Похититель и похищенная

У меня никогда не было проблем в общении с людьми. В образовательных учреждениях был на хорошем счету у преподавателей и хорошо общался с одногруппниками. Всё же, я всегда был самодостаточен, но это не значит, что мне чужда жажда общения и желание близости. Причина моего осознанного одиночества проста - далеко не каждый человек может стать моим другом. Скука овладевает мной, когда я общаюсь с людьми. Погода, спорт, политика, сплетни, да хоть самые интересные темы, философия и наука, всё это утомительно, когда собеседник узколоб. А ведь даже чепуха будет интересной и весёлой темой для разговора в компании умного человека. Впрочем, это не так важно. Моя новая клиентка вновь пришла через пять дней, как мы и договаривались. Я потихоньку нащупывал приемлемые темы, лишь бы мы могли поговорить побольше. Она таяла у меня на глазах, всё чаще позволяла себе улыбаться и откровенничать, это было безумно приятно, тепло лилось рекой по моему телу. Я был хранителем всех её тайн, и ведь она доверила именно мне, даровала свою улыбку только мне. И я был уверен в этом. Чем больше она рассказывала, тем больше ко мне приходило понимание её одиночества и полной изолированности от мира. Днями и ночами она сидит дома, на прогулки выходит изредка вместе с родственниками, а если одна, то недалеко, в дворике частного дома. Пару раз в месяц ходит на занятия по скрипке. Много читает, вяжет, рисует, смотрит фильмы или же нянчится с сестрой. Домашнее обучение стало одной из причин того, что у неё всё ещё нет друзей и социальных навыков. - Мама очень сильно ругается из-за любой плохой оценки.. - сказала девушка с печальным лицом - И.. Ну.. Это уже был третий сеанс по счёту. Тёплые деньки прошли, становилось всё холоднее, дожди лили чаще. В ту нашу встречу, она наконец набралась храбрости поговорить со мной о боли, о её шрамах и о негативных мыслях. Я был весь в нетерпении, ждал этого момента, ведь теперь смогу помочь ей. Заслужить её доверие было для меня чем-то невероятным, я жаждал этого невыносимо сильно, мне так хотелось узнать о ней ещё что-нибудь, ещё больше. Уже тогда ко мне начало приходить понимание того, что я влюблён. Всячески отгоняя такие мысли, это ведь непрофессионально, я постарался сконцентрироваться на её словах. - Помните синяк на моей ноге? - начала издалека она - Мама сказала, чтобы я говорила о том, что я сама как-то случайно ударилась.. - Как же всё на самом деле? - поинтересовался я, не в силах молчать от жгучего интереса - Ну.. Я часто ошибаюсь в чём-либо. Могу неправильно написать слово, решить пример, застелить постель, выбрать одежду, заплести волосы. Самые разные ошибки — говорила она, с огромной тяжестью. Было ясно, что в её горле уже был ком, было сложно сдержать слёзы - И мои родители думают, что лучшим наказанием всегда будет физическое. Девушка опустила свою голову и посмотрела на свои руки. Изрезанные и уродливые, все эти ужасные глубокие шрамы останутся надолго, если не на всю жизнь. И глядя на них, она явно могла вспомнить историю каждого, почему и когда он был нанесён. Эти воспоминания теперь навсегда с ней, она сама сделала так, чтобы помнить об этом каждый день. Справедливости ради, скорее всего, это решение не было взвешенным. Поспешное и эмоциональное травмирование самой себя, ради успокоения. - И поэтому.. Я сама начала резать себя, когда ошибалась. Мне так становилось спокойнее. - делилась со мной пациентка - Сначала родители удивились, потом разозлились. Иногда умоляли, чтобы я прекратила, отнимали все острые предметы, водили по врачам. Но всё возвращалось обратно. - Что было у других врачей? Тебе никто не смог помочь? - Да. Я ни с кем не разговаривала. Мне казалось, что никто не был заинтересован. Как Вы сказали, это была игра в пинг-понг одному. На меня смотрели с отвращением и осуждением, я не хотела говорить с ними Она сделала небольшую паузу, отвела взгляд в сторону и смахнула слёзы с глаз. - Мне говорили, что я расстраиваю родителей, что пора повзрослеть и перестать делать глупости. - сказала клиентка, её ком в горле разломился, она плакала - Мама подначивала сестру расспрашивать о моих шрамах.. - А Вашу сестру бьют? - поинтересовался я - Нет. Она пока что соответствует идеалам родителей. - сказала она, и потянулась за салфеткой - Сестра в любимчиках, но я не против этого. Я тоже её очень сильно люблю. Не хочу, чтобы её начали бить, как меня. Я кивнул. Меня мало заботила судьба этого ребёнка, я вообще детей недолюбливаю. На её милом личике всегда должна быть улыбка, а не слёзы. У меня сердце рвалось из-за того, что она плачет, внутри меня зрела злоба к её родителям, которые позволяли себе насилие к этому очаровательному созданию. Но, с другой стороны, быть может только из-за этого она и выросла такой? Безропотной, нежной и хорошенькой. Настоящей девушкой, примером женственности, совсем не как остальные. Избалованные, мерзкие, развращённые и вульгарные, вечно дерзят и строят из себя самостоятельных, хоть и не брезгуют присосаться к чужому кошельку. На фоне таких наштукатуренных куриц, моя пациентка была идеалом. Как же жаль, что на моём жизненном пути я раньше таких не встречал. Тем временем, моя пациентка поникла. Вновь замолчала и уставилась в одну точку. Я понимал, что она с каждой секундой всё глубже и глубже уходит в размышления, тонет в мраке негативных мыслей и жизненных событий. Понимание того, что мне нужно ей помочь пришло ко мне в ту же секунду, но способ, который я выбрал, одобрили бы далеко не все. По логике, конечно же я должен был вызвать органы опеки в тот же день, защищать свою клиентку в суде, кинуть садистов за решётку и настал бы счастливый конец. Однако, это очень долгий процесс. За это время её могут избить, увезти, откупиться от следствия, и ещё множество вариантов. Возможно, я ошибался в тот день, думая о таких печальных исходах, и всё прошло бы как по маслу, и все мои коллеги, СМИ и правоохранительные органы были бы мне благодарны за то, что я помог бедняжке, я был бы героем. Но кто бы о ней тогда позаботился? В силу незнания и неопытности, её бы продолжали обижать, могли бы обмануть, осквернить и испортить в реальном мире, без всякого контроля. Этого я не хотел. Мне была неприятна мысль о том, что моя девочка будет испорчена какими-нибудь ублюдками, что станет такой же представительницей женского пола, как и все остальные. Мне хотелось сберечь эту драгоценность, оставить её лишь для себя, любоваться ей одному. - Что ж, время сеанса подошло к концу. В следующий раз мы обсудим, что делать. Я что-нибудь обязательно придумаю - сказал я, и отвёл взгляд от настенных часов к ней Девушка молча кивнула, встала с мягкого кресла, надела светлую кофточку и пошла к выходу. Перед самым порогом она остановилась, повернулась обратно и сказала: - Когда Вы сказали, что мне место в психушке.. Было обидно. Неприятно. - сказала она жалобно смотря на меня - Я был не прав, прошу прощения. - ответил я, но про себя отметил её возросшую смелость и уверенность Моя девочка ушла, а до следующего сеанса было ещё много времени, целых девять дней. Не понимаю, чем был тогда обусловлен массовый поток клиентов ко мне. Было печально из-за того, что я ещё не скоро увижусь с ней. Однако, был и плюс. Я успею всё подготовить или хотя бы начать. Чуть погодя я вышел из кабинета и направился в комнату отдыха. Уже там, ожидая заварки кофе, я краем уха услышал разговор своих коллег о снотворном. Один жаловался другому о проблемах со сном, второй посоветовал донормил. Я прислушался к диалогу и узнал, что продажа этого снотворного средства осуществляется лишь по рецепту, но в некоторых аптеках могут и не спросить. В тот же день, после работы, я поехал по разным аптекам. Я ещё не был уверен в своих действиях, мой план только начал зреть, но всё же, мало ли мне понадобится когда-нибудь в жизни снотворное? Ничего странного в его покупке нет, да и вообще, я ведь психотерапевт, а непонятный проходимец. Купить донормил у меня получилось с третьей попытки. Заранее я успел изучить средство получше, оно идеально мне подходило. Принять до двух таблеток, запить водой, а эффект всего через пятнадцать минут и до шести часов сна. Всю неделю я провёл в подготовке. После работы, во время выходных, в любую свободную секунду я думал о своём плане. Сам я живу в хорошей квартире, в одной из модных новостроек, но в наследство мне достался старенький домишко от бабушки. Большую часть детства я провёл там, а теперь от светлых воспоминаний осталась лишь ветхая халупа с отключенным электричеством и водой. Долгов не было, я сам забросил это жильё после смерти бабули, оно совершенно мне не нужно. Но теперь я, одетый в то, что не жаль испачкать, стою прямо у забора и смотрю на участок. Заросший, страшный сад, с деревянного забора давно слезла краска, одно разбитое окно. В целом, неприглядный вид, особенно если сравнивать с домами по соседству. Не желая засветиться на глазах у местных, я поспешил в дом. Повсюду пыль и грязь, деревянный пол скрипел от каждого шага, заброшенная и депрессивная атмосфера. Мною бы так и овладела тоска, если бы я приехал просто так, а не по делу. Проследовав на кухню, я отодвинул грязный ковёр в сторону. Под ним пряталась дверца в погреб, раньше там хранились бабушкины соленья и всякий хлам, но теперь там пусто, одни бетонные стены. К счастью, ничего не было затоплено, не было сырости или плесени, одна сплошная темнота. Я поднялся обратно наверх, забрал из машины необходимые мне вещи и принялся за уборку в погребе, оставив дверцу открытой. Конечно, здесь не обойтись без ремонта, как минимум нужно будет провести сюда свет, ведь я не смогу оставлять погреб всегда открытым. Начало было положено, я шёл к своей цели быстрыми шагами. Осталось совсем немного. Кинуть сюда матрас, привести парочку интересных книг, провести свет, включить воду.. Всё это казалось ничтожными препятствиями на пути к счастью.