Haus des Königs

Тьма тихо шепнула, что на территории леса оказывается чужак. Брюнет прислушивается к ней, и…

***

— Что может пойти не так? Всё окец будет, напарник! — голубогазый блондин подбадривающе улыбнулся, смотря на усталого друга. — Всё, Чиф, всё. Как у тебя с ними, — фыркает парень скрывая светлую макушку учебником геометрии. Прошу заметить этот ангелький дарк-тест он переписывает в третий раз. — Мичи! — Мацуно возмущённо вздыхает, не зная какие предпринять аргументы в свою пользу, но Ханагаки чертовски прав. Чёрт лохматый. — Да, да, я это уже в семьсот тридцать второй раз слышу, — отмахивается парень, закрывая глаза напару минут. Подремать же можно? Парень хмурится, ёрзая на земле от холода… Так, какая земля и холод? Он же в классе на парте лежал. Открыв глаза, голубоглазый немного затормозил — перед голубыми очами, ясно, на сколько позволяет темнота, фигурирует камень, а дальше солома с куском ткани. «Что за чёрт?» Беглый осмот местности ничего не дал — камень, холод, голод и всё. Видимо от последнего хозяин этой тушки и загнулся, хотя сколько люди на воде могут протянуть? «Вот всегда так — как надо что-нибудь вспомнить, так нет, извините, я ничего не помню!» Парень кое-как сел, шатает даже так очень сильно. «Если это продолжится так же, то и я так же коньки откину.» Мыкая и кхыкая, Такемичи вроде как сел ровно и его не водит из стороны в сторону. Аккуратно потрогав горло, кадык, выпирающие рёбра (вспомнилась одна девочка и скелет и кабинета биологии — отличие было только в том, что кости обтянуты кожей и оно ходит), и всё… Ноги ни в какую не хотят двигаться, даже дёргаться. Не чувствуются. «Вот же рыбка!» — Хэй, ползи, дрык из своей норы! — сморщившись от звона метала о метал, скрип и площадь временого места жительства осветили страные сгустки света. — Живучий, рат. — по голосу сразу понятно, что «его» не очень любят. — Как таких Мир носит? Отрыжка Бездны, — парень щурится, прислушиваясь к переговорам, как видимо стражников. Кто владеет информацией — тот владее миром — как любил погаваривать Тетта. Вот и сейчас его бесхозную тушку волокут по каменным подземельям. Ноги вполне человеческие — только будто тёркой по штанам прошлись оставляя вентиляцию. «Бездна? Демоны что-ли? Хотя там черти и прочая нечить, если верить интернету. Хотя как это мне поможет, я же не понятно где и в каком месте, даже мире, нахожусь.» Стражники не жалея итак покалеченого поволокли его дальше. Наверх. Уткнувшись разбитым до этого носом в траву, Мичи блаженно вздохнул — тело уже не так сильно болело, но истощаться до конца организм всё-таки не решился, а то и этот кони двинет. И трава оказывает привычной — зелененькой. «Уже лучше.» — Чего встали, растяпы?! — рявкнуло где-то наверху. Даже не дрогнув, их учитель японского и не так поучительно-дикторским тоном разговаривал, заметил в траве синюю точку оказавшейся паучком. Таких вроде пауками-скакунами называют. — Это! Тварь Бездны на, это, — затараторил первый стражник. — Ц. На Пепелище его, пусть свои же собратья сожрут. — Такемичи так же лежит не подавая признаков жизни. «Да, Чифуя, что может пойти не так?» Ханагаки очень даже понимает что чувствуют куклы — вертят и кидают как хотят… Грустно. Но ему грех жаловаться — ещё непонятно, что с ним могли сделать в этом мире. Закинули его на животное. Как там в одной сказке было? Конёк-горбунок? Мелкий пони, а уши ослиные. Только тут это чудо было раза в три больше и смахивает на ящерицу переростка с ушами кролика-вислоуха. «Даже не знаю — плакать или смеяться.» Ходка оказывается вполне мерная и по ухабам так и не сильно мотает. Голубоглазого даже укачало, в том смысле, что он уснул. Пробуждение тоже вышло незабываемым — его попросту спихнули на голую землю и утопали во свояси. А, земля оказывается не совсем голая — серый цвет только проклюневшейся травы и какое-то давление. Проморгавшись, Такемичи приподнялся на слабых руках и заметил, что трава ровной линие разделена на зелёное и серое. Вздохнув и сложив руки крестом, примостил голову. Не самый лучший вариант конечно спать непонятно где, но это тоже какой-то план. По сравнению с Чифуйкиными планами — это самое дно. И главное, что довольно тёплое дно. Но даже так ему не дали спокойно поспать. Открыв один глаз брюнет глянул на нарушителя его спокойствия. «А трава и правда вкусная…» Всё бы ничего, если бы на него не смотрел его давний друг — Мацуно Чифую. Да. Только натуральные рожки из чёрных волос выглядывают и вытянутые зрачки, а так — вполне себе милый паренёк. — Драсте, — выдаёт Ханагаки. — Ррашх, — выдаёт голубоглазый чёрт. Ах да, ноги были вполне покрыты чёрной шерсткой и хвост с кисточкой дрожит. — Чё? — лаконично выдаёт Ханагаки, опуская голову на сложенные руки. Чёрт с рогами (и горячими пирогами пришёл за краской) грустно на него взглянул и… Что и? Что-то пошевелил пальцами и бренная тушка парня оказывается в сне.

***

Вполне себе, что у каждого утро начинается посвоему — кто-то заваривает кофе с молоком, кто-то чай с бутерами, кто-то только ложится, а Такемичи просыпается в другом мире, в мягкой кровати и очень голодный. Парень сел на мягкой перине и буквально почувствовал себя свежим, как огурчик, только не зелёный и не в пупырышках. Его помыли? Прекрасно, напрягаться не надо. Видели голым? Так не страшно — он сам себя ещё не видел. Ещё бы еду и будет всё прекрасно! А, вот она. Да, теперь можно и поесть наконец-то. Вполне себе куриный супчик с бульоном. — Рушх, — Мичи чуть не захлебнулся ложкой супа от неожиданности. — простите, что прерываю вас, — голубоглазый глянул на источник голоса, коим оказался тот самый миленький чёртик. «Эх, Чифуя.» — Давай без этих приставок, а коротко и ясно. Ну и скажи, как тебя зовут? — глазастенький как-то сдулся и тихонько подойдя к кровати, неуверенно на него глянул. — Ми-тянка? — а сколько детской наивности в этих глазах. — Чифу! Морковку тебе в рот! — возмутился Ханагаки. Да, это его Чифир. — Прости, что так получилось и резко выдернул из того мира, — Ханагаки попил бульон, натянул одеяло и протянул руки-палочки в сторону чёртика. — Только не говори, что это очередное клишированое попадание из одной вселенной в другую, где тут свергнут король, я сбежавший принц и прочее, — заворчал голубоглазый. Напрягаться он не любит, а тут даже ног не чувствует. Какой из него герой? Да и в основном там попаданки, принцов там себе по дороге валяющихся лечат, кормят, поят, а потом какая-нибудь заварушка, где он признаётся ей в любви и всё хорошо. Он на попаданку не очень подходит. — Нет, Ми-чан. — фырчит Мацуно. — Просто ты попал не в то место не в то время, под заклятье придворного мага из-за переполоха. Вобщем тебя этого и тебя того мира местами душу подбило и сменило. Тебя здесь не было всего год, да ты был в темнице. Я помогал как мог — Тьма передавала часть еды, чтобы ты не умер от голода. Светлая сторона же начала теснить тёмную и наша земля — небольшой клочок земли, где собрались тёмные и порождения Бездны. — слушая мягкую и размереную речь, Такемичи потихоньку засыпает.