Домашний очаг

19 октября 2286г. - Кто-нибудь, скажите мне, что это дурной сон, - ворчал Маккой, как будто все еще не до конца верил, что и в самом деле прибыл в этот космопорт и собирается зайти в ближайший шаттл. Он и не верил. Последние две недели так активно убеждал себя, что это просто ночной кошмар, что даже не слишком сопротивлялся происходящему. Вот теперь расплачивается. Отвратительно жизнерадостный Кирк, в отличие от него, не мог усидеть на месте от нетерпения. За годы отцовства и общения с их детским выводком вообще у него развился ряд своеобразных привычек и условных моделей поведения, вызывавших у доктора искренний ужас. Например, в любой трудной ситуации нести откровенный полусказочный бред, бросая на это дело все ресурсы своей неисчерпаемой фантазии. Или вот ходить туда-сюда, а то и вовсе кружить вокруг чего-нибудь или кого-нибудь, как голодный кот - это к нему прилипло еще с младенческих лет Хели, потому что иначе как сидя на капитанских руках, она никогда не засыпала. Роль оси вращения на сей раз играл не менее оживленный, но хотя бы не такой подвижный Паша. Чехоось косила голубыми глазами, старательно отслеживая траекторию адмирала, и уже начала опасно покачиваться от головокружения. - Ты знаешь, что будет, если планета перевернется на девяносто градусов? - мрачно поинтересовался Леонард, ловя друга за плечи и с силой утверждая его в мало-мальски определенной точке пространства. - Для России ничего не изменится, - беспечно ответил вместо Джима Паша, и Маккой в очередной раз спросил себя, какой черт дернул его когда-то жениться на этом удивительно патриотичном создании, умудрившемся толком не повзрослеть даже к сорока годам и званию капитана второго ранга. - В Сан-Франциско придут пингвины, - все еще на волне веселого возбуждения пожал плечами Кирк. Леонард вздохнул, как никогда четко осознав, что детский сад вокруг него не прекратит свое существования никогда. - Пингвины больно щиплются, - сообщил он просто из вредности, - И клюются. И не брезгуют человечиной. И мы все умрем. Джим и Паша переглянулись. На лицах у них так и было написано что-то вроде "Кое-кто никогда не изменится". Маккой считал, что в их ситуации это и к лучшему. Раньше на корабле было хотя бы три здравомыслящих существа: он сам, Спок и Ухура, да еще местами Скотти проявлял благоразумие, когда дело касалось прямой опасности для Энтерпрайз. Теперь же Спок безнадежно заражен киркобезбашенностью, Кирк заражен спокорасчетливостью, Нийота давно уверовала в принцип "нет сценария без выигрыша", потому что Кирк ее еще ни разу не подвел, и только один Леонард все еще помнит, что каждая пятая победа их героическому командиру стоит сложных операций и бесконечных визитов в лазарет в лежачем положении. - Долго будете тут стоять? - Скотти окликнул их из последнего шаттла, - Без вас улетим, вы последние! - Что? Уже? - запаниковал Маккой, - Нет-нет-нет, стоп, ребята, я никуда не полечу! Я еще Землей не пресытился! - Давай, Боунс, ты ведь уже почти согласился! - бесовски улыбнулся Кирк и пока что ненавязчиво потянул его за рукав. Маккой заколебался, задергался, занервничал. Да, он действительно прибыл на место сбора, да еще в полной флотской форме, в рюкзаке у него были все необходимые личные вещи, и даже земные магнитные часы остались дома, потому что толку-то от них на звездолете... Но это все чистая случайность. Часы забыл на тумбочке, форму напялил по привычке, сюда приехал Пашу проводить, а рюкзак... А ему, может, весь этот хлам душу греет! Откуда этим сволочам знать, как сильно можно привязаться, скажем, к ромуланскому походному утюгу? Леонард этим утюгом, между прочим, в первую пятилетку его четверых хозяев вырубил - боевой трофей, как ни крути, не говоря уж о функциональности! А квартиру сдал постояльцам вообще из логичнейших побуждений: все равно без Чехова будет в больнице дневать и ночевать, а не в ней, так в университете, или в Академии, или... - Отставить сомнения. Отдать якоря! Джим и Паша, не дожидаясь, пока Маккой решит свой внутренний конфликт, решили его сами: схватив доктора один за ноги, другой под руки, они под отборное матерное сопровождение уволокли его за собой в летающую железную коробку, которая "скажи-спасибо-что-не-транспортатор", навстречу тысячам опасных приключений.

***

У Джоанны теплые руки. После двух с половиной лет проживания в одной квартире с Саавик, у которой кожа сухая и прохладная, как у ящерки, это кажется почти чудом. Джо осторожно пробегается мягкими пальцами по пугающе жесткому плечу Хелен, аккуратным, хотя и решительным жестом давит на шею, заставляя наклониться, легонько постукивает по выступающему позвонку. - Бога ради, Одуванчик, я не сломаюсь, - проворчала Хели, - Какая разница, будем мы в космосе месяц-полтора, как обычно, или пять лет? - Никакой, - рассеяно согласилась Джо, - Но я все-таки волнуюсь. Раньше подобных прецедентов не было. - Крейг с протезом ноги вон ходит, и ничего. - Так Крейг и не в инженерном работает. У него в лабораториях нагрузка на тело минимальная. Хели угрюмо отвела взгляд. С одной стороны, опасения подруги она прекрасно понимала и даже в какой-то мере разделяла (разумеется, не вслух и даже не совсем сознательно). С другой, эти "няня/больной ребенок" отношения изрядно выводили ее из себя. - Замуж бы тебе. И рожать, - буркнула она, дернув здоровым плечом в ответ на прикосновение. Вместо того, чтобы обидеться, Джоанна вдруг хихикнула в кулак. - Нет уж, спасибо, - ответила она, не сдерживая улыбки, - Замужем я уже побывала, еще пока ты в больнице лежала. Развелись на следующие же сутки. Дурное настроение мгновенно покинуло Хелл, сменившись веселым удивлением. - Что?! И я до сих пор не в курсе? - воскликнула она, заметно оживившись, - Это Стивен был, что ли? - Он самый, - кивнула Джо, - Сказал, что я замужем за медициной, а это круто только в книжках. Сразу же пошли и подали на развод. Там даже рассказывать не о чем получилось. Удивительно, но она совсем не выглядела расстроенной этим обстоятельством. Видимо, на свете и правда существуют люди, которые умеют относиться к отношениям легко. Как по заказу, словно в ответ на эту мысль, в медотсек заглянул забеганный Хикару. - Маккой здесь уже?.. - начал было он, но осекся, поняв, что в помещении нет никого, кроме двух девчонок. - Здесь, но, боюсь, я несколько не тот Маккой, которого ты ждешь, - фыркнула Джоанна, и, переглянувшись, они с Хели совершенно неожиданно даже для самих себя засмеялись. Наверное, это от нервов. А может, просто потому, что вид солидного взрослого Сулу, изнывающего от нетерпения поскорее выйти из космодока, был действительно забавен и привычен, как некий семейный ритуал. Видимо, решив, что компания подруг лучше, чем бесцельное блуждание по коридорам, он подошел поближе и легким шутливым жестом набросил Хели на плечи поднятую с пола форменную рубашку. - Ой, да чего ты там не видел, - отмахнулась она, но все-таки послушно оделась. В груди стояло странное чувство обожания пополам с неловкостью. После происшествия на Сатурне и вплоть до ее возвращения на службу они виделись всего пять или шесть раз, и всякий раз Сулу мастерски "делал вид", что между ними нет никакой напряженности, хотя на самом деле она была уверена, что он винит себя в ее травмах, и сама тоже чувствовала себя виноватой. В конце концов, он ведь перед родителями за нее отвечал, и она это знала, так кто ж ее просил лезть к опасным бакам? А с другой стороны, если бы она не сделала то, что сделала, разнесло бы весь Эксельсиор. Так что нет, совсем провинившейся Хели себя не считала. А последний год они вообще особо не разговаривали: она добилась назначения на Энтерпрайз-А и летала с адмиралом Кирком помощником главного инженера, а он патрулировал Нейтральную на Эксельсиоре. Хорошо, что Джим уговорил его вернуться к ним пилотом на эту пятилетку. Без него было бы несколько... Тоскливо. Как всегда безошибочно угадывая ход ее мыслей, Хикару тепло улыбнулся и коснулся протезированного плеча. - Что ж, - весело сказал он, привычными словами обращая горе в шутку с легкостью, какой Хели так и не научилась, - Теперь, когда с нами Железный человек, ни одна неоткрытая цивилизация от нас не скроется! - Да ну тебя, - рассмеялась она, и, внезапно поймав странный взгляд Джоанны, вдруг поняла, что это едва ли не первый случай после больницы, когда легкий, не нарочитый смех у нее вырвался сам собой, а где-то внутри стало легко-легко, как будто железки в позвоночнике - это и правда лучшая шутка в ее жизни. В конце концов, история Kick-Ass, например, началась примерно так же. Как, кстати, отец отнесется к коллекции комиксов в своем шкафу?..

***

Несмотря на то, что ничего особенного, по сути, не происходило, Спок испытывал чувство глубокого внутреннего удовлетворения. Энтерпрайз-А, конечно, была несколько... Сыроватой моделью, но все ее системы сейчас находились в полном порядке (в кои-то веки), экипаж наконец-то собрали идеально сбалансированный, чтобы в него вошли и старые опытные мастера, и молодые таланты, до отправления оставалось сорок две с половиной минуты, большинство офицеров уже находились на своих местах, и в целом жизнь налаживалась. Когда стало окончательно ясно, что дети их выводка уже не так чтобы и дети, Джим активизировался с невероятной даже для него энергией. Умело проработав атакующую стратегию, он, как паук, принялся передавать сигналы по воистину огромной сети своих знакомых. То там, то тут начали возникать разговоры о второй пятилетней миссии, поскольку первая, разумеется, не покрыла даже десятой части доступного для исследования пространства, зато пользы принесла на триста лет вперед. Меньше, чем через год, был утвержден план и написан приказ об организации, и единственным вопросом оставался разве что состав экспедиции. Адмирал Кирк пошел на очень многое, чтобы это дело вновь досталось ему: взял под командование совсем молоденькую и несколько криво сделанную Энтерпрайз-А, демонстративно легко совмещал работу на ней с адмиральскими обязанностями, выполнял поручения высочайшего рейтинга, и, как ни странно, преуспел, потому что уже в июле восемьдесят шестого года официальное предложение лежало у него на почте, соблазнительно подмигивая голубым значком уведомления. В тот вечер, прочитав письмо трижды и убедившись как следует, что мечта сбылась, Джим схватил Спока и провел вальсом через всю квартиру, не обращая внимания на недовольный мявк кота Фарса, к старости внезапно полюбившего покой. И вот, спустя всего четыре месяца тщательного отбора членов команды, бюрократических препятствий и лавины пресс-конференций и интервью, настал день, когда опостылевший домашний очаг наконец останется далеко позади. - Адмирал прибыл в шаттл-отсек, - доложила Нийота, а потом прислушалась к передаче повнимательнее и широко усмехнулась, - Но сюда прибудет минут через пятнадцать, не раньше. - Ставлю десятку на дядю Лена, он проворнее, - азартно откомментировал Дэйв и, небрежным движением откинув с глаз пушистую кудрявую челку, оперся локтями на плечи сосредоточенно изучавшей панель управления сестры, - Но он все равно останется. Отдать Джо должность начальника медслужбы? Да он скорее ботинок съест. - Есть ботинки нелогично, - машинально отозвалась Саавик и с неким благоговением погладила черную блестящую кнопку запуска двигателей, - Просто у Флота больше нет свободных врачей общей практики и достаточного высокого ранга, чтобы назначить кого-нибудь другого. Дэйв легко дернул ее за слегка крученый каштановый локон, чего не делал, наверное, лет с семнадцати. - Прекращай медитировать, систер, лучше посмотри вокруг, - сказал он с зашкаливающим оптимизмом, - Черта с два тут будет такая же суета во время полета, да? - Да, и сейчас она тоже уже не совсем уместна, поэтому прекрати на мне висеть и иди на свой пост, недоразумение, - совсем по-вулкански строго ответила она, тут же испортив весь эффект последним обращением. Просердившись на брата ровно десять месяцев и четыре дня, она приехала к нему в общежитие, ужаснулась совершенно безобразному бардаку в его комнате, и после небольшой традиционной ссоры с подушками в качестве главных аргументов они совместным решением приняли тот факт, что друг без друга нормально существовать в пространстве не могут. Поэтому, когда пришел окончательно сформированный приказ о пятилетней миссии, молодой ученый с огромным облегчением бросил магистратуру и под предлогом поиска совершенно безопасных для проведения экспериментов по Генезису планет был устроен на Энтерпрайз-А гражданским ученым, благо свободных мест в команде биохимиков на тот момент было предостаточно. О том, что всего спустя месяц к ним выстроились целые очереди на эти вакансии из ученых, жаждущих работать с юным дарованием, Джим и Спок сыну говорить не стали. Загордится еще. Наконец, двери лифта открылись, и Джим Кирк вошел на мостик во всем своем адмиральском великолепии. Глаза у него наконец-то разгорелись давно потухшим огнем, и Спок с усмешкой подумал, что дети еще не раз удивятся, глядя на своего отца в работе, и скажут, что это какой-то незнакомый дядя со знакомыми чертами лица. - Отееец, - тихонько подобравшись к нему, шепнул Дэйв, не отрывая светло-серых глаз от адмирала, - А это точно наш папа? Уже. Джим, будто догадавшись о сути вопроса, улыбнулся широко и немного дико, как всегда улыбался, почуяв метафорический ветер свободы, и уверенно занял свое капитанское кресло. - Лейтенант Саавик, - тоном человека, задумавшего озорную шалость, окликнул он, - Вы когда-нибудь выводили корабль из дока на тренажерах в Академии? Девушка обернулась к нему, и на ее лице, внешне совершенно непроницаемом, неведомым образом ясно просвечивали надежда и обожание. - Никогда, сэр, - ответила она, - Но всегда хотела попробовать. - Что ж, тогда вперед, - Кирк махнул рукой несколько неопределенно, как всегда, когда хотел сказать что-то вроде "летим туда, куда-нибудь", - Пока Сулу не пришел, пилотирование на тебе. Саавик с видимым удовольствием нажала вожделенную кнопку запуска, отключила парковочные тормоза, и Энтерпрайз-А, слегка дрогнув, неторопливо поползла к широко раскрытым воротам, навстречу черному бесконечному пространству космоса, полному удивительных приключений и еще неизвестных опасностей. Туда, где не ступала нога человека.