Ну почему это только во сне?

Лиам не был русским. В своё время его родители перебрались в СССР благодаря хорошим знакомым. Им, наивным американцам, казалось, словно они могут попытать счастье здесь, среди глупых россиян, обожающих водку и катающихся на бурых медведях. Но у них ничего не получилось. 90-е шли сурово, и мать Лиама заболела. Сухая рука жнеца косой разрезала его матери нить жизни. Его отец был несчастным мужичком. Тащил в дом весь хлам, что находил на улице. Даже зимой, когда снег покрывал холодный край страны, он умудрялся притащить мальчишке чью-то, когда-то красивую, резную свечку. Лиам любил отца, наверное поэтому сейчас, притянув к ушам простенькие белые наушники, включил песню и зашагал в аптеку. Подъезд встретил бы его привычной пустотой, но тихий для всех лепет певца он слышал хорошо и чётко: — В белую ночь сирени листву — Ветер качает то робкий, то смелый — В белую ночь, когда я усну — Присниться мне сон удивительно белый Находясь ещё в квартире, он просто рисовал, когда отец неожиданно проснулся и закомандовал сыну идти в аптеку. Его кашель усилился. Парню ничего не оставалось, кроме как отбросить портрет таинственной незнакомки, мелькающей то тут, то там в его снах. Было поздно. Заката уже не было видно. Небо приобрело голубовато-серый оттенок. Мягкая и холодная нежность ветра точно ласкала лицо Лиама. — Птица взмахнёт волшебным крылом — И я появление твоё угадаю — В белую ночь мы с тобою уйдём — Куда я не знаю, куда я не знаю Каждая мысль парня неизменно касалась этой девушки. А в голове звучало лишь имя богини луны — Селены. Лиам не понимал, почему её облик ощущается таким родным? Почему каждый раз видя её, он хочет упасть прямиком в её объятия? Почему прозвище «Моя милая Лилит» так хорошо ей подходит? Её белоснежное платье, без единой складки ей шло, но Лиам мечтал увидеть девушку в чём-то неаккуратном и лёгком, будто снять налёт идеальности и раскрыть её шкаф со скелетами. — «Пусть эта милая леди ничего не таит, она — лишь моя выдумка, мой милый, маленький сон, где у меня есть кто-то кроме отца, пускай я её и не знаю…» — Белая ночь опустилась, как облако — Ветер гадает на юной листве — Слышу знакомую речь, вижу облик твой — Ну почему это только во сне? Тихая музыка успокаивала, и Лиам наконец, обратил внимание на окружающий его мир. Ночь вошла в свои права и уверенно держалась сама по себе. Влияла на ума людей, и они засыпали, утомлённые тяжёлыми сменами на заводах. Большие панельные дома возвышались и стремились первыми увидеть рассвет. Лиам не был россиянином, но ему казалось, что он понимает их жизненную меланхолию. Ему нравилась серость и тишина царящие здесь. Дворики с изрисованными детскими площадками вынуждали почувствовать укол ностальгии, хотя он и не играл здесь никогда. Всё просто. У каждого человека, живущего здесь, есть воспоминания. Они всегда связаны с каким-то моментом, неважно дорогим сердцу или нет. Вот здесь мальчик с соседнего двора разбил коленку, а пацаны вокруг смеялись над ним. А вот здесь девочка училась кататься на велосипеде, но неудержав равновесие, упала, чтобы позже подруга и папа утешали её. Ему казалось, он понимает русских людей, ведь у самого были такие воспоминания. Воспоминания…. — Краска зари, небесная высь — Жаль, что ведения мои всё короче — Сон повторись, я прошу повторись — Но так коротки эти белые ночи Лиам никогда раньше не видел девушку из снов, но увидеть хотел. Со временем, конечно, он забыл о ней, как и о той короткой прогулке до аптеки. Но когда однажды, в белую ночь его позовёт Селена, он вспомнит. Он обязательно вспомнит. Ведь он обещал. — Белая ночь опустилась, как облако — Ветер гадает на юной листве — Слышу знакомую речь, вижу облик твой — Ну почему это только во сне?