Глава 3. Лили из библиотеки
22 июня 2022 г., 00:03
Резко проснувшись, Римус Люпин обнаружил, что смотрит в лицо мертвой женщине.
— Лили?
— Серьёзно, Римус, ты хоть немного спишь в эти дни?
Она была мертва. Она умерла более десяти лет назад. В своем последнем воспоминании он наблюдал, как жизнь угасает в глазах другой маглорожденной ведьмы.
— Гермиона?
Лили прижала свою холодную руку к его лбу:
— Лихорадки нет. По крайней мере, мне так кажется. Ты знаешь, у волшебников лбы теплые, когда их лихорадит, как и у маглов? На самом деле я не болела, как моя сестра. Но мама всегда…
— Лили, это действительно ты.
Римус не мог сдержаться. Он обвил руками талию своего давно потерянного друга.
Она застыла в его объятиях. Его чувствительный нос не уловил страха, но он отпустил её.
— Не думаю, что ты когда-либо добровольно прикасался ко мне, Римус. Ты уверен, что хорошо себя чувствуешь?
— Какое сегодня число?
— Число? Как долго ты дремал над своим учебником по нумерологии?
Нумерологию он изучал с третьего по седьмой год и больше не касался этого предмета. На Лили была футболка Гриффиндора по квиддичу, без сомнения, с номером её лучшей подруги Доркас Медоуз на спине. Она носила её даже после выпуска Доркас, просто чтобы позлить Джеймса.
— Сегодня будет игра?
— Я как раз собираюсь отправиться туда. Я хотела узнать, придешь ли ты. Но думаю, тебе, наверное, лучше пойти в больничное крыло. Тебе на голову упала книга? Тебя не было…. с тех пор, как что-то случилось в понедельник вечером.
— Понедельник?
— Ага. Ты уехал на выходные, чтобы помочь отцу с мамой. Я предполагаю, что ты вернулся в понедельник вечером, но с тех пор ты не разговаривал со своими друзьями. Я надеялась, что ты знаешь, что произошло. Сев в больничном крыле, но отказывается кого-либо видеть.
— Сейчас март нашего пятого курса.
— Да, Римус, ты меня немного пугаешь.
— Сириус устроил ужасную шутку над Севом благодаря мне. Я еще не простил его. Я не пойду на игру сегодня. Извини, мне приснился странный сон, и мне потребовалось немного времени, чтобы вспомнить, что было на самом деле.
— Сев в порядке?
— Да. Просто… — Римус обдумывал, что сказать. Хоть что-нибудь. Если он действительно попал в прошлое. Это стало поворотным моментом для его соперника детства. К концу этого года неприязнь между Снейпом и Мародёрами достигнет точки кипения. И после этого Лили больше никогда не будет другом Снейпа, и это станет причиной ее смерти.
— Просто что?
— Мы ужасно относимся к нему, и он этого не заслуживает. Я не могу сказать ничего, что заставит его чувствовать себя комфортно рядом со мной, чтобы я мог извиниться. Но я надеюсь, ты захочешь увидеть, во что он превращается, чтобы удержать его на пути света.
— Мерлиновы кальсоны, Римус, что происходит?
За окном гремела музыка, группа Хаффлпаффцев начинала свой гимн, который станет прелюдией к представлению команд.
— Тебе лучше идти, если ты хочешь посмотреть игру. Просто… подумай над тем, что я сказал.
— В твоих словах нет никакого смысла, Римус.
— И я надеюсь, что в этом никогда не будет смысла. Я рад тебя видеть, Лили. Ты хороший человек.
Ошеломленная волшебница оставила его одного в библиотеке. Из окна он мог видеть, что трибуны заполняются учениками. Очень немногие студенты не посещали матчи по квиддичу. Но, зная, где он был и что он чуть не натворил из-за своих друзей, Римус не посетил ни одного весеннего матча Гриффиндора на пятом курсе.
Двадцать лет не притупили ужас от того, что сделал Сириус. Розыгрыш, который «должен был помешать Нюниусу совать свой слишком длинный нос в дела Мародеров». И «никто не должен был пострадать».
Но Снейп был ранен. Лунатик причинил ему боль. Если бы Джеймс не очнулся, Снейп умер бы, а Римус оказался бы в Азкабане.
И Сириус так и не осознал всю серьезность того, что он сделал.
Римус не мог вспомнить, почему он простил его в первый раз. На этот раз он заставит Сириуса потрудиться ради этого. Он позаботится о том, чтобы Сириус прекратил шалости и извинился, искренне извинился.
Группа Гриффиндорцев запела свой гимн. Римус мог представить себе сцену так ясно, как если бы он был там. Один за другим его сокурсники по факультету и друзья выходили вперед под бурные аплодисменты, прежде чем запрыгнуть на свои метлы на круг перед победой.
После четвертого «ура» послышались крики. И крики не прекращались.
* * *
— Как думаешь, что произошло на поле? — Голос напугал его. Еще один человек, давно умерший для Римуса, вышел из тени полок с книгами по Нумерологии, Регулус Блэк. — Хаффлы опять разучились летать? — Что произошло? — Знаешь моего брата? Этого мерзавца. На этот раз Римус не бросился защищать Сириуса. — заметил Регулус, сев за стол. — То, что он сделал с Северусом, было ужасно. Я никогда не видел ничего подобного, — голос молодого человека понизился до шёпота: — Он выглядел так, будто на него напало животное, но лечебные зелья не исцелили его. — Откуда ты знаешь? Лили сказала, что он не принимает посетителей. — Ты бы хотел, чтобы твоя девушка увидела тебя таким? Римус представил себе лицо Нимфадоры, полное жалости. Он ненавидел, когда она беспокоилась о нём. Жизнь с ним означала жизнь, полную беспокойства и жалости. Это была жизнь, которую он не пожелал бы Снейпу. — И он не знает, что я был там. Кто-то должен был оставить ему домашнее задание, и Слаг поручил это сделать мне. Он доверяет мне хранить секреты. Но ты знаешь всё о хранении секретов, не так ли, Люпин? — Что ты знаешь? — Я знаю, что это была не твоя вина. Но это не делает тебя менее опасным. Крики с поля внезапно стихли, и голос директора эхом разнесся по волшебным коридорам Хогвартса: — Студенты, возвращайтесь в свои спальни. Префекты, никого не выпускайте из общих гостиных. Профессора, очистите коридоры. — Ну, наш черед. — сказал Регулус, вставая. Этого раньше не было. Римус запомнил бы, как всю школу изгнали в их общие комнаты. Единственный раз, когда это произошло, был после того, как Сириус Блэк сбежал из Азкабана, но даже тогда студентов держали вместе, в Большом Зале, а не в гостиных. Римус собрал свои книги и поспешил в Гриффиндорскую башню. Он добрался до башни, когда зрители с игры вошли внутрь. Лили с одной стороны, провожала младших. Ее лицо побледнело. Римус пробрался сквозь людей и встал рядом со своей коллегой-префектом. — Что случилось? — Это было ужасно, Римус. Мимо, рыдая, прошла группа первокурсниц. У мальчика-второкурсника на рубашке было рвотное пятно. Лили быстро бросила очищающее заклинание на рубашку мальчика. Волшебные пузыри смывали пятно, когда он прыгнул через дыру в портрете. — Она была мертва? — прошептал третьекурсник своему другу. — Если она не умерла сейчас, то скоро умрет. Семикурсница ответила: — Никогда не видела ничего подобного. — Замолчите, — воскликнула Лили, — ты старше, не пугай их. Когда поток студентов сократился, Лили наконец рассказала Римусу, что произошло. — Игра началась нормально. Но когда объявили загонщиков, перед Сириусом с неба упала девушка. О, Римус, это было ужасно. Она выглядела так, будто ее разрезали надвое. Глаза Лили наполнились слезами, но она боролась, чтобы не сломаться, когда к башне подошли новые ученики. — Как она выглядела? Брови Лили нахмурились: — Что? Я… я не знаю. Кроваво? — Ее волосы, какого они были цвета? — Я не могу точно сказать. Там где я сидела… я… было так много крови. — Они были длинные? Короткие? — Он сглотнул: —Кудрявые? — Кудрявые, определенно кудрявые, но спутанные от крови. — Гермиона. — Ты второй раз сегодня произносишь это имя, Римус. Кто она. — Мне надо идти. Мне нужно поговорить с директором. — Ты знаешь её? — Думаю, да. Римус побежал к больничному крылу. Гермиона Грейнджер провалилась в прошлое, и если он не доберется до нее вовремя, профессора не будут знать, как ей помочь. Он не мог позволить своему ученику умереть.
