Чертовка

      Ди проснулся от громкого хлопка входной двери. Родители куда-то ушли. Он потер свои сонные глаза и вновь мысли о случившемся настигли его. Ему было неимоверно стыдно и одновременно обидно… за себя. Ди даже не мог представить, что будет с семьёй дальше. Все это из-за него.

***

      Ди сидел в своём комнате, как вдруг услышал голос мамы за дверью. В комнате Хэви. — Хэви, собирай вещи. — Что случилось?! — вдруг растерянно заговорил Хэви. — Мы с тобой сваливаем от сюда. Немного помолчав она продолжила — Я развожусь с твоим отцом. А дальше снова тишина, которую прервали всхлипы младшего брата. Ди не выдержав тут же вскочил с кровати и побежал к брату. Заключив младшего в объятия он шептал ему слова утешения. Но Хэви будто не замечал своего брата. Вдруг прозвучал грозный голос Виктории — Отойди от него, — сказала она смотря на Ди. Он застыл. Смотря на маму с полным непониманием. — Я что-то неясно сказала? — продолжила она тем же грозным тоном. — Мам?.. — с дрожью в голосе Ди пытался говорить уверенно, — почему? — Ты омерзителен. Слезы прилили к глазам. В горле огромный ком, который не давал сказать и слова. Внутри с огромной скоростью нарастала обида на мать… и огромное желание высказать всё, что он хотел. — Это из-за того, что я чувствую?! из-за того, чего я так желал? — каждое слово было громче предыдущего, — я имею право любить! и что вы мне сделаете?! это я… я настоящий! если вы не хотите принимать меня таким… мне всё равно, — последние слова Ди проговорил шёпотом, вытирая слезы, что текли ручьём по его щекам. Ему явно было не всё равно… Вики даже не стала задумываться над словами сына — Вали отсюда, — холодно ответила она. На лице Ди было видно недовольство. Так и хотелось послать её… но он не смог себе это позволить. Нервно выдохнув он скрылся в своей комнате не без демонстративного хлопка дверью.

***

      Ди стоял напротив кабинета отца, не решаясь постучать. За недолгое время у него назрело много вопросов, которые он хотел обсудить именно с папой. — Зайдите, — сказал Глэм в ответ на стук. Войдя, все заготовленные речи уже казались бредом. Хотелось говорить от души. — Пап… что будет дальше? — и тут же добавил, — с нашей семьёй. Выдохнув, Глэм ответил — Вики намерена забрать Хэви и уехать, — его речь звучала холодно, будто он ничего и не потерял. — А мы?.. Глэм молчал, пытаясь не смотреть на сына он опустил голову. Ди подошёл к нему ближе и заглядывая в глаза спросил — Что между нами? Всё то же молчание. Уже отчаявшись он направился в сторону двери. Но вдруг услышал шаги сзади. Ди окутали отцовские руки, которые каждый раз вызывали у младшего неописуемо-приятные ощущения. Глэм гладил сына по волосам. — Ди, прости меня… это все было огромной ошибкой… — в голосе было слышно разочарование, — я виноват, что не остановил это раньше. Уже поздно что-то менять. Ди было что сказать. Но это не сделал. Ему хотелось молча растворяться в объятиях любимого папы, слушая только его. Зависимость. Никак не может покинуть его. Даже в такой важный момент. — Ди? Младший посмотрел в стеклянные глаза отца и отдался своим чувствам, забыв обо всём. Обхватив лицо папочки обеими руками, он притянул его к своим губам, с каждой секундой углубляя поцелуй. Руки Глэма плавно перешли на талию, немного сжимая и поглаживая каждый её миллиметр. Они даже не собирались отстраняться, ведь так скучали по этому чувству. В голове у Глэма каждый раз крутились разные мысли. С самого начала он не сопротивлялся своим действиям. Ему нравилось трахаться со своим сыном. Но позже это казалось полным сумасшествием, лишь из-за чужого мнения. Каждый раз он убеждал себя в том, в чём ему не хотелось. «Во всём виноваты эти глаза», было его оправданием для самого себя. «Он мой сын», повторял он каждый раз, после любой мысли о Ди. Было легко обмануть себя, но не своё сердце, что билось чаще рядом с любимым. — Ди, — начал Глэм отстранясь от поцелуя, — забудь всё, что я сказал, — говорил он со сверкающими глазами, наконец осознав, что все время врал ни только себе, но и Ди. — Я люблю тебя, — прервав молчание, шёпотом сказал Ди. — И я тебя.

***

Виктория с Хэви молча ушли. Глэм и Ди остались вдвоём. Уже никто их не осудит. Теперь они счастливы вместе.