Последствия ревности и случайно брошенных слов

Драко Малфой

Малфой только и успел растерянно посмотреть вслед только что выбежавшей Грейнджер. Была мысль догнать её, но голову вдруг затопило осознание только что брошенных слов, поэтому Малфой просто облокотился об стену, до сих пор скрываемый гобеленом, и дал свободу своим мыслям: « Она, правда, сказала, что я не могу её ревновать, пока мы не женаты? Может просто послышалось, но тогда бы она так стремительно не убежала. Неужели, это правда, был намёк на свадьбу? Хотя, зная Грейнджер, это скорее вырвалось непроизвольно. Свадьба. Но она ведь не могла это сказать, как совсем случайно брошенные слова. Тем более она сказала, пока мы не женаты, то есть она на это рассчитывает. И почему я не могу её до этого ревновать? Какая же она всё-таки взбалмошная девушка. Почему именно в неё меня угораздило влюбиться. Может, действительно, сделать ей предложение. Говорят, Малфои влюбляются по-настоящему один раз и на всю жизнь. Я уверен у меня как раз этот случай. Тогда почему бы сразу не взять все права на Грейнджер, пока их не захотел взять даже тот же Маклагген. Да, нужно делать предложение. Я уже устал вечно скрываться. Тем более она сама предложила, даже если не преднамеренно. Но, я уверен это того стоит. Хоть, я и никогда этого не говорил, но я люблю её и готов прожить с ней всю жизнь и даже больше. Интересно, какое выражение лица будет у Потти и Уизела или у всех остальных. Наверное, стоило сначала хотя бы сказать о том, что между нами что-то есть, но, что я за Драко Малфой, если не захочу произвести фурор. Надеюсь, Грейнджер меня не убьёт или для начала хотя бы согласится на моё предложение. А что насчёт родителей? Мама согласится, как минимум она сама обещала полную свободу выбора, а отец тоже должен » Малфой проводит по волосам рукой, вспоминая разговор с матерью ещё до отношений с Гермионой. Флэшбэк Веранда в Малфой-Мэнор. Стол с двумя креслами. На одном сидит Драко, а на втором Нарцисса Малфой, медленно попивающая чай. — Мам, я рассчитывал на разговор, а не на чаепитие в молчании, – раздражённо отозвался Малфой. Его уж слишком сильно раздражало, что его позвали серьёзно поговорить, но уже как минут 10 это просто чаепитие. — Ладно. Я хотела с тобой серьёзно поговорить, – наконец-то сказала Нарцисса и поставила кружку, которую до этого держала в руках. Было такое ощущение, что Нарцисса волновалась, поэтому, скорее всего, разговор не будет простым. – Сейчас сложное время и для нас в том числе. Всем нужна поддержка и тебе в том числе. — У меня есть поддержка. Тео и Блейз. К чему этот разговор? Можно ближе к сути, – отвечает Драко, не особо понимая к чему идёт этот разговор. Нарцисса тяжело вздохнула и продолжила. — Я хотела начать издалека, но раз ты настаиваешь. Я считаю, что тебе нужно подумать о женитьбе. — Нет. Это исключено, – возмутился Малфой, – я не хочу опять участвовать в договорном браке. Ни с Асторией, ни с кем-либо другим. — Нет. Ты меня неправильно понял. Мы больше не собираемся устраивать договорной брак, – на что получила удивлённый взгляд, – мне они тоже не нравятся и в этом уже нет необходимости. Просто я волнуюсь за тебя. А так жена сможет стать тебе опорой, да и вообще любовь – это так прекрасно. У тебя нет никого на примете? Знай, я поддержу любой твой выбор, только, чтобы ты был счастлив. Твой отец тоже поддержит. Я за это ручаюсь. — Мам, я ещё даже не закончил Хогвартс. Тем более я ещё не нашёл ту, которой я бы хотел сделать предложение, – уже гораздо мягче начал Драко, – и не думаю, что так скоро найду. Для начала было бы лучше создать карьеру. — Эх, судьба всегда непредсказуема. Хорошо, что ты меня хотя бы услышал. Я рассчитывала на диалог и похуже, – улыбнулась Нарцисса, – больше не буду на тебя напирать, как минимум, до окончания Хогвартса. Но знай, я верю твоему выбору, поэтому, если попросишь, я всегда предоставлю тебе наши фамильные кольца и благословление. — Да, спасибо, конечно. Но я говорю, что еще не собираюсь жениться, – упирается Малфой. Дальше были разговоры, но, уже не касаясь темы женитьбы. Конец Флэшбэка. Малфой наконец-то вынырнул из своих воспоминаний. На время того разговора, пока он не был так близок с Гермионой, Драко даже представить не мог, что захочет сделать предложение, не окончив Хогвартс. Но, как сказала мама, судьба непредсказуема. Она была права. Главное, чтобы её слова были правдой, и она безоговорочно примет Гермиону и предоставит фамильные кольца. « Надо бы после занятий написать письмо » – пронеслось в голове. Стоп. Занятия. Малфой вдруг только осознал, что стоит здесь довольно продолжительное время. Занятия, скорее всего, начались, а точнее Зельеварение. Малфой, как можно быстрее добрался до аудитории, где его ждал недовольный взгляд Снейпа, но ничего больше. Драко дошёл до своего места и быстро сел. И с этого момента его мысли стало занимать далеко не Зельеварение, а Грейнджер и то, что написать в письме матери. Сегодня, как раз было практическое занятие. И у Драко, по-моему, первый раз в жизни взорвалось зелье. Все были немало удивлены, а Снейп предложил обратиться к мадам Помфри, если что-то не так. На что, конечно же, получил отказ. Так прошли все занятия. Драко всё время ловил на себе обеспокоенные взгляды Тео и Блейза. Под конец последнего урока, они видимо всё же решили узнать, что происходит, и шли довольно решительно, что значит, разговор затянется. Малфой уже думал им рассказать, но сейчас нужно написать письмо и отправить, а потом уже разговор, поэтому быстро выскочив из аудитории, он быстрым шагом направился в совятню. Наконец там оказавшись, Малфой достаёт пергамент и перо с чернильницей на подоконник. Не очень удобно писать, но в гостиную, пока возвращаться нельзя. Прошло минут 10, как письмо было готово. Малфой ещё раз просмотрел его содержание: « Дорогая мама, Ты помнишь наш разговор летом про женитьбу? Тогда может я высказался довольно категорично. Но, как ты говорила, судьба непредсказуема, поэтому я собрался делать предложение. Я уверен в своём выборе и я, правда, люблю её. Я помню, что ты обещала принять любой мой выбор и предоставить мне кольца. Надеюсь, отец тоже будет не против. Поэтому прошу прислать мне фамильные кольца и надеюсь на ваше благословление. С любовью, Драко » Закончив, Малфой складывает письмо и подходит к своей сове. — Вот, держи. Его нужно доставить до Малфой-Мэнора, – сова послушна угукнула, взяла в клюв письмо и вылетела из совятни. Малфой смотрел ей вслед, пока силуэт не становится неразличимым, и думает о том, что теперь предстоит разговор с Блейзом и Тео. Интересно, примут ли они его выбор? С этими мыслями он направился в гостиную Слизерина, надеясь, что Блейз и Тео не проклянут его за то, что он сбежал от них после занятий. Добравшись до гостиной, Драко сразу заметил Тео и Блейза расположившихся на диване. Те увлечённо что-то обсуждали, пока не заметили только что вошедшего Малфоя. Драко медленно прошествовал до дивана под хмурыми и решительными взглядами двух слизеринцев. — Малфой, скажи, что, чёрт возьми, с тобой происходит, – раздражённо произносит Блейз, – мы вроде как друзья, но почему-то ты от нас сбегаешь. — Ты весь этот учебный год сам не свой и каждый раз находишь оправдания, – возмущённо говорит Тео. — Спокойно. Да, я знаю, что лучше было бы вам рассказать, но я не знал, как вы к этому отнесётесь, и не знаю, как отнесётесь сейчас, – вздыхает Драко, – но думаю, об этом скоро узнает вся школа, поэтому лучше мне вам рассказать всё сейчас. Тео и Блейз хотели было продолжить свой монолог, но удивлённо уставились на Драко. — И всё? Ты так просто расскажешь? А я такую речь подготовил, – наигранно разочарованно вздохнул Блейз. — И что значит, скоро узнает вся школа? – спросил Нотт. — Я всё вам расскажу, только для начала давайте переместимся в нашу комнату, – сказал Малфой и направился в их совместную комнату. Когда все трое зашли, Драко наложил запирающее и заглушающее заклинания на дверь. — Ну, рассказывай, – нетерпеливо начал Тео. — Блейз, помнишь, ты говорил, что твоя мама передала тебе пару бутылок огневиски, – проговорил Малфой, – я считаю, что самое время открыть одну из них. — Всё настолько серьёзно? – удивлённо вскинул брови Забини, но за огневиски пошёл. Уже через минуту на тумбочке стояла бутылка огневиски и 3 трансфигурированных стакана. Драко сразу наполнил и потом осушил свой стакан. Для храбрости. — Теперь рассказывай, – сказал Тео, наливая в стаканы огневиски. — Надеюсь, это, правда, что-то серьёзное и я не зря пожертвовал свою бутылку огневиски, – недовольно пробурчал Блейз. — Поверь, не зря, – нервно выдохнул Драко, – в общем, я как бы нахожусь в отношениях, если так можно сказать. — Да, да! Я так и знал. Блейз ты мне теперь должен, – радостно воскликнул Тео, на что получил какой-то расстроенный взгляд Блейза и непонимающий Драко, поэтому пояснил, – мы поспорили, что с тобой произошло. Я сказал, что ты влюбился. — Я же не знал, что мой друг оказывается тайный романтик, который зачем–то решил скрывать отношения даже от друзей, – сказал Блейз, – мог и рассказать кстати. — Так кто она? – спросил Тео и теперь Драко стал более нервным, – Неужели, Астория? — Или её сестра, Дафна? – добавил уже Блейз. — Нет, она не из Слизерина. — Из Когтеврана? — Пуффендуя? — Гриффиндора, – сказал Драко, за что получил удивлённые лица обоих Слизеринцев. — Ты серьёзно так долго скрывал свои отношения с гриффиндоркой!? – удивился Блейз. — Это неожиданно, – просто добавил Тео, – нужно выпить. Тео взял стакан и Блейз поддержал. — Это Гермиона Грейнджер, – спокойно сказал Драко. В этот момент не успели слизеринцы сделать второй глоток огневиски, как им же и подавились. — Кха… Кха… Гермиона… Кха… Грейнджер?! – пытаясь прокашляться, не веря, произнёс Блейз. — Ты серьёзно? Кха… Ты встречаешься с Грейнджер? – уже добавил Тео. — Да и я не знал, как вы к этому отнесётесь. Гермиона – мой выбор и надеюсь, вы его поймёте и примете. — Даааа, не зря всё-таки открыли огневиски, – протянул Блейз, – но можно больше не говорить шокирующих новостей, когда я его пью? — Драко, кого бы ты ни выбрал, мы бы тебя поддержали, – заверил Тео. — Единственное, мы пока не очень понимаем, почему Грейнджер, – добавил Забини. — Допустим, – выдохнул Драко, – но это ещё не совсем всё. — Ты издеваешься, что может быть ещё!? – ещё не до конца придя в себя от полученной информации, воскликнул Блейз, – хотя не думаю, что следующая новость удивит меня больше. Теперь уже Драко снова наполнив свой стакан, быстро осушил и выдал: — Я скоро сделаю ей предложение, – уверенно сказал Малфой. Уже через секунду лица слизеринцев вытянулись и вместо слов они просто выпили ещё по стакану огневиски. — У вас настолько всё серьёзно?! – не выдержал Блейз. — Ты не мог раньше сказать про ваши отношения, – возмутился Тео, – почему мы в один день узнаём и то, что наш друг уже как несколько месяцев состоит в отношениях и то, что он скоро собирается сделать предложение? — Я же говорил, что не знал, как вы к этому отнесётесь, – немного виновато оправдался Драко, – тем более не знаю, как к этому бы отнеслась Гермиона. — Не могу поверить, что наш Слизеринский принц попался под обаяние Гриффиндорской львицы, – с усмешкой сказал Забини. — Так, когда ты собрался делать предложение? И Грейнджер об этом знает или твои родители? – спросил Нотт. — Или у нас есть шансы, что ты передумаешь? – добавил Блейз. — Я только что оправил сову своей матери, – сказал Драко, на что получил удивлённые взгляды, – она мне ещё летом говорила, что поддержит любой мой выбор. Я думаю, она говорила правду, поэтому может завтра я и получу фамильные кольца, поэтому по моим планам предложение я сделаю послезавтра на завтраке. — Так вот почему ты был рассеянный на занятиях. Ты тут целый план составлял, – с улыбкой сказал Тео, но потом серьёзно добавил: Ты уверен в этом? Это точно не импульсивная вспышка из-за временного влечения? — Да, я уверен. У меня было время подумать. Я ещё раз вспомнил наши общие воспоминания и понял, что без неё моя жизнь уже не будет такой. Она добавляет тепла в мою холодную жизнь. Она единственная к кому я когда-либо испытывал такие чувства, – мечтательно, но уверенно произносит Малфой, – я уверен в своём решение. Я люблю её и готов прожить вместе с ней всю жизнь и даже больше. — О Салазар, Тео, я не ослышался, – удивленно сказал Блейз, – когда это Драко стал заливать такие романтические речи. Я даже слегка ревную, ты о нас никогда так не отзывался. — Поддерживаю. Так Грейнджер знает о серьёзности твоих намерений? – спросил Тео. — Эм, как сказать, не совсем, – слегка замялся Малфой, из-за чего получил заинтересованные взгляды, – сегодня утром мы поссорились из-за Маклаггена. И она в пылу сказала, что я не смею её ревновать, пока мы не женаты. Потом она убежала, и я начал думать о том, что предложение – это неплохая идея. — То есть она намекнула тебе, что хочет замуж? – удивленно спросил Тео. — Нет, я так не думаю. Она скорее просто сказала это сгоряча, – ответил Драко. — То есть ты решил сделать ей предложение после ссоры, где она как бы намекнула тебе, но на самом деле не намекнула о женитьбе? – ещё раз спросил Тео. — Да, – невозмутимо ответил Драко. — Ты вообще уверен, что она тебе не откажет? – скептически поднял бровь Блейз. — Нет, не уверен. Но, если что она мне сама об этом намекнула. Я думаю, она согласится, – как, ни в чём не бывало, ответил Малфой. — Да, это потерянный случай. Думаю, он правда влюбился, – обратился к Тео Блейз, – идем, что ли воздухом подышим. Мне нужно переварить информацию. — Да, пойдём, – согласился Нотт. — Эм, Драко, когда мы вернёмся, чтоб больше никаких неожиданных новостей, – шутливо пригрозил Блейз, – на сегодня мой лимит окончен. После этого они допили огневиски, так как там осталось ровно на 3 стакана. Попрощались и разошлись. Блейз и Тео видимо решили пройтись и обдумать полученные новости, а Драко остался в комнате, обдумывая, что собирается делать дальше. Так прошло всё время до вечера. Драко был в своих мыслях, а Тео и Блейз не появлялись в комнате. Ближе к комендантскому часу те вернулись. Перебросившись несколькими фразами, все решили лечь спать. Драко лёг и буквально через несколько минут отправился в дрёму. Перед этим только прошептав, что-то вроде: « Я думал всё пройдёт гораздо хуже » и поблагодарил Салазара за таких друзей. Теперь в Слизеринской гостиной о предложении знает 3 человека, которые сейчас мирно спят. А, пождите-ка, знает ещё один человек. Но он знает далеко не всё, но так и норовит со всеми поделиться.