Последствия ревности и случайно брошенных слов

Гермиона Грейнджер

День Гермионы начался прекрасно. Гриффиндорка потянулась, открыла глаза и улыбнулась воспоминаниям вчерашнего вечера. Как давно она просто не сидела в своей комнате и не говорила с подругой обо всём, что только можно. С таким настроением Гермиона направилась приводить себя в порядок. Однако уже через несколько минут в голове всплыло и воспоминание, почему она решила поговорить с Джинни, а потом и воспоминание о вчерашней ссоре с Драко. Улыбки уже не было, но была задумчивость. Гермиона вспомнила совет Джинни о том, что следует просто поговорить. Ей и самой приходило это в голову, но на деле это могло оказаться не так просто. Однако уже через минут 10, когда она собиралась спускаться в гостиную, Грейнджер собрала в себе всю гриффиндорскую смелость и решила, была не была. Внизу её ждала Джинни, но Гарри и Рона не наблюдалось. Не успела Гермиона задать вопрос по этому поводу, как её уже опередила Уизли: — Я сказала им идти без нас, потому что хочу тебе кое-что рассказать, — загадочно начала Джинни. — И что же? — спросила Гермиона с каплей заинтересованности. — Представляешь, Гарри сегодня предложил мне пойти на свидание в Хогсмид, — радостно продолжила Джинни. — Я рада за вас, — искренне улыбнулась Грейнджер. — Правда, раз мы пойдём на свидании, то я и Гарри не сможем составить тебе компанию в Хогсмид, а Рон пойдёт на свидание с Лавандой, — виновато сказала Уизли, но потом спохватилась и взволнованно продолжила: Но, если что мы обязательно что-то придумаем. Можем даже отменить свидание, чтобы ты не чувствовала себя одиноко. — Не переживай, Джинни. Ничего страшного. Я бы не хотела портить тебе свидание тем, что мне не с кем пойти. Я же знаю, как долго ты ждала того, чтобы Гарри пригласил тебя на свидание, — успокаивающе проговорила Гермиона. — Если что я обязательно смогу найти себе компанию. А так, ты же знаешь, что я могу хоть несколько часов провести в книжном магазине. Там мне компания будет не нужна, и мешать никто не будет. Можешь не волноваться за меня и хорошо провести время с Гарри. — Правда? — получив утвердительный кивок, Джинни облегчённо выдохнула. — Ты лучшая. Я уже не могу дождаться нашего свидания в Кафе мадам Паддифут. — Да, надеюсь, вы отлично проведёте время, — с искренностью пожелала Грейнджер. На самом деле Гермиона была очень сильно рада за друзей, ведь знала, как давно Джинни ждала приглашения Гарри на свидание, и как Поттер не как не мог решиться на такой шаг, но в душе было слегка неприятное чувство. Ещё не так давно они всей компанией гуляли по Хогсмиду, потом заходили в «Три метлы», а на пути в Хогвартс любили купить гору сладостей в «Сладком королевстве». Сейчас же Рон каждый поход ходит на свидание за ручкой с Лавандой, а теперь ещё и Гарри с Джинни. Даже несмотря на искреннюю радость за них, в душе Гермиона грустила, что то время прошло и друзья её оставили даже, если не специально. Жаль, что ей не с кем пойти. — А что ты решила на счёт хорька? — шёпотом спросила Джинни, чем прервала размышления подруги. — Ах да. Я решила поговорить с ним после завтрака, — заявила Гермиона. — Тогда надеюсь на благоразумность хорька, иначе ты же помнишь, что я говорила, с ним сделаю, — шёпотом предупредила Джинни, на что Грейнджер просто закатила глаза, но не смогла сдержать улыбку. Так девушки отправились в Большой зал. Джинни ещё несколько раз поделилась ожиданиями от предстоящего свидания, а Гермиона тем временем слушала её вполуха, потому что старалась придумать, что лучше сказать Малфою при встрече. Войдя в Большой зал, они прошли до своих мест. Гермиона, как только села, начала искать платиновую макушку и довольно быстро нашла. Только сегодня Малфой сидел к ней спиной, и она не смогла поймать его взгляд и вообще понять, что он думает насчёт вчерашнего. Осталось только гадать, в каком настроении он находится, но явно не зря он сел к ней спиной. Сейчас Малфой говорил со своими друзьями. Но, голод давал о себе знать, поэтому пришлось отвести взгляд и наконец-то наложить себе еды. На самом деле сейчас на Гермиону в основном никто внимания не обращал. Все были заняты обсуждением скорого похода в Хогсмид. Рон, как обычно, ворковал с Лавандой и ничего вокруг себя не замечал, а Джинни отвлеклась на Гарри. Положив к себе в тарелку кусок тыквенного пирога, Гермиона принялась его есть, иногда поглядывая на Слизеринский стол. Какое-то время Малфой что-то обсуждает с друзьями, а потом от этого его отвлекает Астория, слегка касаясь его плеча и довольно низко к нему наклоняясь. В этот момент в сердце Гермионы появилась нотка ревности, из-за чего она неосознанно сильнее сжала вилку. Правда, Астория недолго говорила с Драко потому, что вдруг появились совы, что означало время Утренней почты. Гермионе не пришло ничего необычного, но зато девушка заметила, как перед Драко приземлилась небольшая коробочка вместе с письмом. Гермиона не успела их разглядеть, потому что Драко быстро подскочил, скинув руку Астории, и быстро устремился на выход из Большого зала, не обращая внимания на то, что его пытается окликнуть Гринграсс. Грейнджер тоже решила не терять время зря и быстро вскочила, из-за чего получила несколько удивлённых взглядов гриффиндорцев. — Ты куда? — спросил Гарри. — А, я забыла кошелёк, — быстро ответила Гермиона первое, что пришло в голову. Одна только Джинни быстро посмотрела на Слизеринский стол и поняла что к чему, поэтому просто тихо пожелала удачи. Гермиона быстро направилась на выход из Большого зала, чтобы успеть, однако, когда она вышла Малфоя и след простыл. Грейнджер только разочарованно выдохнула и мысленно прокляла свою медлительность и его длинные ноги. Решив не возвращаться, она направилась в гостиную. Когда расстояние было пройдено, она просто упала на кресло и начала размышлять над планом Б. По прошествии неопределённого количества времени Гермиона не придумала ничего нового, как потом снова постараться его перехватить и поговорить. Грейнджер очнулась от своих мыслей и огляделась. Она и не заметила, как в гостиную успели зайти Лаванда и Парвати, которые сейчас бурно обсуждали, видимо, какие-то новые сплетни. Гермиона уже собиралась подняться за кошельком, ведь поняла, что действительно про него забыла, так как уже совсем скоро будет отправление в Хогсмид, как её окликнула Браун: — Эй, Гермиона, — воскликнула девушка, на что получила вопросительный взгляд. — Ты уже знаешь, что Астория Гринграсс выходит замуж? — Эм, нет. Зачем мне это знать? И вообще, она же слизеринка откуда ты знаешь, что она выходит замуж? — недоверчиво ответила Гермиона. — Не думаю, что она лично поделилась с тобой. — Ой, да представляешь, — воодушевлённо начала Лаванда. — Мне это рассказала Парвати. Парвати рассказала подруга из Пуффендуя, а той сказала подруга подруги из Когтеврана. Ей же сказала знакомая сестры её подруги уже из Слизерина, а той сказала подруга и по совместительству кузина по маминой линии. Ей же уже сказала подруга самой Астории, которой сказала о замужестве ещё вчера вечером сама Астория. Лаванда сказала весь этот монолог на одном дыхании, в то время как после этой скороговорки у Гермионы начала кружиться голова. Грейнджер только остаётся удивляться тому, что Лаванда может запомнить и сказать это, но не может запомнить и сказать элементарное заклинание по Трансфигурации, которое они только недавно прошли. — Подожди, — недоумённо проговорила Гермиона. — То есть ты с помощью всей этой цепочки узнала новости уже утром? — Ну, да. Сплетни быстро расходятся, — воодушевлённо продолжила Лаванда. — Но за последнее время эта самая правдивая. Я спрашивала лично у Астории, когда мы случайно столкнулись у входа в Большой зал. Нет, она, конечно, не сразу нам ответила. Ещё высокомерно посмотрела на нас, но потом ответила, что это правда, но чтобы мы не вздумали кому-либо растрепать из парней. Напыщенная стерва, но конечно лакомый кусочек ухватила. — Я, наверное, пойду, — уже думала уйти Гермиона. Особого интереса слушать дальше у неё не было, но её остановила Браун. — Тебе разве не интересно, кто жених? — сказала Лаванда и наградила Гермиону просящим взглядом. Уж очень ей хотелось поделиться этой новостью с кем-то ещё. — Если честно, то не особо, — но ещё раз посмотрела на девушку и тяжело вздохнула. — Ладно, говори. — Только предупреждаю, — заметно оживилась Лаванда и заговорщицки продолжила. — Не говори об этом ни одному парню. — Почему? — Астория случайно узнала о том, что ей собираются сделать предложение и не хочет портить сюрприз, поэтому попросила не рассказывать парням, потому что те могут проболтаться жениху и сюрприз будет испорчен. Даже то, что она слизеринка это не изменит действие женской солидарности, поэтому потом просто нужно удивиться, как, будто мы не знали. — Ну, допустим и кто же жених? — без особого энтузиазма спросила Гермиона, вспоминая утреннюю сцену. Малфоя можно было и не ревновать раз Астория скоро и так жениться на ком-то. — Ах, да. Правда, наверное, это и так было, очевидно. Скажем вопрос времени. Это Драко Малфой. — Драко Малфой? — Ну, да. Ты-то должна знать, кто это, — захихикала Лаванда, явно намекая на их вражду, и воодушевлённо продолжила. — Он скоро сделает ей предложение. Нет, ну а действительно. Кто ещё будет женой Малфою, как не чистокровная и красивая волшебница с богатым наследством. Тут даже к Трелони ходить не надо. Конечно, жаль, что такой завидный холостяк пропадает. И красивый, и богатый, и даже умный, а какое наследство. Даже ты должна это признать. Но у меня всё равно есть Бон-Бон, потому я всё равно особо ничего не потеряла. Эй, Гермиона ты меня слушаешь и с тобой всё хорошо? Ты вроде побледнела. — Да, да. Всё просто отлично, — охрипшим голосом проговорила Гермиона. — Я пойду. Мне ещё нужно взять кошелёк перед походом в Хогсмид. — Странная она. Вот к чему приводят вечные сидения за книжками. Эх, вот так и останется одна. У меня Рон. Астория так вообще замуж выходит, а ещё даже школу не окончила, а…., — продолжила причитать Лаванда Парвати, пока Гермиона уже поспешно скрылась за дверью своей комнаты и этого не слышала. — Лаванда, Хогсмид, — прервала подругу Патил, до этого молчавшая. После чего те сразу же помчались к месту отправления в Хогсмид. И пока все уже отправлялись в Хогсмид, чтобы отдохнуть от тяжёлой недели, Гермиона сидела в своей комнате и обдумывала слова Лаванды. А её отсутствие ближайшее время даже никто не заметит, ведь сегодня её там никто не ждёт. После слов Браун о том, что жених — это Драко Малфой, сознание Гермионы немного помутилось. Она уже не слышала большинство следующих слов. Из транса вывел только вопрос, всё ли в порядке. Так Гермиона, быстро сказав что-то напоследок, ретировалась в свою комнату и сразу же рухнула на кровать. Мозг отчаянно пытался найти причину, почему то, что сказала Лаванда не правда, но в данный момент это получалось слабо. В голове сразу всплыли: ссора, после которой они не успели поговорить; то, что она случайно сказала; потом, то, что Драко сидел к ней спиной; и как Астория положила руку на его плечо и наклонилась, чтобы что-то сказать. Всё складывалось в далеко не самый приятный пазл. Уже через полчаса Гермиона составила свою теорию происходящего. Про Хогсмид она так вообще забыла, тем более там сегодня её никто и не ждёт. По мнению Грейнджер всё было примерно так. После ссоры и тех случайно брошенных слов Драко решил, что всё зашло слишком далеко, поэтому решил всё это прекратить. Единственным хорошим для него вариантом было это решить жениться на Астории. Тем более Гринграсс красивая чистокровная волшебница с большим наследством и прекрасной родословной в отличие от Гермионы. И теперь Малфой придерживается того, что будет игнорировать гриффиндорку и делать вид, что ничего не было. Гермионе самой не хотелось верить в это, но более здравых вариантов в голову не приходило. Тем более, после получасового накручивания навряд ли придут здравые мысли. Грейнджер наконец-то очнулась от своих мыслей и заметила, что её лицо всё в слезах. Девушка резко села и вытерла лицо руками. Изнутри так и рвалась гриффиндорская гордость, которая так и твердила о том, что не нужно о нём так убиваться, ведь ты же и так знала, к чему это может привести. Гермиона даже практически была с этим согласна, но даже после этого душевная боль не проходила. Грейнджер была рада только тому, что сейчас почти все в Хогсмиде и никто не видит её в таком плачевном состоянии. Не выдержав больше таких самоистязаний, Гермиона встала и направилась к шкафу. Отперев его, Гермиона села на корточки и вытащила коробку. За ней ничего не было, но как только Гермиона произнесла размаскировачное заклинание, то там, где только что ничего не было, появился термос. Грейнджер достала его и встала в полный рост. В голову хлынуло воспоминание. Флэшбэк — Вот, держи, — сказал мистер Грейнджер, протягивая дочери термос. — Тут дорогой виски из моих личных запасов. Ты всё равно уже совершеннолетняя, поэтому покажешь этим волшебникам, что у маглов алкоголь на все 100. — Пап, зачем мне? — воспротивилась Гермиона. — Ты же знаешь, я могу выпить только по праздникам. — Гермиона я знаю, что ты можешь выпить только по праздникам, поэтому и даю. Выпускной это о-го-го, какой праздник и ты девочка у нас ответственная, — воодушевлённо продолжил мистер Грейнджер. — Отдохнёшь, как следует. Почему я должен уговаривать свою дочь выпить и хорошо повеселиться на выпускном? Разве это не твоя роль? — Ладно, ладно, — признала поражение Гермиона. — Я возьму и хорошенько повеселюсь. — Вот и отлично, — сказал мистер Грейнджер, протягивая дочери термос. — Только ты всё же не переборщи. В наших с твоей мамой планах не было пункта нянчить внуков в ближайшее время. — Пааап! — вскрикнула покрасневшая Гермиона, выхватывая термос, под добродушный смех отца. Конец Флэшбэка — Да, отличный повод, — горько усмехнулась Гермиона. Решив, что она больше не хочет оставаться в своей комнате, которая в один момент стала казаться душной, Гермиона направилась на выход из гостиной Гриффиндора. В гостиной никого не было. Все были в Хогсмиде, поэтому можно было особо не волноваться встретить кого-то на своём пути. Если кто и остался, то они, скорее всего, сейчас сидят в своих гостиных. Так Гермиона направилась блуждать по коридорам, снова окунаясь в мысли о своём горе. Где-то проскакивает частичка сознания, что Драко, которого она знает, не мог так поступить. Тот, которого она не знала. Тот, который оскорблял её. Тот мог, а этот, которого она за этот год узнала так бы не смог. Правда, такие мысли не оставались долго. Сейчас в голове Гермионы творился бардак из плохих мыслей, и просочиться хорошей было практически невозможно. Гриффиндорка и не заметила, как зашла в тупик. Это был не просто тупик, а то самое место, куда она ещё вчера прибежала после той ссоры. Тогда она думала здесь о том, как Драко отреагировал на её случайно брошенные слова, а теперь она будет пытаться запить новость о том, что он, скорее всего, скоро сделает предложение Астории. Как говорила Лаванда, это только вопрос времени. Как быстро может измениться всё всего за 1 день. Гермиона села на подоконник и сделала первый небольшой глоток. Сначала она закашлялась, но уже через какое-то время почувствовала разливающееся тепло по телу, и словно на душе стало капельку легче. Так Гермиона снова погрузилась в мысли, с которыми в одиночку подолгу лучше не оставаться. Со стороны Грейнджер выглядела, мягко говоря, не очень. Она отсутствующим и покрасневшим взглядом упёрлась в руки, скрещенные на коленях, иногда поднося к губам термос, но делала она это не часто и глотки были небольшие. Всё таки те капли сознания, которые оставались, твердили, что потом нужно вернуться обратно в комнату, а не упасть здесь замертво от выпитого. Выражения лица профессора или ученика было бы бесценно увидь они лучшую ученицу Хогвартса валяющуюся в коридоре в стельку пьяную. Это мысль заставила Гермиону усмехнуться. Лицо Гермионы было немного опухшим и глаза красноваты. Нет, сейчас она не плакала. Слёзы, по-моему, кончились ещё в комнате. Сейчас она вспоминала их общие с Драко воспоминания. Так прошло где-то полчаса в гробовой тишине, иногда прерываемой плеском виски в термосе. Однако вдруг раздался звук неторопливо приближающихся шагов. Чем ближе они были, тем более понятно было, что человека было два. И вот уже совсем близко и шаги стихли. Гермиона даже не потрудилась посмотреть на лица пришедших. Слишком сильно её заволокли неприятные мысли, что даже то, что её нашли в таком состоянии, было уже не так важно. — Эй, Грейнджер? — было сказано, после минутной паузы, даже мягко из-за чего Гермиона и подняла голову. Всё-таки удивляться она ещё может.