Клеймо

В перерыве между парами, шагая в сторону многочисленных кофеен, Женя пыталась пригладить наэлектризованные капюшоном волосы. Рядом шла невысокая полноватая девушка, очень активно жестикулирующая, размахивая сумкой во все стороны. — И он, представляешь, додумался пригласить меня на батуты. — в голосе подруги было полно искреннего возмущения. — На батуты, Карл! — Да ладно тебе, Ань. —Женя как может, пытается успокоить её эмоциональность. — Что плохого в батутах? — В них все замечательно. — краснота поступает на коже девушки через плотный слой макияжа, давая понять степень раздражения. — А с моим весом нет. — Нормально у тебя все с весом. — перепрыгивая через лужу, оставленную ночным дождем, Вознесенская скептично осматривает однокурсницу. — И Саша твой думает также. Кончай загоняться. Аня беззвучно жует ярко-накрашенную нижнюю губу, зная что спорить с подругой гиблое дело. Да и в словах этих был смысл. Саша действительно не видел в её формах излишеств. Котова решает сменить тему на более актуальную для обеих. — Ты, кстати, определилась со стажировкой? — М, наверное? — Женя не выглядит уверенно, теребя пальцами шнурок капюшона. — Я подала, но ответа еще нет. — Ещё есть время, не волнуйся сильно. — шатенка достает электронку, делает затяжку и тормозит резко. — Тикай. — Что? — Вознесенская ничего не понимает. — Здесь Гречкин. — короткий и ясный ответ. — Дерьмово. — обернувшись назад, Женя решает, что успеет вернуться и скрыться от мажора в университетских коридорах. — Купи мне круассан, ок? Деньги скину потом. — Разберемся. Иди, пока он тебя не заметил. — смотря, как блондинка вприпрыжку бежит в корпус, Аня делает мысленную напоминалку, что бы выяснить причину такого поведения. Высокая блондинка с голубыми глазами, Женя никогда не избегала мужского внимания так явно и Котова не сомневалась, что история её не разочарует. — Держи. Круассанов не было, взяла рогалик и каппучино. — перед Вознесенской, полулежащей на столе в столовой, оказывается бумажный высокий стакан и запотевший пакетик с выпечкой. — Спасительница. — Женя полна благодарности, нетерпеливо поднося стакан ко рту. — Сколько с меня? Котова садится рядом, кладя кожаную сумку прямо на стол. Каштановые волосы, еще утром тщательного уложенные, выглядели мокрыми. Видимо, на улице снова дождь. — С тебя подробности, почему ты бегаешь от сына Гречкина. — подперев голову рукой, она смотрит на подругу. — Может лучше деньги? — та морщится, снимая крышечку, засыпая порционный сахар. — Неа. — глаза у Котовой предвкушающе блестят любопытством. Понятно, что другого варианта не примут совсем. Шурша целлофаном, Женя сначала разделывается со сдобой. Ей совсем не хотелось вдаваться в подробности встречи с Гречкиным. Этот наглый псевдоблондинистый богатенький отпрыск восторга не вызывал, особенно теперь, когда маячить рядом стал все чаще. — Это короткая и не интересная история, Ань. — ещё одна попытка избежать разговора. — Тем лучше. Успеешь до начала пары. — однокурсница не ведется. — Ладно. — Женя издает полувздох-полустон, закатывая глаза. — Мы с ним случайно переспали на вечеринке. Услышанное вызывает у Котовой шок, глаза у неё раскрываются широко, словно вот вот вывалятся из орбит. Она ожидала любых откровений, кроме таких. — Что, прости? — редкие посетители местного общепита оборачиваются к ним, услышав её удивленный вопль. — Дело было недели три назад назад. Яна пригласила в тот клуб на Петроградке. — продолжает Женя, проворачивая стаканчик в руках. — Я выпила лишнего, столкнулась с Гречкиным и... Всё. — Нет - нет, погоди. Как это все? — Аня взволнована. — Когда все, в универ к девушке не катаются и у выхода не ждут. — Всё значит всё. — больше откровенничать не хочется. Вознесенская поднимается. — Что у него в голове я знать не хочу. Пошли, скоро начало. И хорошо, наверное, что она рассказала подруге про Гречкина. Голова Котовой была занята вариациями произошедшего, а не тем, куда же Женя подала документы для стажировки. И без вопросов была нервная, напряженно ждущая ответа. Резюме было отправлено только в одно место и если придёт отказ, или ответа не будет вовсе, плюс к диплому не светит. А она так рассчитывает получить высший балл, чтобы устроиться в хорошую компанию! Студентка вспоминает, что время действительно ещё есть и пытается сосредоточить внимание на лекции. У выхода знакомой до скрежета машины не наблюдается. Женя с облегчением выдыхает, прощаясь с одногруппниками. Сегодня она не с ними, возвращается в общежитие позже. Ветер вечером прохладный, пока идёт до метро, кутается в толстовку, сожалея что не захватила ветровку — небо хмурилось перед новым дождем. У пешеходного перехода, всего в десятке сантиметров от её ног тормозит яркий Ламборгини, преграждая дорогу другим пешеходам. — Знаешь, ты отлично играешь в прятки. — стекло с пассажирской стороны опуская, являя к неудовольствию студентки, лицо Гречкина. — Привет, крошка. Вознесенская гримасничает, обходя вместе со всеми иномарку. Тратить время на этого сталкера в её планы не входит. — Эй, постой! — парню такое определённо не нравится. Ещё никто так явно нос от него не воротил. — Я опаздываю. — Женя совершает ошибку, отвечая ему. Потому что Гречкин улыбается широко, точно получил супер ценный подарок. — Садись, довезу. Быстрее чем в метро. — кивает на пассажирское. Из салона он так и не вышел, задерживая множество машин за собой. Женя сомневается, делить с ним пространство особо не хочется. Вернее совсем не хочется, но недовольные гудки ожидающих позади водителей звучат в пользу этого богатенького придурка. Девушка быстро подходит к дверце, распахивает её и забирается в салон. — Надеюсь я доеду живой. — мрачно бросает довольному парню. — Я профи. — звучит самоуверенно, педаль в пол он вжимает раньше, чем Вознесенская пристегивается. — Ага, профи без прав. — она много читала о сумме штрафов, оплачиваемых Гречкиным-старшим. Сын его был больше чокнутым водителем, чем профессионалом. — Не ссы. Доставлю в лучшем виде. — молодой человек лучится своим превосходством. — Адрес говори. Вознесенской остаётся лишь назвать улицу и тихо молиться, чтобы в пути с ними ничего не приключилось. — Ты зачем меня преследуешь? Сталкерство это плохо. — Санкт-Петербург за тонированными стеклами проносится крайне быстро. Парень за рулём чувствует себя максимально комфортно. Усмехается, услышав вопрос и бросает на студентку многозначительный взгляд. — Понравилась мне. — Женя закатывает глаза. — Понравился секс со мной, ты хочешь сказать. — разумеется, на речи этого избалованного жизнью ребенка она не ведется. — Может и так. — а Гречкин и не думает отрицать. Ему действительно понравилось. — Ты в постели нереальна, малыш. — Спасибо, я в курсе. — Женя морщится, словно хлебнула что-то кислое. — У меня имя есть. Я тебе не малыш. — Прости-прости. — неприятно посмеивается парень. — Но я не припоминаю, что ты была против, когда я тебя так называл. Улицы становились все знакомее, книжный магазин, расположенный по указанному адресу, был совсем близко. На машине действительно было в несколько раз быстрее, чем на метро. Возможно, она даже успеет купить кофе перед началом смены. — Послушай. Я не любитель разового секса, та ночь громадный промах с моей стороны. Просто забудем, хорошо? — Нихрена. Я хочу ещё. — к отказам он явно не привык. — А я не хочу. — хмурится девушка. Разговор ей нравится все меньше. — В сексе все должно быть обоюдно, как бы. — А если заплачу? — машина тормозит у нужного дома. Гречкин выглядит так, словно совершил великое дело. У Жени же возмущений через край, она даже краснеет, хватаясь за сумку и отстегивая ремень безопасности. — Я тебе что, проститутка? — в гневе она мрачно пытается испепелить наглеца взглядом, дергая ручку у дверцы. — Знаешь куда со своими предложениями иди? Из Ламборгини Вознесенская вылетает стремительно, очень сильно, от всей души, хлопнув дверцей. Кем только возомнил себя этот придурок, что бы предлагать ей подобное? — Ещё увидимся. — долетает в след. Женя не оборачивается, показывая Гречкину средний палец. Никогда в жизни она по своей воле рядом с ним не окажется. Ни за что. Только вот у Гречкина, кажется, на этот счет свои планы. Понятно это становиться в день выхода Жени на смену. Накануне студентка в компании лучшей подруги и её брата весёло и шумно отметили успешное закрытие сессии, собравшись в квартире Котовых. Антон, брат Ани, учился на пару курсов старше на инженерном, поэтому легко был принят для разбавления акта женского алкоголизма. Распивали алкоголь молодые люди несколько часов, успели даже повоевать невесть как оказавшимися на столе баклажанами и разошлись по спальным местам глубоко заполночь. И сейчас последствия этой сумбурно организованной пьянки мешали Вознесенской нормально функционировать, ведь в отличие от друзей, которые мирно сопят в кроватях, ей нужно выйти на двенадцатичасовую смену в магазине. На неё она и направлялась, вооружившись полулитровой прохладной бутылкой минералки без газа. — О, Женек. Привет. — стоящий у кассы Артем радостно машет. Темноволосый мальчишка появился в коллективе всего полгода назад, но уже стал незаменимой его частью. — А тебя уже спрашивали. — Кто? — поправляя сбившуюся под тонким свиншотом футболку, Женя удивленно притормаживает, забирая бейдж. — И когда? — Высокий парень, светловолосый. — парнишка поправляет прикассу. — Пафосный такой, жесть. Гречкин. Кроме него сюда никто заявиться не мог. Студентка тяжело вздыхает, прикладывая бутылку ко лбу. И угораздило же связаться. — Минут двадцать назад уехал. — продолжает Артем. — От Ксюши выскочил недовольный. Что у них там случилось, не знаю. — Ага. Спасибо, солнышко. — идет сразу в подсобку, скинуть свои вещи. Разговор у Гречкина был с её директором и раз ушел он не в лучшем настроении, успешным этот разговор назвать нельзя. Ксения Олеговна, для своих Ксюша, при внешней миловидности была женщиной с железным характером, не поддающейся на чужие манипуляции. У нее авторитет был даже в глазах вышестоящего руководства, что не могло не восхищать. — Можно? — Женя стучит в коморку, отведенную под директорские покои. — Залетай. — Ксюша пьет чай. В воздухе приятно и душисто пахнет ромашкой. — Нервы успокаиваешь? — студентка садиться на краешек стула, одновременно собирая волосы в хвост. — Ага. Иначе никак. — женщина ставит кружку рядом с компьютером. — То план на месяц завышают, то мажористые юнцы приходят, что бы покачать права. — Ты о Гречкине? — Вознесенская полна сочувствующего понимания. — Мне Тема сказал. — Требовал твои контакты. — директор поворачивается к нец лицом. — А на отказ пытался купить. Сначала данные, потом магазин. Неприятный мальчишка. — Есть такое. — Как тебя угораздило связаться? — сетует женщина. — Долгая история. — Женя отмахивается, закатывая глаза. — Не знает слова нет. — Откуда же, с такими родителями. — принтер шумит резко, пугая. Ксения Олеговна берет в руки пару вылезших листов. — Опять тупит. — Оставь заявку на новый. — блондинка стучит ладонью по агрегату. — Что там с планом-то? — Да ополоумели в край. Увеличили по сравнению с прошлым годом в два раза. — праведно возмущается директор, собирая нужные бумаги в кучу. — У меня коллектив не полный, так это не их проблема. А как план высокие продажи требовать, так пожалуйста. — Ладно тебе. Справимся. — Женя успокавающе улыбается, хлопая себя пару раз по коленям. — Накидаешь мне смен побольше. Ксюша поднимается с места, отхлебывает шумно остатки чая и запихивает телефон в карман джинс. Студентка тоже встает, чтобы не загромождать проход. Места здесь очень мало. — У нас ещё Катя и Артем есть. Позвоню ей и все решим. Идем. Было пасмурно и моросил мелкий противный дождь. Вознесенская, оставшаяся до закрытия, неприятно съеживается, пряча ключи в сумку и выходя из под козырька. Зонт она благополучно забыла и до метро бежать приходиться так. В вагоне толпа, в основном из таких же усталых работяг с влажной одеждой и волосами. Женя стоит в закутке у двери, читая гору сообщений от соседок по комнате. Света и Оля напоминали купить сахар, кончившийся ещё вчера. Обеим было уже в лом выходить на улицу в такую погоду, поэтому они закинули деньги на её карту, что бы брала сразу с запасом. Жене особо и самой тащиться в супермаркет не улыбается, но раз по пути то что остается? На выходе её, с пакетом в руке, ловит Гречкин. Вернее остервенело сигналит, привлекая всеобщее внимание. Девушка предпочитает делать вид, что это не ей и двигается в сторону пешеходного перехода. Спорткар преграждает путь, вызывая чувство дежавю. Тонированное стекло опускается. — Если ты считаешь крутым заставлять меня гоняться за тобой по всему городу, то вот нихрена подобного. — капризно морщится парень. — А кто заставляет-то? Не я точно. — дождь все еще мелкой моросью ложится на кожу, попадая в глаза, отчего приходится щурится. — Я же тебе сказала куда пойти. — Ну нет. Так не играю. — он выскакивает из машины, игнорируя нелестные отзывы о себе от водителей, вынужденных объезжать дорогое авто. На нем рубашка нараспашку, фирменные спортивные брюки и той же марки шлепки. Странный выбор костюмчика для вечерних прогулок. А еще за километр разит алкоголем. — Не моя печаль, знаешь ли. — поправляет сползающую с плеча сумку. — И почему ты такая вредная? — пьяное хихиканье, молодой человек подходит совсем близко, сгибаясь пополам, заглядывая в нахмуренной девичье лицо снизу вверх. — Может хочешь чего? — Угу. Хочу. — студентка хочет скорее домой, переодеться в сухое и лечь спать. Но этому избалованному придурку она говорит другое. — Чай облепиховый и что бы всякие кретины не лезли. — Это я то всякий? Вот не правда. — Гречкин почти оскорбляется. — Всякие не могут позволить себе такую красоту. Он в гордостью указывает на Ламборгини. Видно по взгляду, что машину свою парень действительно любит. Только Вознесенскую не впечатляет. — Богатые родители ещё не делают тебя особенным. — перехватывает пакет другой рукой и устало топчется на месте. — Послушай. Если тебе реально нечего делать, то можешь хоть до старости тут околачиваться. Мне вот все равно, серьёзно. Я устала и хочу домой. Если это все, то я пойду, ладно? Ответа не ждет, перебегая дорогу на моргающий зеленый. Гречкин пребывает в легком недоумении, медленно анализируя только что сказанное. — Самая гордая, да? — кричит вслед девушке. — Нет, но цену себе знаю. — Женя оборачивается и молодой человек замечает намек на ухмылку. — И сколько? — опирает на крышу автомобиля, растягивая губы в наглой усмешке. — Тебе не хватит. Догонять вредную девчонку Кирилл не спешит, осознавая, что красоваться своими деньгами дохлый номер. Но и сдаваться просто так не любит. В салон он забирается в приподнятом настроении. Вся эта ситуация его раззадоривала. — Не хватит говоришь? — смотрит на свое отражение в зеркале заднего вида. — Ну мы посмотрим еще.