royal babydoll

ким тэхен — независимый король, который объединил множество королевств, заключил дипломатические выгодные сделки и преуспел в построении армии, не опирается на мнение и слухи своего народа в плохом для него плане, отпуская весь гнет и зная, что его «личная кавалерия» замнет все, заговорит зубы или выплатит приличную сумму, что для него копейки. вы не подумайте, что юный король не бережет бюджет королевства и думает только о себе, нет. ему важны его земля и люди на ней. он дорожит своими кровными, ведь они в каком-то плане его опора и сила, любящая его сильнее, чем он их. и, выходя именно из этих утверджений и фактов, можно изложить ситуации, которым не удивляются уже никто — ни стража, ни дипломаты из других королевств, ни княжны, ни герцоги. будь то важное заседание или работа в кабинете на уютных коленях короля всегда восседает его личный принц. совсем не похожий на человека. куколка с красивыми глазками, в непозволяюще дорогом для сына повара наряде с несколькими слоями отборной ткани и золотыми украшениями, сидит, покорно сложа ручки на коленках, переодически передвигаясь на большой палец кима, который по размеру больше его на несколько сантиметров. иногда король отвлекается от своих дел и разворачивается к парню, зарывается носом в его волосы, погружаясь в приятный аромат чего-то сладкого и теплого, поглаживает острое открытое плечико и шепчет что-то романтичное, возможно пошлое, но в умеренном стиле, ведь смущать своего принца можно только, когда они наедине в интимной обстановке, поглощенные воздушной периной царской постели, а не при всех. куколка краснеет щеками тогда, отводит взгляд в сторону и тихо отвечает в ответ. никто никогда не знает,  что именно, но им и думать не нужно, юный король не позволит, бросив только один холодный взгляд в сторону хрупкого переговорщика. их знакомство и роман завязались как-то в одно и то же время совершенно неловко и по-детски стыдно. чонгук, давно приметивший самого красивого человека королевства, лишь тайно вздыхал, слыша звонкие шаги и непонятное бормотание о сегодняшних делах во дворце. когда чон мог лицезреть профиль его величества, то получал мини-инфаркты, обычно прячась за ближайший угол мебели или стену, ведь такими небольшими «слежками» блондин мог провести тэхена чуть ли не до его кабинета. тот  день не отличался от прежних. все тот же тембр, все те же мурашки и чувство оживших бабочек в животе. легко ноги сами несут по ступенькам на второй этаж, чтобы якобы забрать грязные подносы, которые бог знает, кто оставил, если их там даже нет. в какой-то момент ким неожиданно проходит мимо гука, видимо, меняя свой обычный маршрут, решая не заходить в архив за документами, оставляя за собой шлейф непонятного парфюма, но блондин уже знает, что он станет одним из его любимых запахов. чон краснеет щеками, вновь прячется, смотрит на его удаляющуюся спину из-за угла. парень выучил его движения наизусть: сейчас король откроет дверь, задерживаясь на секунды, думая о чем-то своем при звуке скрипа петель, которые стоило бы смазать, да необязательно, окинет взглядом, как в первый раз, личный кабинет, задумчиво выдохнет, будто сбрасывая груз с плеч и все лишнее из головы, и вновь просидит до утра в четырех стенах. иногда, лишь по праздникам, после сто одного разговора-уговора у отца, чонгук приносил небольшие закуски, а в тайне от папы еще и плед, заботливо укрывая молодого короля и желая спокойный снов. гуки задумывается, продолжая все это время сверлить спину кима, на что тэхен, как чувствует чужой взгляд, и резко оборачивается, щуря свои лисьи глаза парень тут же прячется за стеной, прижимая руки к груди и безуспешно утихомиривая ускорившееся сердцебиение, а когда слышит удаляющиеся шаги и хлопнувшую дверь, выдыхает загнанно. не зря молился в такие секунды всевозможным и невозможным богам. и выходит из-за угла, сразу врезаясь в сильную грудь, а когда поднимает глаза на лицо короля, который хитро улыбается, чувствует, как его не успокоившееся сердце начинает биться еще быстрее. ____________ гук чувствует себя неловко, но отвечает на настойчивый поцелуй, врезаясь спиной в гарнитуру. его пальцы сжимают мужские плечи, а ресницы предательски дрожат. он до сих пор не верит в происходящее. король утягивает его глубже, большими горячими ладонями оглаживая юное тело. — ты замерз. — смотрит внимательно, стараясь спрятать свои «аурные феромоны» и не давить на любимого. — нос холодный. почему не сказал? они стоят в пустующей главной кухне, сегодня у поваров и служанок заслуженный выходной, когда они уходят после обеда в свои дома к семье. — ваше величество, это не так важно, мне совсем не холодно… — чон сглатывает. — пожалуйста. куколка тянется к его губам, но он отстраняется, перехватывая аккуратно парня за кисть и притягивая ближе к себе. — неправильно. тихий щелчок. мягкая мантия бережно опускается на бледные плечи, закрывая от холодного ветра. они смотрят друг другу в глаза, видя искру и сияние взглядов, полностью взаимно отзеркаленные. — не стоило, правда не холодно. руки короля ложатся на его талию,  практически вжимая в свое крепкое тело, согревая и укутывая защитой. он все же целует его губы, кротко и неуловимо, прикусив нижнюю напоследок. — не так. вишневые губы сминаются нежно, заставляя простонать, не причиняя боли, но в своей манере заводя, давая такое нужное, которое больше нигде и не сыщешь на белом свете. блондинистые локоны заправляются за ушко, открывая молочную шею, королевская мантия мнется вдребезги, а кухонная гарнитура скрипит под напором двух неправильно влюбленных. — тэ… — именно. в помещение входит главный повар. ***** в высокую дубовую дверь тихо постучали, разрушая вечернюю тишину, которая успокаивала нервы раздраженного и уставшего за длительный рабочий день короля. ким не поднял головы ни на сантиметр, продолжая усиленно вчитываться в важные бумажки о взаимодействиях его территории и других государств. пока что всё было спокойно, но на северных границах назревал конфликт по личным причинам правящих сторон. известно это на данный момент только королю и главным советникам, в нашем случае еще и… сыну главного повара. — входи. дверь отворяется, и из-за неё показывается белобрысая макушка с уложенными назад волосами. чонгук немного робко входит в кабинет с подносом в руках, ступает плавно и элегантно в расшитом костюме, состоявшего из белоснежных классических шорт, жилетки и рубашки в цвет, всё это дополняли нежные чулки. он не дворецкий, но тем не менее выполняет схожие поручения: подать что-то, принести еду, возможно постирать одежду или убраться в кабинете. всё это даром, без какой-либо зарплаты, да и это не нужно, ему лишь бы быть рядом с любимым и не голодать. гуки подходит к широкому столу, останавливаясь поближе к левой руке тэхена, расписывающегося в указе, ставит маленький поднос с чаем и мучными закусками на стол, расплываясь в уютной улыбке, поймав взгляд мужчины на себе. тот о чем-то думает несколько секунд, прикидывает и решает в своей голове, а после измученно выдыхает и берет родную руку в теплую ладонь, ощущая прохладу. опять он мерзнет, проказник, сколько раз было велено одеваться теплее. нежности и милости сменяются на что-то более резкое и яркое, заставляющее короля притянуть чона к себе ближе и примкнуть к алым губам. немного влажным и искусанным, но таким же нежным и желанным, как и всегда. парень удивляется, но почувствовав памятные прикосновения, прошедшиеся тенью по спине и шее, жар чужого тела, расслабленно прикрывает веки и полностью отдается моменту, через секунду сам прижимаясь ближе и больше, потому что не хватает. никогда не хватит. тэхен инициативу разделяет, садит к себе на колени, совершенно безбожно забирается под приятную ткань шорт и оглаживает чувствительные бедра, спускаясь ниже, подцепляя своеобразные чулки-гетры. гуки выглядит в них очень мило и компактно, но сейчас это только разжигает странное чувство в груди короля. хочется больше эмоций, страсти, хочется отставить невинность и прочувствовать всё настолько ярко, что можно ослепнуть. парень мычит в поцелуй, когда его разворачивают и, наконец, полностью усаживают на упругие бедра спиной к груди, заведя его носки ног далеко назад за свои голени, что выставить конечности вперед не предаставлялось возможным. — ваше величество… его рука считает хрупкие ребра, проходится по впалому животу, а после обратно. зубы прикусывают покрасневшую мочку, а губы, задевая эрогенные зоны, шепчут: — ты же знаешь, что это неправильно, да? но если ты так хочешь поиграть, то ты получишь этого. колени короля вместе с ляжками чона раздвигаются в разные стороны, открывая  чувствительные места. мужская рука растегивает молнию и пуговицы шорт, после убирая ткань куда-то в сторону пола, в то время, как гуки задерживает дыхание или перестает дышать вовсе, ведь король берет его за кисть и тянет вниз. они вместе проходятся по внутренней стороне бедра, от коленки поднимаясь всё выше и выше. парень сглатывает и откидывает голову назад — на подставленное плечо короля. тот же внимательно следит за процессом, не упуская ни одной детали. их пальцы сокращают всё расстояние, предоставляя новые подробности. — какой плохой мальчик — ходит по замку без трусиков, светит своей задницей перед всем королевством. — не ухмыляется, серьезен как никогда со своим басистым хрипящим голосом. чонгук сглатывает, он ни на что и не рассчитывал сегодня, но видимо судьба решила по другому. — я не… — блондин всхлипывает, потому что пальцы на пробу проходятся по головке члена, сразу же пачкаясь в естественной смазке. он сейчас так возбужден. но, к удивлению, долго они там не задерживаются, а неожиданно найденное масло в столе его высочества помогает решить паре некоторые комфузы физиологии. — тогда думаю, что ты не против двойного проникновения. — пальцы короля вместе с более тонкими  входят в чувствительную дырочку, заполняя и растягивая. они замирают на некоторое время, а после начинают размеренные движения, сгибаясь на нужных моментах, чтобы попадать по комочку нервов внутри. — ну, тише-тише, все хорошо. — чонгук всхлипывает и поворачивает голову, прячась в чужой шее, пока её владелец задействует другую руку и растегивает волшебную жилетку и рубашку спереди, спуская материал с плеч и достигая груди.  пальцы безошибочно находят сосок, оттягивают его и вновь вдавливают в тело, немного царапая ногтем. прокручивают в свое удовольствие, после переходя к другому. от внезапного холода бедненький встает по стойке смирно, маняще требуя еще один подход ласк. а сухие губы тем временем отвлекающе расцеловывают шею, спускаясь вслед за тканью ниже, оставляя метки на бледном бархате. гуки распаляется всё больше и больше от мыслей, что сейчас в нем находятся четыре пальца, которые только набирают скорость, это с ним делает сам король сильнейшего на континенте государства прямо в его кабинете, а его стоны могут услышать за стенкой или на первом этаже. парень прикусывает нижнюю губу, промычав, ведь пальцы двигаются с сумасшедшей скоростью, замедляясь только на более резких толчах, которые приносят незабываемую эйфорию, отключая нервную систему на несколько секунд. тэхен перехватывает чужие губы своими, покусывая и оттягивая, сплетаясь языками в заурядный танец. он чувствует, как по его фалангам снизу течет в изобилии смазка, а плотные штаны больно сжимают крепкое возбуждение. но это тугое притупляющее чувство дарит двойное удовлетворение вместе с осознанием того, что сын повара практически сам скачет на нем и останавливаться только на этом не собирается, он уверен. чонгук ощущает, как в его спину стойко утыкается нечто горячее и большое, а кончики пальцев настолько хорошо массируют, что стенки внутри припухли и уже не воспринимают прикосновений. ему нужно нечто мощнее и длиннее,  заполняющее его полностью, до самого желудка, а может и даже дальше. он позволит это. ким, как будто читает его мысли, убирает руки под разочарованный вздох, освобождает ноги, а после, разворачивая разомлевшего парня к себе лицом, кладет подтянутое тело на стол, аккуратно придерживая за голову, но тем не менее сметая все договора на пол, сейчас они не так важны. закидывая одну его ногу себе на плечо, король почти рычит, когда сын повара повторяет: — пожалуйста, ваше величество. он опять не слушается его и своевольничает. прекрасно знает же, что он не любит такого обращение  к нему от него. звучит слишком холодно и липко. мерзко, не по-родному, будто они не знакомы вовсе. король не потерпит такого, но вы не бойтесь, он еще и это обязательно исправит. если в дословном переводе: выбьет дурь из блондинистой макушки. мешающиеся шорты рвутся и ткань летит куда-то в угол, как и все запреты на сегодняшнюю ночь. блондин обхватывает сильную шею руками и тянется за поцелуем, который несомненно получает. теперь он медленный, тягучий, более раздумчивый, как хорошая стратегия перед кровопролитной войной. тэ опускает руку вниз и наконец растегивает эти блядские брюки от известного портного, стоящие ему целое состояние, заимствует немного смазки у парня, на что получает ответный стон, и растирает по колом стоящему члену. он налился кровью, светит бордовой головкой и требует скорейшего спасения от такого прекрасного партнера, как чони. и он несомненно это получит, так как король уже приставляет головку ко входу, стараясь безболезнено начать их постыдное мероприятие, но все же следя за реакцией чонгука, а после, не видя сопротивления, входит по основание за два толчка, получая ответный вздох. ему это нравится. выжидает несколько секунд на «привыкание», ловя разгоряченный монолог губами, а после раскачивающие льнет бедрами. внутри гуки мокро, хлюпает, они замечательно его растянули. чонгук отстраняется от кима для того, чтобы оказаться еще ближе, чувствуя, как нарастает темп, а спина безжалостно стирается о поверхность стола. потом будет болеть, кожа долго наращиваться заново, но ничего, тэхен обязательно поможет своему возлюбленному позже, а пока он целует его, целует-целует-целует, оставляя алые бутоны повсюду, лишь бы дали дотянуться. пальцы парня одобрительно зарываются в волосы, распушевывая и без того непослушные еле уложенные, но им плевать, сейчас не до этого. движения набирают свои обороты, стол скрипит все настырнее. король рычит, кусая парня до крови и ставя метки, заставляя задыхаться. он его и ничей больше. вбивается в его тело яростнее, сильнее и резче, практически не выходя. так жарко. чонгук исцарапывает ему всю спину и вырывает несколько косм. они оба на взводе, они в эйфории. — ваше величество. дразнит его и не боится. смотрит в глаза и улыбается, а как сверкает при этом. ничего, у достопочтенного короля будет много времени, чтобы еще раз наказать этого капризного. в какой-то момент всё замедляется, но и характер меняется. тэхен пошел по другой технике, незаметно «девять на один» сокращая до «трех к одному». король делает три быстрых толчка, на четвертый замедляясь и выходя полностью из парня, а после обратно в один миг, так происходит и далее: два быстрых — два медленных, один быстрый — три медленных. чон стонет, чувствуя, как его распирает изнутри и цель уже близко. они вдвоем практически задыхаются в друг друге, отдаваясь полностью и навсегда. пара приходит к пику ярко, с яркими кругами перед глазами, долго пытаются отдышаться и осознать свое нахождение в пространстве. они обмякают в наслаждении, последний раз за минуту, но не за вечер, поцеловавшись. король отстраняется первым, отходя от стола и умело надевая брюки обратно, в то время, как чонгук тихо болезненно-устало стонет, приподнимаясь на локтях и после слезая с высокого дубового стола. благодарно улыбается, принимая королевский бархатный халат, валявшийся неподалеку на такие случаи, снимая одновременно напрочь испорченный костюм или то, что от него осталось. — выдерживаешь нашу страсть? — саркастично спрашивает ким. — ваше высочество, извините, но из-за вашей страсти у меня вся задница теперь в занозах. спустя некоторое молчание в комнате сливаются два негромких смеха, голоса которые идеально балансируют в ладах друг с другом. они будут хранить все произошедшее только здесь и у себя в сердце. ***