Владыка небес с цветами алого ликориса

      — Любовь заставит вас ослепнуть, Ваше Высочество.       — Любя, знай и пороги, любовь же станет началом ненависти. Какая не была бы цена за это, госпожа Линвэнь, моя разбитая душа в состоянии заплатить её.       — Лань Чжань…ты же узнал меня еще на постоялом дворе, верно?       — Мгм. - тихо послышалось в ответ.       — Но как…       — А ты догадайся сам.       — Лань Ванцзи, это подло, я уже час ломаю над этим голову! Они сидели в цзиньши друг напротив друга, стараясь подобрать слова. Время близилось к полуночи, убаюкивая собой небосвод.       — Вэй Ин ты…действительно вознесся?       —да, Лань Чжань, я не соврал вам тогда с адептами. - Вэй Усянь помотал головой, смотря своими взволнованными глазами на собеседника. Тишина в один момент воцарилась в пространстве, оседая тяжестью на плечах.Шэнь Ин никогда бы и не подумал, что это мгновение может быть таким неприятным.       — Лань Чжань, Лань Чжань…до самой нашей последней встречи ты был немногословен…я скоро умру во второй раз от этой тишины. - Небожитель тихо усмехнулся, прокручивая в голове воспоминания, но встретился со осуждающим взглядом заклинателя.       — Не шути так.       — А я и не шучу, второй молодой господин Лань. - В алых глазках играл азарт и веселье, как же Ванцзи соскучился по этому.       — Лань Чжань ты…улыбаешься…вау. - Уголки губ Второго Нефрита действительно были приподняты в легкой улыбке. Улыбке, направленной лишь на одного. — Какой же ты прелестный, Лань Чжань!       Небожителю хотелось просто взять и расцеловать каждый уголочек прекрасного лица, даже если для этого ему бы пришлось послать все Небесные Чертоги далеко в Призрачный город.       — Вэй Ин…              — Да? - Улыбка не сходила с лица, как же давно он не проявлял настоящих эмоций, погружаясь и утопая в заботах Небесной Столицы. Как же приятно дарить их лишь одному единственному!       — Тогда ты представился как Шэнь Ин, но в архивах ордена отмечен только один такой Небесный род. - В глазах Лань Ванцзи читалось действительно огромное море вопросов к Вэй Усяню.       — Ты ждешь от меня ответов, я постараюсь ответить честно, но мои воспоминания очень…размыты… Что ж, я вознесся сразу же после смерти, хоть и надеялся попасть в Диюй. Судьба, как видишь, решила иначе. Моя душа была повреждена, как и тело, восстановление заняло где-то 3 месяца, как сказала Вэнь Цин… Да-да, она тоже вознеслась…Еще и прихватив с собой Вэнь Нина…А еще вознеслась шидзе и ее муж…До сих пор не могу спокойно смотреть им в глаза…       — Ты не виноват в том что случилось.       — В любом случае в этом есть и моя заслуга…Так вот, о чем я…Спустя пару лет я занял пост Небесного Императора, ты прав на счет династии…лишь из-за этого я и попал в Небесные Чертоги.       — Ты Владыка Небес…       — Не совсем…скорее Шэнь Ин. Это осколок моей души, возникший в результате перехода и адаптации в Небесной Столице. Он отличается от меня, правда…возможно даже слишком… Единственная причина того, что я скрыл свою личность, я просто не знал как смотреть вам в глаза…как смотреть тебе, Цзян Чэну, да даже Цзинь Лину! Хоть я и дал разрешение его родителям на посещение сына, я все равно остаюсь страшным и кровожадным Вэй Усянем, тем самым Старейшиной Илина, погубившем немало народа в свое время!..Лань Чжань я…Только лишь из-за страха я наблюдал на протяжении 10 лет издалека, не в силах даже объясниться перед тобой…единственным человеком, который защищал меня до последнего. Хотя признаю, я навещал тебя в тайне...       Взгляд алых глаз потух. Только через пару мгновений Лань Ванцзи заметил дорожки кристальных слез. Небожитель перед ним беззвучно плакал, не в силах больше притворяться сильным и непоколебимым. Он ни за что не станет врать Лань Ванцзи. Кому угодно, показывая свое положение, но только не ему. Не тому, кто пошёл против всех, ради темного магистра.       Заклинатель в белом подошел к божеству и аккуратно обнял его, даря хотя бы таким образом свою поддержку. Вэй Усянь прижался ко Второму Нефриту, постепенно успокаиваясь. Через минуту он почувствовал легкое касание к своему подбородку, а после, прикосновение мягких губ с своим. Лань Ванцзи целовал его более увереннее, чем в недалеком прошлом, стараясь выложить все свои чувства, а Вэй Ин отвечал. Отвечал трепетно и нежно, позволяя чужой инициативе поглотить их обоих. Отстранились они лишь тогда, когда Лань Ванцзи потребовалась порция кислорода, ведь Небожителю может быть и не нужно было дышать, но вот люди, к сожалению, так не могут. Вэй Ин открыл глаза, утопая в золотом омуте напротив. Что же, видимо пора.       — Лань Чжань, я не жил все эти годы, а существовал, словно марионетка зацепившаяся за чью-то крепкую опору. Моя разбитая душа вечно стремилась к тому, кто мог одним своим видом вновь заставить мое мертвое сердце забиться, словно живое. Я люблю тебя, Лань Чжань. Нет, не так. - Он покачал головой - Ты замечательный. Ты нравишься мне. Сердце радуется при виде тебя, люблю тебя, хочу тебя, не могу без тебя, все-что-угодно тебя! А еще! Еще. мх.       Чересчур разговорчивое божество нагло и непоколебимо заткнули поцелуем, позволяя языкам слиться в неимоверно опьяняющем танце.       Им больше не нужно слов. Не сейчас. То, что они могли бы сказать, ничто, по сравнению с тем, что они чувствуют.       Вэй Усянь же уже и не помнит как они добрались до кровати. Не помнит, когда именно предстал перед Лань Ванцзи без одежд. Но ясно помнит жар от чужого тела, захватывающего и разрушающего непоколебимую часть души Шэнь Ина. Помнит как он стонал имя этого человека, вознося его, словно могущественного и прекрасного Небожителя, спустившегося с самих Небес.       На утро у Небожителя скорее всего будет болеть поясница, но сейчас они лежат в обнимку с друг другом, словно сливаясь воедино, проживая вместе эту холодную ночь.       Сегодняшней ночью, в саду при Небесном Дворце, расцвел единственный желтый ликорис среди кроваво-красного моря паучьих цветов. Сами же Небесные Чертоги разразились вестью о прибытии в Столицу двух странников: Небожителя в белом и Непревзойденного в красном.