Параллельные вселенные

"Я опускаю руку, Не помахав. Разрешив просто так тебе уйти и не Столкнуться взглядом. Нам нечего сказать друг другу..."* Смолкли последние звуки песни, последний взлет руки, прощальный взмах ресниц. Наступила короткая тишина перед следующей песней. Но этот короткий миг для танцора растянулся, казалось, на вечность. Обжигающий взгляд пронзал его спину и опалял похлеще разлитого кипятка нерадивой хозяйки. Чимин не смел ни пошевелиться, ни вдохнуть. Его пригвоздил к месту жгучий взгляд одних ярких темно-карих, почти черных, глаз. А поза у него было довольно неудобная, к концу песни, для акцентирования драматизма, он присел на одно колено, выкинув другую ногу вперед с натянутым носком, одна рука была у лица, другая отброшена назад. Поза было эффектная, но неустойчивая и неудобная. Однако, занятый своими новыми ощущениями кролика перед удавом, он упустил момент встать и получить порцию заслуженных аплодисментов, теперь же, ощущая себя дурачком, он балансировал на одной ноге и думал, как бы не рухнуть под порцию заслуженного хохота. Дзинь. - Ай, блядь! - это пьяненькая Марс разбила бокал со шампанским и расстроилась, что это были последние миллилитры ее любимого сорта игристого вина. - Тебе удобно? - раздался голос сверху. "Бля" - подумал Чимин, но позы менять не стал, делая вид, что он так специально сидит и вообще, ему комфортно и он ждет следующей песни, чтобы продолжить свое движение. - Встать не хочешь? У тебя уже ноги трясутся и уши красные. Неудачник-танцор оказался в затруднительном положении, мышцы настолько свело от напряжения, что он не мог произнести внятных звуков через рот, кроме мычания и блеяния. Ситуация казалась безвыходной. А потом стало больно и обидно. Потому что об него самым наглым образом споткнулись и упали, да еще обматерили в полете. Теперь посреди танцпола красовалась новая экспозиция, уже из двух тел, которые тихо матерились, шипели, стонали и всхлипывали. Распутаться, а тем более встать не получалось. Сам Пак теперь сидел на корточках, одна нога Юнги оказалась возле паха Чимина, зажатая между коленями, из-за чего он ощущал своим самым интимным местом любое движение молодого мужчины. Шуга же лежал на полу, разведя в стороны руки парня и каким-то чудом удерживая их в таком положении. В общем, кучка из них вышла живописная и неординарная. Со стороны, это смотрелось то ли слишком страшно, то ли слишком сексуально, чтобы глядеть на это без смущения. Поэтому люди предпочли не заметить данную композицию, а просто интуитивно обходили стороной. Здесь нечему удивляться, человек так устроен, если один из признанных вожаков (а Мин Юнги был как раз таким) оказался в неловком положении, то стая, чтобы не навлечь на свою голову беду, старалась просто стереть из памяти такой сюжет. Ведь если потом напомнить сильному о его промахе - плохо будет не ему, а тому, кто напомнил. - Замри. - Чимин услышал сосредоточенный спокойный голос Мина. - И не шевелись. Я сам. Юнги аккуратно разжал запястья парня, который сразу опустил их на пол, чтобы удержать равновесие, от чего теперь стоял в коленопреклонной позе. Шуга же, опираясь на локоть, осторожно вынул ногу из коленного захвата и, перекатившись, рывком вскочил на ноги, сразу же утягивая за собой Чима. - Крепкие ноги. Пак Чимин решил проигнорировать данный комментарий. После такого фиаско танцевать не хотелось, как находиться среди людей, видевших очень личную сцену. - Я проголодался и собираюсь поехать есть рамен. Угощаю. - Да нет, что ты. Здесь Марс, да и не удобно как-то. - Чим сразу замялся. С одной стороны, ему очень хотелось поехать вместе с этим невероятным человеком и продлить время их общения. С другой - скорее бы закончился это вечер, что бы он мог остаться наедине с самим с собой и разобраться в своих мыслях. - Ты про ту Марс, которая сегодня вышла замуж и сейчас они с мужем репетируют первую брачную ночь в том темном углу?- скептический тон Юнги пресек такой замечательный повод, а громкое бурчание желудка отрезало остальные пути отступления. Покидая клуб, Чимин чувствовал облегчение - наконец-то вся сегодняшняя свадебная суета его больше не касается! Выйдя на улицу, он глубоко вдохнул прохладный воздух бабьего лета, посмотрел на появившиеся звезды и смело зашагал к машине его нового знакомого. Он верный и честный парень, и он точно знает - кроме предстоящего позднего ужина их больше ничего и никогда не будет связывать. В салоне авто пахло кожей и Юнги. Терпкий, наполненный феромонами запах, окутывал и щекотал ноздри, как самый дорогой пуэр, что довелось пробовать Чимину за его пока еще короткую жизнь. Ему нравилось. А еще он понял, что теперь будет пить пуэр чаще. Просто так, чтобы похоронить в себе этот маленький секретик. Иногда проще перенести симпатию на еду или напиток, наделяя вкус и запах нужными чувствами и ассоциациями. Убедить себя, что тебе нравится это, потому что вкусно. Со временем, воспоминания сотрутся, а вкус останется. Они ехали уже полчаса, а так и не остановились ни в одном из кафе, мимо которых проезжали. - Юнги-хен, а куда мы едем? Скоро кафе все закончатся. Нет, Чимин не волновался, но уже подумывал начинать. Молодой мужчина за рулем, вроде, не был похож на насильника, хотя... Когда насильник был похож на насильника? Чтобы вот он шел по дороге, а все прохожие, увидев его сразу понимали: идет насильник, берегись. - В лес тебя везу. - Чимина аж подбросило на сидении. - Ты мысли мои читаешь? - Ты дышишь очень красноречиво. - совершенно спокойным тоном, как будто говорил самые очевидные вещи, ответил Шуга. А меж тем, они и правда выехали из города и направились в сторону ближайшего леса. "Еб твою мать" - подумал Чимин, "Вечер обещает быть томным" - подумал Юнги. Чимин не успел придумать план побега, как они уже съехали с главной дороги на песчаный проторенный путь. Проехав еще немного, они, наконец, остановились на берегу небольшого лесного озерца. Уже показалась луна, мягко светили звезды, а вокруг было так тихо и спокойно, что шум ветра в траве казался оглушающим, а звук плещущейся рыбы - звонким, как ботинки чечеточника. Не говоря ни слова, Юнги заглушил мотор, вышел из машины и открыл багажник, начав чем-то там шуршать. Чимин тоже вышел и стал разминать, затекшее за долгий путь, тело. Он сладко потянулся. Казалось, с того момента, как он вышел из дома, прошла уже целая вечность, но как ни странно, он не чувствовал усталости. Лесной воздух, ночное озеро открыли в нем второе дыхание и он стал с интересом приглядываться, что такое делает этот непостижимый человек. А человек достал маленькую плитку, складной столик и кастрюльку, налив в нее воды, поставил закипать. В ответ на вопросительный взгляд охреневшего Чимы, он сказал: - Не ну а что? Рамен и в лесу рамен, какая разница. У меня с собой и яички есть, и кимчи. "Какой хозяйственный" - подумал Пак, но в ответ ничего не сказал, а стал оглядываться по сторонам, замечая, как вкусно пахнет лесными цветами и как ярко горят звезды в ночном небе. Стало так легко и приятно, как будто они с Юнги всю жизнь варят рамен в ночном лесу. В эти мгновения Чимин забыл обо всем, что было "до" и перестал мучать себя мыслями о том, что будет "после". А потом они ели острый вкусный рамен, доставая его прямо из кастрюльки, заедая все кимчи и вареными яйцами. Оказывается, красота кроется вот в таких простых вещах. А сколько еще удивительного скрыто в Мин Юнги - Пак Чимин даже представить не мог, ему вдруг захотелось открывать его, как волшебную книжку с чудесными сказками. - Я боюсь своего будущего. - нарушил тишину Чимин. - Мне страшно представить, что со мной станет через год, три, пять, десять. Сейчас я студент второго курса Института искусств, но куда потом я смогу пойти работать? В театр, где платят гроши? Или на подтанцовки к какому-нибудь капризному певцу? Нет, такая жизнь не для меня. Чимину вдруг стало грустно и он постарался засунуть побольше рамена в свой рот, забавно надув щеки. - Пхгхп - Юнги от такого нежного умилительного зрелища поперхнулся лапшой и чуть не выплюнул прямо в эту симпатичную моську, но вовремя спохватился и постарался быстро все прожевать. - А зачем ты тогда пошел на танцы? Есть же "...финансы и аудит, джип с водителем, из колонок поет Эдит.."* - процитировал он один из своих любимых стихов. - Серьезно? Танец - вся моя жизнь, я ради того, чтобы учиться там даже пошел против воли родителей. Юнги хитро прищурился: - Обратная психология всегда работает. Вот ты и ответил на свой вопрос. Слушай, Чим, главное заниматься тем, что ты любишь, в чем ты настоящий профи, а как заработать на этом деньги способы обязательно найдутся. Потому что истинные увлеченные профессионалы, в любой области, очень редкое явление и дорогое. Тут он увидел на щеке Чимина кусочек от лапши и машинально подвинулся ближе - убрать крошку с его лица. От неожиданности тот неловко дернулся и их тела оказались в опасно близком положении, взгляды встретились и они утонули в глазах друг друга. Дыхание щекотало кожу, разбегаясь мурашками по всему телу. Пальцы Юнги, теплые и мягкие на ощупь, так и застыли в миллиметре от щеки Чимина, рука этого человека была незаконно близко, из-за чего он почувствовал невероятное притяжение и желание прижаться своей щекой к ладони старшего. Шуга медленно, будто нехотя, повел большим пальцем вниз и по скуле, так и не дотрагиваясь до нежной кожи, а потом так же резко убрал руку и отодвинулся. - Главное, чтобы близкие люди всегда были на твоей стороне. - закончил он и стал собирать посуду обратно в багажник. Всю обратную дорогу они ехали молча. Каждому было о чем подумать и разговаривать совершенно не хотелось. Они попрощались на перекрестке и черная машина Мин Юнги скрылась за поворотом.