквально слетела из петель, когда Чонгук почувствовал запах крови Чимина и его стон. Чонгук одним ударом откинул от Чимина грозного гиену, и тот, не сразу поняв, кто ему противостоит, схватил нож и бросился на Чона. Вдруг из Чонгука вырвалось пламя, и он направил его на парня, и тот не успел даже с места сдвинуться, но ударной волной его откинуло в сторону балкона, и он вылетел, как пушинка, за перила. Чонгуку было пофигу, выжил этот парень или нет, единственное, о чем он думал, был его соулмейт. Чимин лежал в углу комнаты без сознания, и, увидев такое состояние любимого, Чонгук хотел скулить, как волк, желая забрать всю боль себе, чтобы любимому стало лучше. Пак почувствовал теплое прикосновение к щекам, потом короткие нежные поцелуи, что покрывали его губы, лоб, щеки, шею, руки. Чон сгреб в охапку своего белого дракона, прижав к себе, распустил свои крылья и укрыл себя и своего соулмейта от всего мира. Чонгук не помнит, как в палату ворвался Тэхен с отцом. В первую очередь Тэ бросился к Илю, что шокировано смотрел на драконьи крылья, стена напротив него была полностью черной от огня, а окно вместе с куском каменной перилы выбито. Ким-старший аккуратно коснулся крыла Чонгука, но тот никак не реагировал. Это было проблемой, потому что в палату направлялась и охрана, и полиция, и демонстрировать всему миру двух драконов не хотелось. - Тэхен, иди сюда! - рыкнул отец сыну. - Надо их перенести в другую комнату. Быстро! Тэ помог отцу приподнять Чона, что вцепился в Пака мертвой хваткой, и, не расцепляя, отнесли их в другую комнату. Там уже разрывался от рыданий малыш, и Ким-старший взял его на руки, чтобы успокоить. Тем временем Тэ снова вернулся к Сон Илю. Охрана больницы пустила врача и медсестру внутрь, и те, не задавая лишних вопросов, проверили показатели пациента, а потом вывезли его на кровати в палату напротив, где уже все подготовили. Ким-старший проводил разборки с охраной, что не дежурила у палаты куницы, Ким-младший сидел в палате Сон Иля, но не касался его, боясь заразить ветрянкой. - Расскажи, как все было. От Чимина сейчас узнать что-то нереально, как и от Чона... Так что расскажи ты, - Тэхен успокаивающе улыбнулся кунице, и тому стало немного легче на душе. Сон Иль очень хотел нежиться в объятиях Кима, но понимал, что тот еще болеет и есть риск, так что он терпел это неудобство. - Я уже собрался спать, Чимин вышел на улицу, чтобы немного пройтись и подышать свежим воздухом, - Сон Иль говорил шепотом, но Тэхен все отчетливо слышал. - Но потом в палату вошел этот урод - сталкер Дживон. Я не сразу понял, что что-то не так, а когда осознал, что это не Чимин, то было слишком поздно. Он приближался к кровати с ножом, но вдруг в палату ворвался Чимин и отшвырнул гиену от меня. Потом у них завязалась драка. Я не знаю, под чем была эта мразь, но он швырял Чимином, как пушинку. И что самое ужасное, Пак уже был без сознания, но гиена не мог остановиться и нанес ему еще несколько ударов... А потом ворвался Чонгук. Он откинул от Чимина этого придурка, а потом... Господи, потом из него вырвался огонь, как из огнемета, и гиена вылетел в окно. Тэ сидел, нахмурившись. Гиену они не нашли. Он сбежал. +++ Чимин открыл глаза и увидел перед собой черные глаза Чонгука, что смотрел взглядом, полным любви и нежности. - Как ты, мой маленький? - нежно прошептал Чон, аккуратно целуя блондина в щечку. - Больно, - тихо ответил Пак - Но терпимо. - Я так волновался за тебя, что, казалось, я умирал. И потом прилетел сюда. Я никогда не простил бы себя, если бы не успел. - Но ты успел, Гук-а. Я так скучал по тебе, - Чимин зарылся в шею Чонгука и на полную грудь вдохнул аромат любимого. Ребрам было больно, но счастье от тепла любимого тела было таким большим, что он готов был парить в воздухе от счастья. - Ты скорее всего тоже заболеешь ветрянкой. Так что прости меня за это. Чимин слегка улыбнулся и почувствовал теплые руки на своей талии. Чонгук заботился о нем так отчаянно, что это вызывало только бабочки внутри, что заставляли любить его все сильнее. - Уже день? - Угу. Ты проспал до утра. Палата Иля непригодна для лечения, и его переместили в палату напротив. Утром я перенес тебя в смежную с куницей палату. Врач осмотрел тебя, у тебя есть ссадины и ушибы, из-за которых ты чувствуешь себя плохо. Слава Богам, у тебя нет переломов или травм похуже, но врач попросил оставить тебя до вечера тут, чтобы проследить за состоянием. - Черт... Че же я даже не смог какую-то гиену наказать? Почему я такой слабый? - Ты не слабый, ты просто не ожидал, что он поведет себя так. Ты просто другой, не такой, как преступник. Тем более, он крупный бугай. Тотем просто не успел помочь. Кстати, малыш у Кима-старшего. А то теперь, судя по всему, все заболеем ветрянкой. - Я звонил маме, она сказала, что в детстве я уже переболел... Так что все нормально. Я могу ехать домой. - Если врач разрешит, - Чонгук прижал к себе блондина и заботливо погладил по спинке. Он так испугался за любимого, что готов был сжечь все на своем пути, если бы это понадобилось. Пока Чимин приходил в себя, брюнет связался с родителями и старейшинами. Сам факт того, что кто-то совершил покушение на дракона, меняет всю историю. Теперь гиену будут искать буквально все зоркие глаза, а безопасность Пака теперь на первом месте в клане. Он - последний белый дракон, и его жизнь ценнее всех сокровищ мира. Говорить о повышенной боевой готовности Чимину или что-то рассказывать о поисках преступника Чонгук не планировал. Он переживал и о физическом состоянии парня, и о моральном. +++ Лис вместе с Джином и Марисоль остались дома. Они видели состояние Чона, и как он чуть ли не с ноги вышиб дверь. Потом за ним ломанулся Тэхен, и это обескуражило в первую очередь Юнги. Пойти за ним он не мог. Во-первых, его не пустили бы пантера с Марисоль, а во-вторых, он сам не решился бы на этот шаг. Мин понимал, что пока история с куницей не закрыта, до тех пор ему не будет покоя. А после того, как им сообщили о происшествии в больнице, Мин вообще поник. Лис помнит, как когда-то хотел вызвать хоть какие-то чувства у гепарда и бросался в опасные ситуации, как бабочка на огонь, но это никак не решало вопрос в тот момент. Все дело в душевной связи. У них она начала появляться после того, как они стали общаться... А еще они родственные души. Но и с куницей у него есть связь, потому что они довольно долго были вместе и планировали строить будущее дальше. Но если Мин специально попадал в опасные ситуации, то Иль - жертва обстоятельств. И то, как Ким реагирует на происходящее, говорит, что он что-то чувствует к нему. А что именно - известно только Тэхену. К волнениям Юнги и нервозности Джина добавилось состояние фламинго. Она чувствовала себя так плохо, что им пришлось вызвать скорую. Они не забрали ее в больницу, но сделали несколько уколов и сказали, что парни должны делать, чтобы ей помочь. Ставить компрессики, регулярно измерять температуру и давать лекарства было не сложно. Но из-за волнения за Тэ, Юнги был рассеянным, так что заботу о девушке взял на себя Джин, недовольно отодвигая лиса от кровати. Вообще, Джин с Марисоль пересекались всего несколько раз, и, фактически, они были просто знакомыми, но у большого кота была какая-то особая любовь к Пакам. Сложно понять, но он был как старший братец буквально всем, кто крутился вокруг Чимина и Чонгука, хотя братом он являлся только Тэхену. - Марисоль, ты знаешь где ты? - чуть игриво спросил Ким, наблюдая за тем, как она еле открыла глаза. Врач предупредила, что после уколов она будет немного в прострации, но это нормально. - Дома... - - Все верно. Тебе жарко, холодно? - Жарко. Очень жарко. Ким цокнул, и окунул повязку в холодную воду со льдом, немного отжал лишнюю жидкость и положил компресс на лоб. Было заметно, что она кайфует от холодной примочки, и это вызывало легкую улыбку на кошачьем лице. Джин видел, как она заботилась обо всех, забывая сама принимать лекарства. Она вообще всегда такая, думает о других, но не думает о себе. Есть такие люди, особая каста...Она бойкая и одновременно нежная. Ее черты были настолько удивительными, что она, скорее, напоминала более возвышенного тотема, чем пернатую розовую птицу. Но если у человека уже есть тотем, он ведь не может сменить его... Верно? Увы, размышления Кима прервались, когда Марисоль застонала, а на ее шее появились несколько бело-розовых чешуек, что быстро распространились от шеи к подбородку, плечам и рукам. Ким ошеломленно смотрел на происходящее, пока Юнги в ужасе звонил родителям Чона. Кажется Марисоль больше не фламинго...