Авада Банкай

Вся округа была усыпана мертвыми телами. Кента мог узнать вид подобных трупов, но для Оливера такое зрелище было впервые. Хотя отсутствие крови и подавляло его рвотный рефлекс, сдержать отвращение он не мог. Обесцвеченные мертвецы, составлявшие совсем недавно довольно угрожающую армию, лежали горой, на вершине которой сидела уже совсем не похожая сама на себя Мамба. Кристаллические отростки, характерные для демонов поменяли цвет на черный, а синеватая кожа, напоминавшая таковую у мутировавших людей, окрасилась в ярко красный. — Привет, мальчики! — Крикнула она вышедшим из храма Оливеру и Кенте и залилась злобным смехом. — Эй! Ты что натворила? — Крикнул в ответ совсем запутавшийся Кента, заметив, что Оливер не может высказаться из-за очередного наплыва тошноты, — я думал, ты считаешь меня своим господином, или что-то такое! Я же говорил ждать моего возвращения! — Теперь это излишне, мистер скрытый убийца. Я сильнее, и смысла в подчинении больше нет, — улыбнулась она. — Если б ты только знала, сколько раз я слышал подобное. Но будем честными, ты ведь тоже умрешь с одного моего взмаха? Сказав это, Кента хотел повернуться к Оливеру, чтобы спросить совета, но в то же мгновение Мамба оказалась у его левой руки. Заметив это, Кента использовал свою способность быстрого перемещения, мгновенную поступь. Взяв за шиворот Оливера, он отпрыгнул за долю секунды на несколько метров в сторону. — Я в порядке. Буду держать защитный купол на себе, но в атаке не смогу помочь, — отдышавшись сказал Оливер. — Наконец что-то интересное, — улыбнулся Кента глядя на довольную таким исходом Мамбу. Присмотревшись, Оливер заметил, что она держит левую руку Кенты. Похоже, во время прошлой атаки она оторвала ее. Поднеся обрубок руки к губам, она попыталась выпить ее, как и всех остальных до этого, но едва прикоснувшись, с отвращением отбросила в сторону. В тот же момент Кента очутился позади нее. Остаточный след удара словно солнечный блик прошелся от места, где был Кента, к шее Мамбы и далее к обнаженному мечу. Меч, в свою очередь, имел уже иной облик. Оливер знал о так называемом высвобождении зампакто, о котором Кента рассказывал однажды. Необычные магические свойства, появлявшиеся вместе с изменением внешнего облика он называл Шикай. Судя по описанию, у всех шинигами Шикай был разным, меч при таком превращении мог полностью менять свою концепцию, превращаясь даже в огнестрельное оружие. Как предположил однажды Оливер, меч просто подстраивается под индивидуальные особенности своего владельца, а не придумывает форму случайным образом, как считал Кента. В любом случае, облик зампакто, зовущегося Камиширо, идеально подходил Кенте. Металлический веер был длиной чуть короче невысвобожденного меча, а из-за своего ослепительно белого цвета казался бумажным. Его особые свойства оставались загадкой для Оливера, ведь Кента всегда отказывался от экспериментов со своей силой. — Это было слегка болезненно, — нахмурилась Мамба, потирая шею в месте, куда пришелся удар, — но даже царапины не осталось, хихихи. — У меня и не было цели разрубить. Я примерно оценил твои текущие силы. Похоже, надежда на нормальный бой действительно вскружила мне голову, ведь я решил, что битва будет интересной. Какая глупость. — Я вообще-то тебе руку оттяпала, если ты не заметил. Разве этого недостаточно? — В голосе Мамбы уже не слышалось прежней надменности. — Бесполезный разговор. Ты уже стоишь с трудом. — Я... Не... Мамба упала на колени задрожжав. Похоже, она пыталась что-то сказать, но сил на это не хватало, и ей удавалось лишь слегка двигать губами. — Что за черт? — спросил подошдший Оливер, поняв, что опасность миновала. — Она попробовала мою кровь, а это ошибка. Способность Камиширо очень уж неудобная. Она работает только если меня пытаются сожрать, ну или выпить кровь, как в данном случае. Такой вот защитный механизм. Хотя против тех, кто не хочет меня съесть, то есть всех шинигами, это бесполезно. Против них пришлось стать лучшим в базовых способностях. — А способность-то в чем заключается? Кровь это условие для активации, а дальше? Почему она теперь без сил? — Я знаю, ты не любишь поэзию, потому Камиширо тебя и не одобряет. А вот ей по душе красивые слова. При касании она переносит на себя силу, оставляя врага словно чистый лист бумаги. Видишь? — Кента показал на веер, который держал в единственной руке. Его поверхность теперь была исписана неразборчивыми символами. — Жутковато, она ведь теперь даже вдохнуть не имеет сил. Лежавшая на земле Мамба слегка дернулась. Ее тело резко вспыхнуло фиолетовым пламенем, и Кента, как совсем недавно, отпрыгнул с Оливером на несколько метров в сторону. Ядро пламени словно светилось тьмой, заставляя наблюдавших за этим Оливера и Кенту прищурить глаза. Как вдруг, в это место ударил тот же луч, что принес в мир этих двоих. Когда сияние прекратилось, на месте, где испарилось тело Мамбы стояла фигура крепкого лысого мужчины с бородой. — Тебе лучше бежать подальше. Не думаю что твой барьер справится с тем, что сейчас будет. — Прошептал Кента Оливеру, — я получил чего хотел. Банкай.