Я разорван, я остёр, гибелен и развращен (закопать тебя живьем)

Когда все это началось, Шэнь Юань первые несколько раз думал, что это очередные проделки Системы с ее бесконечными заданиями и ивентами - их порой было больше, чем в стандартной среднестатистической MMORPG. Юаню было с чем сравнить - все же не все его время уходило на новеллы, а только лишь половина. Чуть меньше, чуть больше - это не важно, статистическая погрешность, кажется. Ну, и не об этом речь. Суть в том, что началось это вполне невинно и обыденно. Просто внезапно Шэнь Юань чувствовал какое-то странное волнение, будто кто-то исподтишка наблюдает за ним. Когда это повторилось несколько раз, Юань раздраженно фыркнул и подозрительно кинул взгляд на Систему. - Ну что еще? Очередной заговор для жены, который я случайно активировал? Выкладывай уже давай, это становится уже слишком банальным. Но в этот раз Система осталась безмолвна - и если обычно, когда она молчит, то это недолго, то сейчас она словно уснула. И тогда Шэнь Юань не обращал на это внимания - ну молчит и молчит, слава богу этого бестолкового мира Самолету, что у него не прибавилось работы. Он сам-то вполне доволен своим окончательным итогом и безмятежным ленивым размеренным существованием. Каким то образом Бинхэ в итоге оказался идеальным - ну, он и в своей новелле был лучшим и единственным, что приковывало взор. Но сейчас, со всеми теми изменениями, что произошли, он словно стал воплощением самых тайных фантазий. Даже тех, о которых Юань и думать забыл - или же наоборот, затолкал в самые темные уголки разума. Но, видимо, ему повезло - что-то вроде счастливой концовки драматичного романа. В конце концов он заслужил, чтобы его встречали дома с теплой улыбкой и восторженным обожанием. Это приятно. Система внезапно издает резкий звук и выдает непонятные строчки, словно кто-то от нечего делать просто ударил по клавиатуре. Похоже, даже у Системы бывают перебои. Правда потом у Юаня начинает регулярно болеть голова. Это не простая головная боль, от усталости или же плохой погоды - тогда он любит ненавязчиво показать как он устал Бинхэ, и наслаждаться нежной трепетной заботой весь остаток дня. Но эта боль возникает слишком внезапно, словно в один момент ему в мозг загоняют раскаленные иглы, минуя кости и кожу. Иногда это настигает Шэнь Юаня настолько неожиданно, что он едва способен удержаться на ногах. И еще... Это странно, но словно эти огненные вспышки боли не просто заглушают его собственные мысли, но и крадут что-то. Что-то эфемерное, совсем неважное, несущественное, ненужное. То, о чем не следует беспокоится. Но это начинает быть тревожным - такие сильные, уверенные, зацикленные на ненужности и неважности чего-то мысли просто несвойственны Шэнь Юаню. Он сам отлично знал себя и принимал свои недостатки - нет, это не его недостатки, это его "легкий и ненавязчивый характер" - и такое ему несвойственно. Не просто несвойственно - это полностью противоречит его характеру. Наверное, так и чувствуется отклонение ци, так популярное в этом фэнтезийном мире - Шэнь Юань притворно устало вздыхает и скашивает глаза в сторону Системы. Наверное он все же слегка мазохист, но даже ему иногда становится интересно, что за задание предоставит ему Система. Но она молчит. - Видимо, не сработал какой-то триггер, - Юань негромко мурлыкает себе под нос, уже составляя план действий. Нужно просто повидаться с Ло Бинхэ, и либо он одним своим присутствием магически излечит его от тяжелых мыслей, либо запустит столь необходимый спускной крючок к следующему заданию. Судя по всему, Бинхэ скоро заглянет в его кабинет и тихим ласковым голосом поинтересуется, чего бы его добрый и благородный учитель хотел на ужин. Шэнь Юань, в свою очередь, как всегда выдаст что-нибудь привычное и банальное, наслаждаясь вниманием к себе и милыми мелкими кудряшками вокруг кукольно-идеального лица Бинхэ. Вот только почему-то Бинхэ не спешит заглядывать - стало быть немного замечтался, как похоже на него. Шэнь Юань встает со своего места, скашивает глаза на рукав, и старается убрать чернильные пятна подальше, чтобы их не заметил поборник чистоты и опрятности. Иначе он тут же отберет его любимую накидку Юаня и понесется стирать. - Бинхэ? Этот учитель решил- "Проверить тебя" - хотел сказать Шэнь Юань, но слова застряли в его глотке, словно пытаясь задушить его. Дикая волна страха - не от ужаса или чего то мерзкого, а от понимания, осознания чего то абсолютно неправильного, несуществующего - накрыла его с головой. Словно он тонул, но не в море, где есть надежда выплыть к долгожданному воздуху, а в абсолютном пространстве, заполненным тяжелой, густой смолой. Бинхэ - хотя скорее "Бинхэ", словно кто-либо незнакомый забрался в неподходящий ему костюм - стоит к Юаню спиной, но даже это напрягает до ужаса, ведь и его положение, и его устало согнутая спина это неправильно. Будто бы Шэнь Юань лицом к лицу встретился с настоящим "эффектом зловещей долины"- все было настолько реально, фигура перед ним была настолько похожа на его любимого персонажа, но лишь этот несвойственный ему наклон плеч заставлял дрожать от ужаса. Неправильно, несущественно, несуществующее. А затем Бинхэ поворачивает голову - плавно, словно отлично сделанная шарнирная кукла - и спокойные, равнодушные, зеркальные глаза впиваются в Шэнь Юаня больнее, чем все шипы с Неизлечимым. - Ну что тебе еще нужно? Воздух наполняет белый шум. Юань приходит в себя так резко, словно на него выливают ведро воды, и понимает, что задыхается от слез. На деле, он чувствует, что вот еще немного, и его сердце остановится от смутного ужаса - его разум отказывается сказать ему, почему он так напуган. Со стороны где, кажется, у них была кухня, доносится шум падающей посуды, шорох торопливых шагов, и рыдающего от того, чего он не в силах осознать Юаня притягивают надежные теплые руки. Он утыкается в знакомое плечо и старается убедить себя в безопасности и правильности момента. Это получается на удивление легко - словно нужно было только подумать об этом. - Что случилось? - нежный, ласковый голос Ло Бинхэ льется как мед, как охлаждающая мазь на горящую кожу. Только один он приносил чувство утешения и надежности - и Юань чувствует, как боль отступает, и ужас сглаживается. - Ничего. Просто голова заболела. Бинхэ согласно гудит и продлолжает гладить его по спине. - Учитель хочет чего-то легкого и сладкого? - Разумеется, прекрати выпрашивать похвалу, ты и сам все знаешь, - Юань свободно вздыхает и усмехается. а затем скашивает глаза и вновь на мгновение застывает в холодном страхе - на экране Системы среди помех проскальзывают несуществующие строки. "Ну что тебе еще нужно" - Бинхэ, этот учитель тебя не узнает. Ты мёрзнешь? - Шэнь Юань фыркает и ласково смотрит на Бинхэ, приподнимая голову с подушки. Его бывший ученик, в свою очередь, прячет очаровательный румянец и кутается в плотную ночную одежду - белый шелк, удивительно простого кроя, но в тоже время с тончайшей серебряной вышивкой. - Учитель всегда дразнит этого Бинхэ за то, что он забывается и ложится в постель обнаженным. К тому же, - кажется, что краснеть больше нельзя, но Бинхэ отбрасывает все эти "нельзя" и, кажется, становится цветом подобный свадебным одеяниям, - Это же подарок учителя. - И тебе он к лицу, - Шэнь Юань не может удержать себя в узде и протягивает руку, чтобы нежно провести пальцами по изящной скуле. Бинхэ издает невероятно милый звук и падает на постель, утыкаясь лицом в подушку. Юань улыбается ему, ложится ближе и закрывает глаза, погружаясь в блаженные сны. Его драгоценный и любимый герой - владыка сновидений, так что кошмары ему не снятся. Он внезапно просыпается посреди ночи - самое темное время, так называемый "час волка". Почему-то даже сонливости нет, словно Юань какой-то андроид, которого можно резко включить и он тут же готов к выполнению заданий. Странное сравнение, но лучше все равно сейчас Юань подобрать не мог. Рядом нет тепла чужого тела - да и простыни остыли так, словно Бинхэ встал уже давным давно. Это немного странно, но, возможно, просто его что то тревожит. Но Бинхэ находится тут же, только стоит Шэнь Юаню немного скосить глаза. Ужас вновь поднимается по позвоночнику, скользит вверх, обнимает сердце - стеклянные, холодные, как луна, полные безразличия глаза вновь смотрят на него. Ло Бинхэ не мигает и не отводит взора - он сидит, обнимая колени, сгорбившись и внезапно словно ужавшись. Он сейчас больше похож на ободранного старого кота, сидящего на мусорном баке - вся его красота и грация исчезла как дым. Но глаза все же пугают больше - безразличие мешается с каким то отстранённым знанием, пониманием всего, что происходит вокруг. Бинхэ сидит, не двигается, кажется, даже не дышит, словно статуя, вырезанная слишком хорошо. Он смотрит прямо в глаза неспособному отвести взгляд Шэнь Юаню так, словно Юань всего лишь несмышленый ребенок, пришедший к уставшему родителю, говорящий ему, что внезапно боится смерти. А Бинхэ, вместо того, чтобы утешить его банальными словами о том, что смерть еще далеко, подтверждает, что все они умрут. Это длится - и длятся, и длится, и длится, растягивается до бесконечности, и кажется, что ничего никогда не закончится. Затем вновь нарастает белый шум и Ло Бинхэ будто бы нехотя закрывает глаза. Все исчезает. Нет. Всего этого просто не было. Тревога не отступает - что-то постоянно заставляет Шэнь Юаня забывать, но и что-то не позволяет ему забывать. Смутные воспоминания о несуществующем пытаются ускользнуть, но Юань практически заставляет себя не забывать. Заставляет самого себя считать это важным - тогда все перестает исчезать настолько стремительно. Странности продолжают накапливаться, словно ошибки в программе - еще одно непонятное сравнение. То Юаню кажется, что какой-то из дней начинается сначала, то Бинхэ вновь кажется ему лишь эхом от того, к которому он привык. И это продолжается и повторяется вновь, а Система продолжает молчать не желая распутывать этот Гордеев узел. Все слишком тяжелое. Юань чувствует, что как будто бы его тело неподвластно ему больше. Даже не так, скорее, он и его тело - незнакомны, которые никогда друг друга не встречали и вообще существуют совершенно отдельно, не догадываясь о существование кого то еще. Он парит в пустоте, словно увлекаемый потоком, его паникующий разум заперт в незнакомом теле. Издалека он видит мутное сияние и слышит голоса - правда их разговоры лишь путают еще больше. - <вновь все портишь> - Не думаю - <слишком много, слишком часто> - Ты все равно все зачищаешь. Не о чем волноваться - <превышение полномочий> - Я ведь тоже могу уставать. - <не предусмотрено> Холодный цифровой голос почему-то напоминает Юаню старые научно-фантастические фильмы, которые он не особо любит, не смотрел в полглаза - на ум сразу приходят километры проводов и множество экранов. И, словно заимствуя его идеи, пространство вокруг него покрывается ковром из тонких жгутов и толстых соединительных кабелей - а единственная фигура в окружении светящихся мониторов поворачивается к нему лицом. Ло Бинхэ смотрит на него тем же стеклянным взглядом, но в этот раз едва заметно улыбается, словно считает самого Шэнь Юаня крайне забавным экземпляром. - <Незаконное вторжение, директива 1.34Re. Приступить к исполнению> - Тише-тише. Не стоит быть настолько суровым, - Ло Бинхэ - или та его идеально зеркальная копия - спрыгивает с невидимого уступа, на котором сидел, и шлепает босыми ногами по сплетениям проводов. Каждое его движение кажется невыносимо идеальным, до дрожи, а голос постоянно меняется. Некоторые слова произносит совсем юный Бинхэ, дрожащие колокольчики и тихий перелив, некоторые - гордый и властный оригинальный герой. А большинство Юань и вовсе не узнает, потому что никогда не слышал таких. - Это всего лишь очередной сон, не так ли? Человеческая природа устроена так, что все непонятное и жуткое лучше отнести к разделу снов и игре воспаленного разума. Не думаю, что он что либо вспомнит после, лишь положится на свои истинные воспоминания, - он меняется с каждым шагом. Бинхэ - это и молодой юноша в лабораторном халате, и хрупкое дитя с катетером на сгибе локтя, и взрослый муж, залитый кровью чуть меньше чем полностью, и чудовище из сна собаки, и самое прекрасное существо с самыми идеальными формами. Он наклоняется над неподвижным Юанем и все, на что он может смотреть - это на блеск несуществующего кольца на шее существа, с тысячей проводов, тяжелых, как цепи, которые тянутся бесконечно далеко. Ло Бинхэ смотрит на него с невыносимой нежностью смирившегося смертельно больного. - Все же они никогда ничего не меняли, не так ли? Шэнь Цинцю просыпается утром - не слишком рано и не слишком поздно, чувствуя себя вполне отдохнувшим. Все же, хоть он и Лорд Пика, ему тоже полезно иногда отдохнуть. Он потягивается, краям глаза замечая, что Бинхэ уже ушел, и тянется на пол, замечая странный отблеск на половицах. Это забавно согнутая проволока. Но откуда? Система вспыхивает перед его носом, отчаянно сигнализируя. На плавучем эеране прыгают буквы, словно вырвавшиеся на свободу. <Скрытый квест активирован! "Правда, скрытая за правдой"! Пользователь, постарайтесь!> И Шэнь Юань. Вспоминает. Всё.