Навсегда

Аля ждала его прихода весь день, думая о том, как было бы хорошо провести время рядом с ним. Одной было страшно возвращаться домой, а благодаря присутствию Виктора внутри была уверенность в себе. Когда вечер близился, а на телефон начали поступать звонки от отца и матери, Аля всё же решилась идти домой одна. Она точно знала, что родителям позвонила классная руководительница и сообщила про прогулы их дочери. Соответственно, Аля знала, какие будут последствия. Но девочку не особо пугали домашний арест и отсутствие телефона, а вот то, что, возможно, матушка хорошенько отлупит её, пугало. Перед тем как зайти в квартиру, Аля мысленно попросила Виктора, чтобы тот пришёл. Тихонько прикрыв дверь и сняв с себя куртку, девушка услышала шаги мамы. — И где же ты была? — Я… гуляла, — с замедлением ответила Аля, не смотря на явно недовольную маму. — Ты прогуляла все занятия в школе, — безэмоционально произнесла женщина. — Как думаешь, мне приятно слышать это от твоей классной руководительницы? -… — Молчишь? Отвечай же! — она притянула дочь к себе за руку, больно её сжимая. Скорее всего там останутся синяки. Аля не знала, что говорить. Она ничего не хотела говорить. Ей так не хотелось разговаривать, особенно с матерью, что та просто молчала. — В комнату иди к себе. И не появляйся у меня на глазах. Аля ушла, тихонько прикрыв дверь за собой, оседая на пол. Слёз не было. Ничего не было, кроме опустошения, из-за которого было сложно даже думать о чём-то. Решетова не знала, чем ей заняться, чтобы отвлечь себя от неприятных мыслей. Она ещё пару минут просидела на полу, а потом, когда уже надоело, поднялась и переоделась в домашнюю одежду. С самого утра Аля так и не поела, отчего желудок издавал рёв кита, говоря о явном голоде. В дверь раздался стук. — Аля, я войду? — это был отец. — Входи. Он зашёл в комнату, наблюдая, как дочь сидит за столом что-то делая, судя по всему, уроки. Мужчина присел рядом на второй стул. — Аль, расскажи, что у тебя происходит? — Ничего, пап. Абсолютно ничего, — с улыбкой ответила девушка, не поднимая головы и продолжая что-то писать. — Нет. Я же вижу, что что-то не так. Я понимаю, что у вас с матерью сейчас всё не очень хорошо, но давай хотя бы расскажешь, что на самом деле тебя тревожит, — искренне произнёс отец. С того момента, как в отношениях Али и матери всё пошло не в то русло, Андрей тоже начал постепенно отдаляться от жены и дочки. Он не хотел видеть, как его единственную дочь бьют или ругают, поэтому допоздна задерживался на работе, или вовсе находился там до самого утра. Думал, что так сможет не вмешиваться во всё это. Но оставаться в стороне стало просто невозможно, когда он начал наблюдать за явной неуспеваемостью Али в школе. Девочка никогда себе такого не позволяла, даже несмотря на многие другие трудности её жизни. — Пап, что делать, если человек, который тебе дорог, просто не хочет с тобой видеться? — Видимо, ему нужен отдых. Поверь мне, я сам стараюсь отдыхать от близких мне людей. Даже от вас с мамой. Уж извини. Все мы люди, и все мы можем уставать. — Пап, он вообще похоже исчез из моей жизни… — Аля отложила ручку и с грустным взглядом посмотрела на отца. — Ну ты чего… Он не может исчезнуть из твоей жизни просто так. Постарайся позвонить ему, написать, договориться о встрече. Уверен, всё наладится. — Боюсь, что не дозвонюсь… — тихо ответила девочка. — Хорошо, пап. Я поняла тебя. — Вот и отлично, — он по-родному сжал плечо дочери, целуя в висок. — Мама уходит на работу во вторую смену, поэтому пойдем я тебе обед согрею. — Пойдем. Плохое настроение Али ушло в миг. Она наконец-то начала здраво мыслить, а вкусный запах еды ещё больше заставил забыть о всех неприятных событиях.

***

Отец впервые за несколько месяцев начал сближаться с дочерью. Почему-то поддержка отца для Али была как раз кстати. Завтра была суббота, в которую Аля училась. Уроков было четыре, из которых две математики и два русских. С улыбкой на лице Решетова начала решать задания к завтрашнему уроку геометрии, иногда отвлекаясь на малиновый чай. — Так, ну вроде всё, — учебник геометрии был отложен в сторону, а голова опустилась на спинку стула. — Ты про биологию забыла, — раздался знакомый голос. Аля развернулась настолько быстро, что даже и не заметила, как уже висит на шее Виктора, буквально вцепившись в него ногами и руками. — Где ты был? — тихо спросила она его, слезая с мужчины, но всё же продолжая его обнимать. — Я же ждала тебя, а ты не пришёл. Так не делается. Виктор молчал, без лишних слов обнимая девочку. Аля подняла свою голову, сталкиваясь с взглядом напротив, который ласково смотрел в ответ. Девочка без собственной воли потянулась вперёд к лицу мужчины, оказываясь непозволительно близко. — Это неправильно, — Виктор замотал головой, якобы этим говоря, что нужно это прекратить. Но Аля просто не хотела его отпускать, потому что знала, что если отпустит, то навсегда потеряет. Аля неумело целует Виктора, едва касаясь его губ. В таком положении они находятся секунд пять до тех пор, пока в дверь не последовал стук. Решетова отстраняется. — Входи, пап. Виктор не исчезает, лишь уходит к кровати, садясь на неё. — Дочь, я тут тебе принёс шоколад твой любимый, — мужчина вручил девочке Милку, покидая комнату. — Спасибо! — выкрикнула Аля, чтобы отец её услышал. Девушка смущённо посмотрела на Цоя, который будто бы ждал объяснений насчёт того, что произошло между ними менее минуты назад. Аля уселась с мужчиной рядом. — Прости. Я не должна была. — Ничего, я понимаю, — Цой приобнял Решетову, утыкаясь носом в её волосы. — Прости, что не приходил. Решал рабочие вопросы. — Интересно, какие могут быть рабочие вопросы у призрака? — Ну, знаешь ли, есть такие вопросы, — усмехнулся он. — Давай ты будешь ложиться спать. М? — А ты останешься со мной? — Останусь, — заверил Алю мужчина, касаясь губами её лба.