Оби-Ван. Ремастер

Начальная нарезка почти без изменений, разве что чуть покороче. Оби-Ван знакомится с маленьким Энакином, тот взрослеет, учится, упрямится, делает необдуманные поступки - и, в конце концов, учителю не удаётся удержать его от падения на Тёмную сторону Силы. Старый мир рухнул. Немногие оставшиеся джедаи вынуждены затаиться на целое поколение, в надежде, что дети Энакина смогут что-то исправить. Храм джедаев. Звучат сирены, слышны звуки выстрелов, за окнами пролетают LAAT'ы. Женщина-джедай торопливо ведёт вниз по коридорам небольшую группу юнлингов. Останавливается посреди пустого на вид коридора, прикладывает к стене ключ-кулон. В стене открывается потайная дверь, за ней темнота. В этот момент в конце коридора появляются клоны и открывают огонь. Дети замирают от страха, джедайка отбивает выстрелы мечом и кричит всем уходить, но они продолжают стоять. Клоны выкатывают из-за поворота станковый пулемёт (ну, бластер, вы поняли). Джедайка из последних сил швыряет в дверь одну девочку, камера следует за ней. По движению камеры ясно, что девочка скользит куда-то вниз, светлый прямоугольник двери отдаляется, и почти сразу его сплошь перечёркивают трассы выстрелов. Дверь закрывается. Надпись "Прошло семь лет". Татуин. Показывают Оби-Вана, работающего на мясозаготовках в пустыне. Видно, что жизнь его потрепала - волосы и борода седеют, на лбу глубокая складка. Он мало чем выделяется среди других рабочих, даже старается не спорить со сволочным бригадиром. Так проходит несколько похожих друг на друга дней - работа, вечерние посиделки в кантине, сон. Общение с джавами по поводу ремонта бытовой техники (на рынке или около их краулера, а не у себя дома). Сцены намеренно затянутые и повторяющиеся. В один из дней в кантину заходит Оуэн, Оби-Ван видит его издалека и "салютует" кружкой в знак приветствия, но тот лишь недовольно отворачивается. По телевизору постоянно крутят всякий спорт вроде гонок на карах. В один из дней - это местная пятница, т.е. перед выходными - включают какие-то имперские новости, показывают здание Сената и стоящих рядом на трибуне Императора и Вейдера. Завсегдатаи кантины требуют переключить - мол, нас это не сильно касается. Оби-Ван прячет лицо в кружке. Через несколько минут выходит из кантины и пешком через пустыню направляется домой на фоне шикарного вечернего неба. Эопи не нужен. Следующее утро. Оби-Вану снятся кошмары из его прошлого - картинка мутная, в мареве, ясно, что это сон. Крупно лицо Оби-Вана, лежащего на кровати. Он всхрапывает, резко открывает глаза. Лежит неподвижно некоторое время, переводя дыхание. На лице отражается некое раздумье, внутренняя борьба. Вдруг он одним пируэтом слетает с кровати, приземляясь сразу в боевую стойку. Силой притягивает стоящий в углу черенок от лопаты и в высоком темпе исполняет фехтовальное соло секунд на десять, не задевая при этом предметов домашней утвари. Останавливается, некоторое время стоит, тяжеловато дыша. Не торопясь ставит черенок на место и так же медленно, старательно начинает делать комплекс упражнений вроде цигуна. Альдераан. Маленькая Лея бегает по лесу. У каждого перекрёстка тропинок стоят стражники, улыбаются ей. Приёмная мать Леи собирается вести её на светский приём, обнаруживает подмену, идёт в лес искать настоящую Лею, находит, убеждает вести себя как принцесса и всё-таки пойти. Татуин, середина выходного дня. В город прилетают инквизиторы, заходят в кантину, где в том числе сидит Оуэн, главный инквизитор толкает речь. Все молчат. Рева подскакивает к трактирщику, приставляет ему меч к горлу, орёт "Ты всё знаешь, говори, собака, убью!" Трактирщик рыдает, клянётся, что ничего не знает. Рева орёт. Главный инквизитор вальяжно подходит, велит ей отпустить трактирщика, та нехотя подчиняется. Главный негромко говорит ей, что она действует слишком грубо и неразумно, что это ни к чему. Затем обращается уже ко всем присутствующим: "Я знаю, что информация стоит дорого. Империя готова хорошо заплатить за неё. Я подожду... До завтрашнего утра." Вечер того же дня. К дому Оби-Вана на эопи подъезжает Оуэн, стучит в дверь. Оби-Ван открывает. Оуэн сухо сообщает, что в городе имперская инквизиция, и советует Оби-Вану уехать куда подальше. Тот немного расспрашивает о подробностях, благодарит. Оуэн разражается речью, где сообщает, что был бы рад вообще больше никогда Оби-Вана не видеть, поскольку считает, что тот виноват в том, что случилось с Энакином, и не хочет, чтобы такой неприятный тип имел какие-то контакты с его приёмным сыном (Люком). И предупредил он Оби-Вана только потому, что, если поймают его, то неизбежно доберутся и до семьи самого Оуэна. Оби-Ван говорит, что убегать ему особо некуда, но некоторое время он не будет показываться в городе. Оуэн сердито уходит. Альдераан. Лея в очередной раз убегает в лес. Пройдя пару поворотов тропы, не видит стражников, удивлённо крутит головой. Замечает странного дядьку рядом с деревом, подходит, спрашивает, кто он такой и что тут делает, и в этот момент видит торчащие из-за дерева ноги убитого стражника. Собирается завизжать, но из-за спины ей резко набрасывают на голову мешок. Татуин. Ночь. Корабль инквизиторов стоит на городской площади. Внутри двое из них сидят спокойно, Рева ходит взад-вперёд. Наконец не выдерживает и пытается поддеть главного, мол, что-то местные пескоеды не спешат за наградой. Главный спокойно отвечает - ну что ж, мы дали им достаточно времени. Встаёт на ноги. В этот момент Реве приходит вызов на коммуникатор, она отвечает. На голограмме видно похитителя Леи, тот сообщает, что девчонка у него. Вызов завершается. Рева самодовольно говорит остальным, что, пока они искали непонятно что в этой дыре, её агент сумел похитить девочку, которая очень важна для Оби-Вана, и теперь он сам придёт в ловушку. Второй инквизитор с большим подозрением расспрашивает, что это за планы Рева строила за спиной остальных. Та отвечает презрительно. Перепалку прекращает главный инквизитор, со скрытой иронией предлагая дать Реве шанс проявить себя и последовать её плану. Второй инквизитор нехотя соглашается. Главный инквизитор напоминает, что на Татуине у них осталось незаконченным лишь одно дело. Утро. Звуки набата (или какой-то более футуристичной сирены), здание кантины догорает. Вокруг толпятся местные, из пересудов можно понять, что внутри погибли трактирщик и его семья. Позади, на фоне, взлетает корабль инквизиторов и улетает прочь. То же утро. Оби-Вану звонит Бейл Органа и просит помочь в поисках похищенной Леи. Говорит, что есть зацепка: его человек на одной из планет вроде бы нашёл след похитителей. Оби-Ван отказывается, говоря, что нужен Люку здесь, к тому же за ним самим идёт охота. Органа обещает прислать за Оби-Ваном отдельный корабль, раз ему как раз будет полезно скрыться на некоторое время. Оби-Ван неохотно соглашается, сообщает координаты точки в пустыне, куда нужно прилететь. Связь завершается. Корабль похитителей. Лея сидит в камере. Дверь открывается, заходит главарь, держа в руках дроида Леи. Начинает разговор, мол, забавная штучка. Лея старается держаться спокойно, но видно, что она испугана. Разговор быстро сворачивает на тему собственно похищения. Сцены сменяют друг друга: корабль похитителей и Татуин. Главарь издевательски убеждает Лею, что никто не знает, где она, и не придёт на помощь, Лея пытается возражать. Оби-Ван собирает вещи в дорогу. В конце диалога главарь похитителей разбивает дроида Леи и уходит. Лея плачет. Татуин. Вечер, закат. Где-то в пустыне. Из песка возвышается не слишком крупная скала, изрезанная трещинами; рядом с ней стоит Оби-Ван с рюкзаком за плечами, глядя вверх. Рядом садится небольшой корабль с пилотом-дроидом. Оби-Ван оглядывается по сторонам, подходит к скале, запускает руку в одну из трещин и достаёт оттуда свёрток. Заходит в корабль. Корабль взлетает.