платформа стагнации.

у дашика постер с twenty one pilots, игрушка мыши в комнате, егэ по биологии на самом кончике аккуратного носа, футболка с нирваной и бесконечно переносимый концерт my chemical romance, а у никиты только три трека zxcursed на бесконечном повторе. дашик в лицей (как обычно) опаздывает, а никита (как обычно) находится там с восьми утра. у дашика опрятная стрижка, а у никиты волосы под каре и черно-белый сплит. на «хими» они будут сидеть вчетвером: помешанная на зеркале глупая лизик, крутая-неуверенная настик, милая усталая дашик и закрывшийся никита. до гроба забавно. никита красивый, думается дашику. черная рубашка, застегнутая под горло, большие голубые глаза, как зацикленный по временному лезвию отрывок заклеймленного болью неба, которые видно редко из-за опущенных на лицо волос. со стороны они выглядят странно: настик, яро стремящаяся что-то толковое доказать, лизик, незаметно-заметно уставившаяся в выключенный экран телефона на свои огромные щеки. и дашик с никитой. дашик робко смотрит на него, а он — внутрь себя. ничего святого. если бы бог был, на этот мир его не хватило бы. на мир в глазах никиты, на вселенную в зрачках дашика. два пазла с разными ребрами, внезапно идеально сошедшиеся. что они делают? непонятно, все в туманном оцепенении. во всяком случае так запомнилось. настик обгрызает кровоточащие губы, нервно улыбаясь, лизик упоминает каких-то червей, обдирая пальцы, дашик хмурится, даже боится, наверное, стараясь сосредоточиться на занятии, а никита слушает музыку в одном наушнике. дашик загоняет себя до предела, стараясь изо всех сил, и у нее все получается, но что чего стоит — это уже вопрос для психолога, которому в будущем придется отвалить неплохую сумму. все это понимают, но всем похуй до звенящей колокольчиком на соль диезе тишины. парадоксально до идиотизма. никита — как маг в игре с травмирующей историей. вот только магии нет, платформа девять-и-три-четверти — по-наивному детская вера, и они уж точно не настолько заигрались (наиграли). аккуратные пальцы дашика осторожно, будто касаясь мраморной скульптуры, трогают плечо никиты. он поднимает голову, откидывает волосы с лица. у него не глаза, а винтовка, выстрелившая в сердце дашика медленно проходящей мучительной систолой. неужели снова открывается? нет, не стоит надеяться. слишком не те обстоятельства, наверное, слишком не те люди. дашик не может прогнать тонкую нитку упования на то, что он может ей доверять. не помочь, это не та сила, быть рядом, поддержать, не дать провалиться в черную дыру его же зрачков. никита что-то шепчет одними губами, никому не разобрать, но дашик различает в них по-сухому резко отчаянное «будь рядом, прошу». неинтенсивно кивает, давая понять, что будет, в любом случае. давая понять, что она есть и самой себе. у дашика на уме смутно-явная тревога. что-то недопонятное, нераскрытое, наверное, с лицом никиты. он, скорее всего, всех ненавидит. до тремора в пальцах и злых слез. скрывает за маской безразличия или натянутой почти пальцами улыбки, но дашик видит. пока не полюбишь себя — не полюбишь других, верно? хуй его. «к чему на других ориентироваться?», — думает дашик, пока острым взором проверяет, как все смотрят, чтобы пресечь все попытки насмешки. у никиты, скрипят зубы, стираясь в костяной порошок, дашик слышит. огромная во всех направлениях спина лизика закрывает весь обзор. дашик понимает. они с никитой знают, что настик смехом и активной позицией доказывает, что она существует (кому?), и ее хочется обнять, не донимая вопросами, что лизик просто последняя тварь, которой руки чешутся вмазать по ебалу за беспросветную тупость и эгоизм. а дашик себя не понимает. ничего нового. прогресс, деградация — все слишком условно. непрерываема и однозначна только стагнация. тотальная, всемирная, вселенская, наверное. пока есть она и никита, дашику ничего в принципе не надо. только загнать себя на учебе до выгорания, отвращения и тупого «ничего» внутри. у дашика получится. это точно. но то, чего это стоит слишком условно, чтобы быть новой проблемой. никита ложится под парту, дашику на колени, прячется от мирового состояния. дашик перебирает хрупкими пальцами тонкие черно-белые (не хватает красных, чтобы была русская рулетка) волосы. а в прочем, все не так плохо. она устало усмехнется. — никита, а ты случайно не помойка? тогда почему рядом с тобой мне тяжело дышать? — хорошая-плохая-невовремя идея тихим голосом. в ответ негромко-невеселый смех-плачь. а в прочем, ничего, в прочем, пока не умерли, уже можно подумать. хотя так не хочется. смысл? у никиты только он, дашик и в наушниках три трека zxcursed'a, да и у дашика, кажется, тоже.