Obsessed

Чонгук ощутил, как волна чувств накатила на него, и он вдруг услышал голос любимого. Он слышал его молитву, и она звучала в его голове, как музыка, шумела по его венам, как кровь, и извивалась по телу, как кислород. От одной только мысли, что любимый вышел на связь, Чонгук готов был летать, петь, крушить все вокруг, испепелять огнем и кричать. От счастья. И от счастья и от ярости. Эти два чувства сплелись воедино в одном теле и хотели вырваться драконьим пламенем, но он не мог. Пока не найдет Чимина, он не хотел даже думать о чем-то другом. Это было как адская одержимость, что требовала заполучить свое сокровище и защищать его ценой собственной жизни. Смыслом своего существования Чонгук считал своего любимого и своих детей, все остальное не имело никакого смысла. И его можно было понять. На телефон пришло сообщение:

"Чимин у меня. Дживон в обмен на дракона."

Рядом сидящие Тэхен и Юнги злобно сверкнули на экран. Конечно же, никто не собирался отдавать кошку убийце. Но от мыслей, что Чимин в руках гиены, внутри все горело... Юнги гладил Чона по спине и пытался хоть как-то его успокоить, хотя сам кипел от злости и понимал, что случись такое с Тэхеном, он сошел бы с ума. Услышав о том, что Чонгука шантажируют, все друзья собрались рядом с ним. Родителям сообщили, что Пак жив, но о гиене не говорили, боясь за состояние старших. Родители черного дракона, как могли, утешали родителей Чимина и Марисоль, понимая, что страх за детей - самое страшное чувство. - Мы можем подыграть. Скажем, что отдадим ему Дживон, но устроим ему ловушку. - Пьер придурок, но не идиот. Думаешь, он не понимает, что его может ждать? - Он помешан на мне, - Дживон чувствовала свою вину из-за происходящего и была готова на все, чтобы помочь. - Именно. Он помешан на ней, и он теряет бдительность. Как только он увидит ее, сразу переключит свое внимание с Чимина на нее. - Или у него есть подельники и, поймав Пьера, они уничтожат моего парня и моих детей! Думаю, я должен поехать к нему один... - Ага, шланг тебе под хвостик, неугомонный дракон! Если ты не понял, то не только твоего возлюбленного украли, а и члена моей стаи! А для нас, гордых лисов, это настоящий вызов, и мы никогда не стоим в стороне, когда что-то происходит с нашей стаей! - Юнги, давай будем исходить из... физических возможностей. Ты маленький. - Ах, ты ж придурок! - Юнги со всей силы ударил Тэхена по плечу. - Я маленький? Я беззащитный лис, потому что меньше тебя? Меньше гиены? Меньше драконов? Давай, расскажи мне, что я никто и мой тотем ничего не может! - Боже, Юнги, успокойся! Никто не говорит тебе таких вещей, просто это опасно, и я волнуюсь за тебя, - Ким попытался обнять песца, но тот только фыркнул. - Я сам решу, что мне делать! - Ну уж нет! - из Кима вырвался рык, и Юнги попятился назад, - Я твой соулмейт! И не позволю тебе рисковать жизнью, пока есть я! Я смогу защитить и тебя, и твою стаю! Я гепард, а не беззащитное приложение к полярному лису! - Но Чимина в беде... как же я могу... Как я могу стоять в стороне? - Мин, у Чимина есть я, и я готов весь мир превратить в пепел ради него. Но в то же время, я не хочу рисковать кем-то из вас, так как это моя битва и я все же сильнее вас. И больше. Но вы можете мне помочь своим умом. +++ Чимин сидел на диване и недовольно косился на гиену, который поедал стейк. Чимин тоже хотел есть, но ему не предлагали, так что он просто сидел и сверлил взглядом Пьера. Выпустить огонь и сжечь подлеца он не мог, к тому же есть опасение, что придурок может забрать яйца или еще какую-то мерзость придумать. Так что Чимин молчал. Смотрел и молчал. - Я вообще-то вижу, что ты смотришь... - все же вырвалось у гиены, и Чимин фыркнул. - Тебе не помешает немного похудеть, так что жрать не дам. Только вода. - Придурок! - Чимин залез обратно под одеяло и сгреб свои яйца поближе к себе. Его животик урчал, и он недовольно порыкивал. Страх медленно перерос в недовольство, как только Чимин понял, что гиена не собирается ему причинять вред. Он был настолько ослеплен своей одержимостью Дживон, что остальное его просто не волновало. С одной стороны, это хорошо, но с другой, из-за своей одержимости Пьер кинул своего подельника, и тот скорее всего не будет просто сидеть, сложа руки, ведь заказчик переслал ему аванс за дракона. Спрашивать что-то о безопасности Чимин не мог, ведь он и так в плену, но и сидеть сложа руки и ждать чудесного спасения он не хотел. Блондин закрыл глаза и попытался настроить себя на мысли о любимом Чонгук-и. Сейчас Пак понимал, что совершать какие-то активные действия, даже во вред себе лично, он не может, потому что у него на руках его ценный груз, который может пострадать. Чимину просто хотелось домой! Но пока что он сидит на каком-то грязном диване и, к тому же, голодный, как сотня волков. Радовало только то, что у него не забирают детей... Спустя час началось движение. Пьер пнул диван, на котором лежал Чимин. - Просыпайся, блондинка! Я еду забирать свою Дживон. И если все пойдет по плану, то ты вернешься домой. А потом и твои яйца. - Стоп-стоп-стоп! Ты хочешь забрать моих детей у меня? - Уже забрал... пока ты дрых. - Ах ты ж сука! - Чимин, не нащупав рядом с собой яйца, попытался прыгнуть на Пьера, но цепь больно приземлила его на пол. Гиена только хмыкнул. - Ты думал, я идиот и пойду один против твоего парня и всех ваших друзей? Или, по-твоему, мне так просто отдадут кошку? Я должен гарантировать себе безопасность. Чимин вырывался и дергался, желая наброситься на гиену, но тому было фиолетово. Он одним ударом вырубил Чимина и запаковал его в багажник своего автомобиля. Яйца сложил в коробку и оставил на заднем сиденьи, а потом завел мотор и поехал на встречу. Сегодня он получит свою кошку. Пьер припарковался у бывшего завода, подальше от людских глаз и поближе к железнодорожным путям. Если что-то пойдет не так, у него есть автомат и несколько пистолетов, которые он не побоится пустить в ход. Но вот другим этого слышать не надо, и звук поездов хорошо скроет эту маленькую неловкость. Автомобиль Чонгука он увидел издалека. Он одиноко стоял в указанном месте, и гиена довольно причмокнул, уже предвкушая обладание кошкой. Он вытащил телефон и набрал номер абонента, который уже заждался. - Ты не опоздал. Одобряю! - Меня не волнует твое одобрение, Пьер. Я хочу, чтобы ты отдал мне моего парня и детей! - Дживон привез? - Привез! - И так просто отдашь ее? - Пусть тебя это не волнует. Начинаем обмен? - Угу... - Пьер сбросил звонок и остался сидеть в автомобиле, пока наблюдал за тем, как черный дракон медленно шагал навстречу. Девушка не была испуганной или подавленной. На ее лице не читались эмоции, и это слегка подбешивало гиену. Пьер открыл багажник и сунул под нос парню кусок ткани, которую он облил нашатырным спиртом, и потерявший сознание Чимин быстро пришел в себя, все еще брыкаясь. - Захлопнись, Пак, или я тебе ребра сломаю! Вон там твой Чонгук, так что будь умницей и скоро будешь дома! - схватив блондина, Пьер взял в руки цепь, что сковывала руки парня, и потащил его за собой. Увидев Чимина, Чонгук еле устоял на ногах, и его сдерживала только мысль, что он не может ничего сделать, пока его парень и дети не будут рядом с ним. Разбитая губа блондина и ссадина на скуле были горящей пулей в тело черного дракона, и он буквально чувствовал чужую боль физически. - Где яйца? - вырвалось у Дживон, и Пьер изогнул бровь, не ожидая такого вопроса от нее. - Чонгук, я отдаю тебе Чимина, ты мне - Дживон. И только потом, когда я буду на расстоянии и в безопасности, я верну яйца! - Что? Мы так не договаривались! - Ага, но так же мы не договаривались, что ты будешь с друзьями. А их прибытие мне показали камеры, которые я установил тут днем раньше. Так что не делайте из меня дурака! - Нет... нет-нет-нет, только не так! - Чимин дернулся в руках Пьера. - Я не пойду без детей! Никуда не пойду, блять! - А тебя никто спрашивать не будет! У меня есть преимущество, которого нет у вас! - Что мешает мне сжечь тебя пламенем дракона? - вырвалось у Чона, и гиена противно засмеялся. - Твои дети у меня, как и твой несостоявшийся муженек! И даже если ты убьешь меня и вернешь Чимина, то детей тебе не видать, дубина ты тупоголовая! Чонгук рычал, но не знал, что на это ответить... - Я не пойду! Без детей я не пойду! Чонгук, пусть он отдаст яйца и заберет меня! Лучше я стану залогом, чем они! - Чимин, нет! - Чонгук попытался кинуться в сторону Пьера и Пака, но гиена прижал к горлу Чимина лезвие карманного ножа и слегка надавил на него. - Тише, тигр! А то зарежу твою курочку... - Только тронь его, и я испепелю весь твой род! - Ой, больно надо. Веди сюда Дживон! Но медленно, а то пырну блондинчика! - гиена глазами с расширенными зрачками сверлил девушку, и она чувствовала его взгляд кожей. - Пьер, отдай Чонгуку яйца, молю тебя! Тебе ведь без разницы! - Твоя правда. Мне все равно! Но что ты мне можешь дать взамен на мою доброту? - Все, что пожелаешь! Только сначала отдай Чону яйца, а меня потом... Пусть я буду заложником, но не они... - Договорились, блондинчик, - шепнул Пьер на ухо Чимину и обратился к Чону: - Планы поменялись, Чонгук! Чонгук вдруг напрягся, всеми фибрами души чувствуя, что все будет не так, как планировалось. - Что ты задумал? - Во-первых, ты на мушке у моих людей, - начал блефовать Пьер, - пристегни наручниками Дживон к заднему сидению своего автомобиля, Чимина - к переднему и дай мне ключи. - Что? Что ты несешь? - Взамен отдам ключи. От места, где твои дети. У тебя нет вариантов. Или это, или ничего. Если ты не будешь меня преследовать, я отпущу Чимина в городе. И ты сможешь его забрать. - Ты с ума сошел! Верни мне моего дракона!!! - из Чонгука вырвался настоящий рык, что был похож на рокот камнепада высоко в горах. Гиена чувствовал, что его могут прибить в любой момент, но желание обладать Дживон было таким большим, что из-за своей одержимости он не замечал ничего другого вокруг себя. - Отдай мне Чимина и моих детей! Только тогда отдам тебе Дживон! - Не угрожай мне, а то я из твоих яиц сделаю омлет на своем последнем вздохе. И мне будет похуй! Чонгук еле стоял от злости и, скрипя зубами, направился к своему автомобилю. Дживон села в кресло и успокаивающее прокомментировала: - Все будет хорошо, Чонгук. Не психуй. Ладно? Тот ничего не ответил, ведь именно сейчас к нему подошел Чимин под прицелом Пьера. Чону показалось, что блондин за это время исхудал, а ссадина на скуле и запекшаяся кровь на губе заставляла черного дракона биться о клетку собственных ребер. Чонгук сжал Чимина в своих объятиях, и его голос дрожал, сердце стучало, как бешеное, а глаза слезились. Кончики пальцев простреливало током от каждого прикосновения к любимому, но подлая гиена выстрелила в воздух, и оба дракона дернулись. - Хватит нежностей, чешуйчатые! Чонгук, медленно направляйся ко мне! Чон наклонился к Чимину и быстро чмокнул его в губы. - Я спасу тебя! Любой ценой! - Чонгуки... Чимин сжался и желал стать совсем крохотным, чтобы уместиться в кармашке Чонгука и убежать вместе с ним на край света. Белый дракон просто хотел вернуть свою жизнь и не заставлять любимого человека рисковать собой... Чонгук направился в сторону гиены, и тот остановил его за метров 10 от себя. - Я иду к твоему автомобилю и оставляю ключи на лавке. Я держу тебя на мушке и разрешаю тебе взять ключи только после того, как сяду в твою машину. Понял? Чонгук еле сдерживался, но по-другому поступить не мог. Гиена вальяжно проследовал к автомобилю Чона и, сев за руль, кивнул Чону, чтобы тот взял ключи и направился к машине Пьера. Чонгук бросился к черной иномарке и трясущимися руками начал открывать все двери, багажник и, увидев коробку, медленно открыл ее, боясь сделать хоть малейшее неверное движение. Яйца на месте. Целые. Стали немного больше и все покрыты жесткой и острой чешуей, что защищала малышей от похитителя. Он коснулся пальцами первого яйца, и малыш, почувствовав силу отца, сразу же убрал жесткую чешую, оставляя более мягкую и светлую. Он поднял каждое и поцеловал, как будто они были уже настоящими детьми. В ответ на нежность он почувствовал волну тепла, что исходила с разной силой от каждого, и родительское чутье подсказало, что совсем скоро они увидят мир, как люди и драконы. Вдруг он услышал, как мотор второго автомобиля заревел, и после он направился в сторону эстакады. Чон завел машину Пьера и планировал направить ее за гиеной, но оказалось, что оба задних колеса пробиты. Это настолько обескуражило Чона, что он забыл, что в засаде сидели его друзья. Намджун резко затормозил у Чонгука, и тот, закрыв яйца в коробку, переложил их на заднее сиденье в кресло Ха Ныля. - Я не ожидал, что он будет шантажировать, - пролепетал Чонгук. - Что я наделал? Как я мог отпустить их? - Он угрожал детям... Ты все сделал правильно. - Теперь у него и Чимин, и Дживон, - Чонгук еле сдерживал себя, и если морально это было более-менее успешно, то физически - ни на йоту. Он почти весь покрылся черной чешуей и был готов вот-вот извергнуть пламя. - На Дживон жучок. А твой автомобиль - вообще чудо техники, и мы легко ее обнаружим. А Чимин... Чимин ему не нужен. Держи рядом телефон. Возможно, он выпустит Чимина быстрее, чем мы поймаем подлеца. Тем более, у Дживон есть запасной план. - Если он не обнаружит этот план быстрее. - Хватит, Чон! Радуйся, что все твои дети целы! Чимина и Джи вернем! - Намджун повысил голос, но сразу же осекся. - Прости, прости, друг! Просто нам надо быть стойкими. Чонгук закрыл глаза и судорожно вдохнул воздух. Его катастрофически не хватало, и было неясно, это из-за нервов или ярости тотема. +++ Чимин сидел на переднем сидении рядом с гиеной, и ему до безумия хотелось вырубить его. Хотелось к Чонгуку ужасно, но и оставлять девушку наедине с извергом он не планировал. Тем не менее, Дживон не была брошена на произвол судьбы, и именно сейчас в ход пошел план, который составили парни раньше. Вдруг из-под воротника Дживон вылезла проворная маленькая куница и, соскользнув по пальто девушки, направилась к переднему сидению. Чимин увидел краешком глаза, как Сон Иль в облике своего тотема взобрался на кресло Пьера и, кивнув Дживон, бросился на шею подлеца. Следующее, что Чимин помнит, это хаотичные взмахи рук Пьера, крики и визги, капли крови, что размазывались по лобовому стеклу, и визги тормозов. Машину швыряло , как тряпичную куклу, и пассажиры не имели даже представления, куда их занесет... Все остановилось резко. Сильный удар о капот автомобиля, выстрел подушек безопасности и боль от ремней, что разлилась по грудной клетке. Чимин увидел, что Пьера припечатало настолько сильно, что его лица даже не было видно. Сон Иль вцепился зубами в плечо гиены и после удара он каким-то невообразимым образом не влепился в стекло и не вылетел из машины, а оставался все там же. Дживон повисла на ремнях безопасности, и куница быстро перебежал к ней, нюхая ее лицо и облизывая щечки. Девушка слабо реагировала, но в целом на ней не было каких-то заметных увечий. Зато ранения наблюдались у блондина. От столкновения его задело осколками, и удар о подушку безопасности был слишком сильным, так что он, склонив голову, пребывал где-то между реальностью и сном. - Чимин! Господи Боже... Да что ж такое? Почему я не могу открыть эту чертову дверь! - Чимин слышал обрывки слов, криков, но не осознавал, что происходит. С его головы маленькими капельками стекала кровь, марая собой белую кожу щек, подбородка и приземляясь на старую одежду, которую ему всучил Пьер. - Дживон у меня! - рядом послышался второй голос. Потом началось какое-то копошение, несколько мощных ударов под рык, и вдруг Чимин почувствовал, как его лицо встретило прохладный ветер, потом легкое покалывание от снежинок, что разбивались о его изящную красоту... а потом теплые поцелуи, вперемешу со слезами, что оставляли свой соленый след, как остатки брызг атлантического океана. - Чим... мой Чимин, - сильные руки сжали хрупкое тело, и тепло разлилось по мышцам, как сладкая патока, утоляя собой голод и жажду. - Очнись, мой милый! - Давай садись! Нет времени! - Намджун аккуратно уложил Дживон на заднее сидение, а сверху уложил Сон Иля, что все еще пребывал в облике тотема, но был довольно возбужденным и, видимо, очень беспокоился о бессознательном состоянии девушки. - Почему он не открывает глаза? Надо в больницу! Он такой холодный! - Голос Чона срывался на крик, и Намджуну пришлось встряхнуть друга, сжав его плечи руками. - Возьми себя в руки! Слышишь? Чонгук мотнул головой и впился руками в Чимина, желая таким телесным контактом отдать как можно больше сил. Белая кожа блондина выглядела еще белее, и от этого становилось очень тяжко на душе. Чон держал одной рукой Чимина, второй придерживал сумку с яйцами и молился Эфиру, чтобы тот помог спасти его любимых. Черный дракон и не заметил, как позади него к автомобилю гиены подъехали полицейские, как Намджун мчался по трассе и как, в итоге, они все оказались в доме Паков. Чимина сразу же забрали на осмотр к врачу, который приехал из соседнего отделения вместе с медсестрами. Яйца осмотрели старейшины и заставили Чонгука прилечь в теплую ванну, а потом уложили яйца ему на живот, чтобы они согрелись и почувствовали тепло своего отца. Пока черный дракон пытался совладать с нервами, яйца вдруг начали его согревать, и это действовало на него, как тепло на кошку, которая нашла уютное место, чтобы вздремнуть. Окончательно Чонгука разморило после известий, что с Чимином все хорошо и он сейчас просто спит. Так что услышав хорошие новости, парень уснул в ванной со своими будущими детками в руках. +++ Чимин открыл свои глаза и дернулся, все еще думая, что он в плену, но теплая тяжелая рука на талии и нога, закинутая на бедро, дали понять, что он в безопасности. Сопящая у шеи мордочка сквозь сон довольно улыбалась, и Чимин от удовольствия закрыл глаза, чувствуя, как на ресницах собралась драгоценная влага. Рядом на кушетке, между шелковых подушек лежали три яйца, сверкающие в свете заката. Наконец-то они вместе... +++ - Как ты? - Сон Иль обнял девушку за талию, и посмотрел своими любящими глазами на небольшие ссадины на руках. - В порядке... Я всего лишь прокатилась на машине с этим придурком. Больше волнуюсь за Чимина, ему пришлось не сладко... - С ним все хорошо! - рядом на диван плюхнулся Юнги и довольно улыбнулся. - Все целы, и наши драконы, и их яйца тоже. Звонил Тэхени, Пьера арестовали, так что одним злом уже меньше. Но что еще интересно, он с перепугу начал выкладывать инфу о своем напарнике. Сейчас они у следователя, и там творится настоящий ужас. - Что известно? - Я не в курсе, но что-то, связанное с нелегальным бизнесом и охотниками. Тэ расскажет попозже. А пока что нам надо сосредоточиться на свадьбе! - Теперь все пазлы собраны, и надо бы довести дело до логического завершения, - Дживон растянула свои губки в улыбке, и парни улыбнулись ей в ответ. - Сложно будет все организовать, учитывая состояние ребят. Один истощен, второй весь на нервах. - Свадебная церемония будет завтра. И у нас есть время на организацию. За драконами присматривают, тем более, у них есть крутая способность восстанавливаться, если они рядом друг с другом. - Как это? - Слышала сказки о том, что драконы охраняют свое сокровище в пещерах? Так вот, это сокровище дарит дракону силу и жизненную энергию. Но все дело в том, что на самом деле сокровище - это любовь дракона. Они - сокровище друг для друга и излечивают сами себя, когда вместе и счастливы. - Удивительно... жаль, я не дракон, - Сон Иль хихикнул, вспоминая свои ранения и долгое восстановление. - Зато ты самый милый куница во Вселенной! - Дживон стиснула парня в объятиях и посмотрела на Иля влюбленными глазами. Это не ускользнуло от Юнги, и он выдохнул... Наконец-то эти двое начали сближение. Хоть оно и медленное, но после пережитого этого более, чем достаточно. О том, что свадьба состоится, быстро узнали все, кто принимал участие в празднике, и каждый захотел помочь, чем сможет, чтобы два любящих сердца наконец-то соединились. Дживон помогала флористам, которые готовили цветочные композиции и украшения зимнего сада в стеклянной теплице, Юнги вместе с Джином и Намджуном занялись мебелью, которую после сорванного мероприятия сложили в подвальном помещении. Хосок с Марисоль подготовили одежду молодоженам и друзьям. После известия о том, что Чимин пропал, все поснимали свои наряды, и потребовался лишь небольшой уход за костюмами... Тэхен приехал только утром, уставший и явно шокированный. Теплые объятия Юнги быстро помогли ему, но все же он хотел рассказать друзьям, что произошло. Все было готово к свадьбе, так что времени на болтовню у них было предостаточно. Намджун, Джин, Юнги, Хосок и Марисоль, Иль и Дживон собрались на кухне, внимательно слушая Тэхена. - Пьер больше не выйдет на свободу. Начну с этого. Дживон, Сон Иль, больше он вас никогда не потревожит. Поскольку Пьер - гражданин Китая, ему светит пожизненное, в лучшем случае, и смертная казнь - в худшем. Но какой будет итог - неважно, ведь он до вынесения приговора будет в самой охраняемой тюрьме мира, а потом или останется там, или ... ну вы поняли. Кроме этого, оказалось, что он работал не один. В какой-то момент он сообщил знакомому охотнику, что у него есть выход на драконов. Думаю, это случилось после инцидента в больнице. Его друг оказался кайманом... Та еще мразь. У них была договоренность - вместе они сначала вылавливают драконов, а потом - Дживон. Сперва они нацелились на Марисоль, но узнав, что у Чимина будет потомство, они решили пойти ва-банк, и следили именно за ним. Долго они ничего не могли сделать и просто следили, приведя всех своих помощников в полную боевую готовность. А потом, когда Чимин поехал к Хвану на примерку, кайман вырубил водителя Чимина и сам занял его место. Когда Чимин сел в машину, он запустил газ в салон, и Чимин уснул. А сам, в маске, направился к морским докам. Там Чимина погрузили в контейнер с температурой -13... Пьер рассказал, что он принес одеяло и грелку Паку, когда его друг не видел, потому что боялся, что он погибнет. И нет, это он делал не потому, что вдруг стал добрым, а потому, что боялся гибели Чимина или яиц, а тогда им не заплатят деньги. И только в случае успешного завершения спец-операции по похищению Чимина ему гарантировали Дживон. Еще он рассказал, что заморозка Чимина потребовалась, чтобы он не мог подать сигнал Чонгуку. Как оказалось, если белый дракон заморожен, то его нельзя почувствовать. Правда, Пьер и его подельники не знали, что это работает определенное время, потом тотем все же прорывается сквозь ледяные стены и посылает клич соулмейту, так что Чимин все равно дал бы знать Чону, что он жив. Так что такие дела... Они планировали отправить Чимина и яйца в Иран, там их заказал какой-то утырок. Пьер уже выдал, кто это и его контакты, так что старейшины занялись этим делом, и заказчика накажут... А судя по законам Ирана, его ждет участь не легче, чем у самого Пьера. - А как Чимин оказался у Пьера, а не в контейнере? - Гиена испугался, что никто не планирует похищать для него Дживон. А после посадки на корабль никто не планирует возвращение в Корею... Так что он просто украл Чимина и спрятался, решив, что шантаж - единственное решение. - Хорошо, что Чимину не навредили... - Это да. Никто не решился ему или детям навредить. В нем видели только драгоценный товар, который принесет много денег, если будет в целостности и сохранности. Он пострадал, только когда их автомобиль попал в аварию. Но ранения оказались неопасными. - Охренеть, конечно... А что с этим кайманом? - Джин, нахмурившись, смотрел на Тэхена, ища в его глазах ответы. - Ему устроили засаду. И хвала Эфиру, подонка поймали. И не только его, а всех его людей. Они собрались, чтобы совершить нападение с целью похищения Чимина, но не успели. Вернее, мы оказались на шаг впереди. Чудо это или реально помощь Эфира - я не знаю. Но все, в итоге, решилось гладко. - Теперь надо решить вопрос со свадьбой. И я очень надеюсь, что все будет хорошо, - Марисоль устало потерла глаза, и Хосок поцеловал ее в висок, как бы намекая, что все будет хорошо. +++ Утро Чимина началось с лучами нежного солнца, что мягко целовали его в каждый участок кожи. Парень потянулся и сквозь густые ресницы увидел, как его яйца тоже греются под солнечным теплом на мягкой кушетке. Для полной идилии не хватало поцелуя от любимого, но Чона рядом не оказалось. На его подушке лежала записка: "Пак Чимин, окажи мне честь, стань моим мужем сегодня... P.S. Тебя ждет ванна с белыми розами, костюм на вешалке в гардеробе. Визажист придет, как только ты позовешь. Давай сегодня сделаем это." Чимин схватился за щеки, чувствуя, как они краснеют, и, глубоко вдохнув, понял, что сегодня его свадьба. В записке было написано время, когда начнется свадьба, и блондин поспешил заняться собой. Теплая ванна с ароматом любимых цветов Чимина, мягкое масло-шелк, что увлажнило кожу после водных процедур, любимый парфюм, что украсил идеальное тело, на котором, как по волшебству, не осталось и следа от синяков... Визажист быстро сделала парню легкий макияж, что подчеркивал его милые глаза и совершенство кожи, и уложила волосы в красивые волны. Одежда, которую подговили для Пака, была идеальной, и парень улыбался, когда смотрел на свое отражение в зеркале: белые брюки, что красиво сидели по фигуре, белые туфли с небольшим каблучком, белая блузка напоминала соцветия цветков Чимина - спиреи, а фигурный воротник - крылья ангела. Завершающим штрихом стал кушак на тонкой талии из белой кожи, жемчужные серьги и изящные кольца на пальцах. К назначенному времени он был готов, о чем сообщил сестре по смс. Марисоль сразу же примчалась, напевая ему дифирамбы и восхваляя красоту братца, а потом уложила яйца в корзину, украшенную цветами, и направилась к выходу. - Марисоль... - Чимин тихонько позвал сестру, и она сразу же вернулась обратно. - Боишься, да? Чимина, не бойся! Там тебя ждет твой Чонгуки! Он такой красивый, что ты с ума сойдешь! Хотя сложно определить, кто из вас сойдет первый, ведь вы оба такие красивые, что я даже завидую! - Вдруг что-то пойдет не по плану... - Даже если что-то пойдет не плану, у тебя есть все мы, мы всегда поможем. К тому же, у тебя есть Чонгук, и он готов испепелить весь мир ради тебя. Ты бы видел его, когда он искал тебя! Я чуть не влюбилась! - Марисоль! - Чимин сверкнул искорками ревности, чем вызвал смех у сестры. - Успокойся, выдохни... Скоро твой выход. Девушка вместе с корзинкой покинула Чимина, и он несколько раз прошелся из угла в угол комнаты, а потом вдруг почувствовал тепло. Это его любимый... Чонгук чувствовал нервозность Чимина, и посылал ему успокаивающие флюиды, что влияли на блондина безоговорочно. Все будет хорошо. В зимнем саду, что был защищен стеклянными стенами, уже сидели гости. Флористы поработали на славу, и буквально все было в цветах, освещение мягко рефлексировало от окон и призм на цветочных композициях, и создавало красивые радужные блики, а по полу стелилась легкая дымка. Гости сидели на своих местах, легкая музыка создавала уютную, романтическую атмосферу, а у цветочно-хрустальной арки стоял он... любовь всей Чиминовой жизни - Чон Чонгук. Черный дракон был тоже в белом, как и его любимый: белые брюки, красивый пиджак с фигурными полами, волосы уложены в мягкие черные волны, на руке - кольцо с жемчугом, а в ушах - несколько колец. Он не нервничал, был спокоен, как это бывает обычно. Но все изменилось, и его глаза забегали, пытаясь скрыть слезинки, как только он увидел Чимина. Нежная музыка разлилась по зимнем саду, и Чимин вошел в зал... Чонгуку казалось, что весь свет в мире померк и сосредоточился в одном только Чимине. Его сияние было настолько потрясающим, настолько фантастическим, что черный дракон даже не заметил, как по его щекам потекли крупные слезинки. С каждым шагом Чимина он влюблялся в него все сильнее. С каждым мгновением рядом их любовь становилась все сильнее, и мысли "куда еще больше" даже не возникало, ведь такая любовь безгранична и совершенна. Чимин смотрел на любимого и чувствовал только бешеный стук своего сердца... Он не чувствовал ног, и ему казалось, что он парит по воздуху от одной только силы любви... Старейшина начал зачитывать какие-то слова о важности семейных уз, о важности семьи в этом мире и любви во Вселенной... Молодожены смотрели друг на друга, и казалось, что они ничего не слышат, но когда пришло время говорить клятву, каждому нашлось что сказать. Первым начал Чимин. - Чонгуки, если ты будешь улыбаться, буду улыбаться и я. И совсем не важно, увидишь ли ты мою улыбку или увижу ли я твою. Ведь важно не то, что мы видим. Куда важнее то, что мы чувствуем... Любимый, мне хочется купаться в свете твоих глаз и одновременно нежиться на теплых песках твоих сладких поцелуев. Хочется ощущать твое дыхание и подстраиваться под него своим сердцем. Когда я держу твои руки, я умираю. Огонь любви разгорается в моей душе, начинается пожар, который нельзя потушить! Знал бы ты, как бьется мое сердце! Когда слышу твое имя, в моей душе дрожат струны любви. Я таю, я чувствую себя водой, что готова стать рекой! Мы были созданы Эфиром друг для друга, предназначены судьбой. Никогда и ни при каких обстоятельствах я не оставлю тебя, мой черный дракон. Я пронесу эту любовь в себе в этом мире и после смерти в своей душе. Мой родной, мой любимый Чонгук, не нужны мне ни золото, ни драгоценности, ни подарки, лишь бы мне видеть тебя рядом. Я люблю тебя... - Слова Чимина мягким голосом лились, как мед, и Чонгук тонул в его глазах под самую нежную клятву. - Чимини... Ты — свет. Ты — дыхание. Ты — шепот всех самых нежных слов в мире. Ты — мое везение. Ты — начало всех начал. Ты — тот единственный человек, ради которого, если нужно будет, я сумею распрощаться со своей единственной жизнью…Что сделать для тебя, чтобы ты поверил в вечность моей любви к тебе? Я сделаю всё, что захочешь, приду в твой сон, стану луной или солнцем, исчезну и появлюсь, переверну любую страницу жизни, скажу или прокричу любое признание. Скажи лишь одно только слово. И я смогу растаять капелькой улыбки на твоем лице, которое я очень люблю. Люблю тебя больше всего в этой Вселенной и молю Эфира, чтобы подарил вечность нашей любви, и мы бы смогли быть вместе во всех следующих жизнях. Мой белый дракон, мое счастье... Клянусь любить тебя. - Клянусь любить тебя, - мягко ответил Чимин, и оба парня соединились в нежном поцелуе под аплодисменты родных и близких, что собрались на церемонии. - Объявляю вас супругами! - послышалось рядом, и Чонгук подхватил Чимина на руки и закружил. Пак вцепился ручками в шею и плечи любимого и от неожиданности громко рассмеялся, а потом поцеловал его в шею, не расчитав своих сил и оставив маленький засос. На это проявление нежности все отреагировали бурными овациями, ведь супругам можно все. Свадьба медленно переросла в вечеринку, где каждому хотелось пожелать молодоженам любви и счастья, а родители постоянно смеялись и время от времени вытирали слезинки радости. Ведь каждый родитель мечтает о благополучии своего ребенка, и сегодня родители обоих драконов были счастливы. Тэхен обнимал Юнги и светился от счастья, как новогодняя елка. Другие могут подумать, что все дело в свадьбе, но на самом деле есть еще одна вещь. Лис рассказал ему о своих волнениях из-за создания семьи и потомстве... И признался гепарду, что хотел бы лисят, но боится, что тот его отвергнет или уйдет. Тэхен был так счастлив услышать, что его любимый полярный лис хочет детей, что прыгал по дому целый вечер и кричал от радости, как ребенок. Юнги сам не ожидал такой реакции и не сразу понял, что к чему, но когда понял, его радости не было предела. Его страхи оказались напрасными. Он любит и любим. И это главное. На пальчике Марисоль красовалось колечко с красным рубином, но оба дракона молча улыбались, не желая перетягивать внимание от черного и белого дракона на красного и белого. Да, он сделал ей предложение... Она согласилась. Джин и Намджун сидели с Ха Нылем, и в их мире все было идеально. Они уже пара, они уже семья, и этого им более чем достаточно. У До Хван пришел на свадьбу вместе с женой, и всем было очень приятно наконец-то с ней познакомиться. Девушка была настолько милой, что даже некоторые старейшины заглядывались. Но все же на этом празднике жизни самыми счастливыми были Чимин и Чонгук. Теперь они на 100% семья, теперь они сокровища друг для друга. До самого утра они не отлипали друг от друга, и когда вечеринка закончилась и все разбежались по своим комнатам, Чимин и Чонгук стояли посреди зимнего сада в обнимку и медленно покачивались под легкую музыку. Оба уставшие, но счастливы до умопомрачения. Но они не чувствовали усталости, ведь силы получали друг от друга. - Чонгуки... - Вдруг сказал Чимин, остановив танец и устремив взгляд в сторону колыбели для яиц. - Что это было? - Я слышал хруст! Чимин ломанулся в сторону колыбели, и его взгляд зацепился за центральное яйцо. На нем появилась трещинка... А потом второе и третье яйцо так же получили свои небольшие трещинки. - Мы рожаем? - Вырвалось у Чона, и Чимин вдруг рассмеялся. Он пнул кулачком Чонгука, а потом приложился ладошкой к будущим детям. - Еще нет. Но скоро... Совсем скоро мы станем родителями. Чонгук поцеловал любимого и погладил яйца в колыбели. Им пора лететь в Норвегию, чтобы дети появились на свет во дворце, в родном доме. Пора осчастливить Вселенную и дать ей побольше белых драконов. +++ Через семь дней после возвращения пары в Норвегию они провели ритуал огнем. Оба дракона, приняв облик тотемов, сутки провели в огненном тронном зале. Они дали друг другу огненные клятвы, купая друг друга в драконьем пламени, и провели ритуал совокупления, пребывая в драконьих обликах. А когда все закончилось, огонь погас, и сквозь открытые окна ворвались утренние лучи солнца, на пепелище посреди комнаты лежали двое голых парней, все в черном пепле, но с горящими от любви глазами. После ритуала в огне они провели зимнее купание в высокогорном озере, а потом - увидели самое трогательное зрелище в своей жизни... Их дети появились на свет утром. Когда родители вернулись в гнездо после ритуала, они заметили, что яйца полностью покрыты трещинками. Перед вылуплением из яйца вырвался яркий свет, а потом мощным толчком из него вырвался маленький дракон, размером с воробушка. Он был такой крохотный, но очень сильный, и первым делом изрыгнул пламя, что напоминало мощную зажигалку. Белый дракон, с окраской как у отца, с нежным радужным переливом. Чонгук дал ему имя - Амариллис. Второй на свет появилась девочка-дракон, и у нее была изумительная черная окраска, с радужным переливом. Чимин назвал дочку - Лотус. А третье яйцо стало неожиданностью. Третий дракон был черно-белым: рога, хвост и крылья - черные, а все остальное белое. И выглядел он так красиво, что напоминал скорее сказочного персонажа, чем живое существо. Тот, кто стал символом настоящего благословения Эфира, символом истинной любви и невероятной силы... Родители назвали дракона - Османтус. Чонгук вместе с Чимином лежали в кровати, греясь теплом от камина, что приятно потрескивал. Рядом в кроватке спали три дракончика, что очень напоминали троих котов... За окном бушевала метель, в Сеуле их друзья планировали свое счастливое будущее, родители пускали салюты в честь внуков, и где-то во Вселенной плакал от счастья Эфир. +++ P.S. У каждого человека в этом мире есть какая-то одержимость. Иногда это что-то материальное, иногда это люди или чувства. У каждого по-разному. Но самая сильная одержимость - это любовь, и это поистине волшебно, когда она взаимная. Тогда из одержимости прорастают удивительные цветы, что в итоге дадут драгоценные плоды и сделают вашу жизнь легкой.