*
15 июня 2025 г., 19:10
Примечания:
Небольшое дополнение.
Гарри шестнадцать, когда он отправляется в прошлое. Наставник мертв. Надежда мертва вместе с ним. Но собранная сумка, деньги для гоблинов на поддельные документы и немного еды в состоянии стазиса давят на плечо.
Сумка была планом Б.
Дамблдор говорил о ней как о маловероятной возможности; он не собирался умирать, он собирался помочь. Но все рассыпалось, как карточный домик.
Поттер не признает себе, что Директор составил этот план, потому что заранее знал, что ничего не выйдет. Не признает он себе, что видел руку Альбуса. Не признает себе, что это и был его план: умереть так или иначе, но подготовить парня.
Специальный маховик времени настроен на начало пятого курса Тома Реддла. Трясущимися руками он запускает его, слыша крики своих друзей позади. Они только что узнали о том, что Дамблдор мертв, и всего через несколько минут поняли, что собирается делать Гарри.
Волшебник надеется, что ещё вернётся, обнимет друзей, попросит прощения.
Вернётся, если будет куда. Что бы он ни сделал в прошлом, будущее уже изменится. А что будет с тем временем, которое было до его появления в прошлом? Возможно, оно продолжит существовать без него. А возможно, исчезнет.
Об этом он задумывается лишь тогда, когда сжимает в руке перо над поддельными документами, чтобы поставить подпись.
— Сэр? — хмурит кустистые брови гоблин, видя его заминку.
А есть ли разница? Ему уже не вернуться туда. Он сделал свой выбор. Опрометчивый, отчаянный и глупый. Пути назад больше нет.
Подпись получается размашистой и нервной. Уголок бумаги смят его вспотевшей ладонью.
Он всё потерял ради мимолетной надежды на светлое будущее.
— Поздравляю, мистер Беннет, ваша новая жизнь начинается прямо сейчас, — произносит гоблин, передавая ему ключи от его ячейки и маленького одноэтажного домика где-то в полузаброшенной магической деревне.
Бывший Поттер не говорит спасибо. Лишь берёт ключи и кивает. Его жизнь заканчивается и начинается прямо здесь.
И он не знает, что ему делать.
***
В Хогвартсе его принимают легко. В эти годы многие волшебники кочуют из школы в школу. Его даже не спрашивают про родителей. Даже чистокровные не лезут с этим вопросом. Им объяснили насчёт того, что сейчас происходит в маггловском мире и почему «невинные шутки» довели магглорожденную до магического выброса, уничтожившего её магическое ядро. Отношения от этого лучше не стали. Но вопросов поубавилось. Вот и он легко приходит с частью других учеников, часть из которых даже не говорят на английском. Он лишь один из них для всех. В этот раз Гарри соглашается на Слизерин без споров. Лишь тихо спрашивает, почему именно туда. — Каждый может попасть куда угодно. Если бы распределение проходило каждый год, часть учеников всё время бы переходила в разные факультеты. Не нравится Слизерин? Приходи через год. Уверена, у тебя в тот момент будет другой факультет, — шепчет Шляпа. — А теперь иди и отучись на пятом курсе ещё раз. Беннет не спрашивает, откуда она знает, что пятый курс будет для него повторным. Лишь молча идёт к столу змей, проглатывая неприязнь и садясь с лёгкой улыбкой рядом со знакомым парнем. Чуть моложе, чем тогда на втором курсе. Ещё не разорвавшем душу. — Привет, я Гарри. Гарри Беннет, — протягивает он руку. На неё смотрят, чуть морщат нос, но скрывая неприязнь, всё же пожимают. — Том Реддл.***
У Гарри одна задача: убить будущего Темного Лорда. Не ходить за ним по пятам, становясь его другом. — Да, да, я тебе не друг и всё в этом роде. Я понял, Том. С нумерологией поможешь? Не опять, а снова. Не прятать от него книгу про крестражи. — Крестражи? А что это?.. Фу, Том, гадость какая. Давай лучше залезем в закрытую секцию, там поинтереснее вещи есть. Не показывать ему Василиска. — Я тебе Василиска показал, а ты всё ищешь книги про крестражи в какой-то выдуманной тобой библиотеке Слизерина? И это я ненормальный? Не учиться вместе с ним заклинаниям. — Нет, погоди, там иначе было… Или так? Не смейся ты надо мной! Сам попробуй! Не приглашать его к себе домой, чтобы он не возвращался в детский дом в это неспокойное время. — Он небольшой, как видишь, всего две маленькие спальни и гостиная, совмещённая с кухней… Что ты так улыбаешься? Не успокаивать его кошмары. — Чшш, всё в порядке, я рядом. Всё хорошо. Ты в порядке. Ты в безопасности. Не целовать его в его восемнадцатый день рождения, притворяясь, что это и его день рождения, больше не празднуя свой день рождения летом. Потому что он больше не он. — Эм… Прости? Я не знаю, что на меня нашло, если ты… Мерлин, Том, отпусти меня! Не строить планы по тому, как отвадить Вальбургу. — Том, ты дурак? Не смотрю я на Блэк, потому что она мне нравится. Нет, она мне не нравится. Да, я люблю только тебя. Успокойся, ревнивец. Не нежиться с ним в постели. — Спи, Том. Я люблю тебя.***
Дождь за окном отражает его чувства практически полностью. Гарри как будто только сейчас осознал себя в моменте. Ему восемнадцать, через пару месяцев будет девятнадцать. Через пару месяцев он закончит учёбу вместе с Томом, и они вместе уедут. Тот спит рядом, положив руку Беннету на спину. Смотря на его спящее лицо, волшебник пытается понять, что же всё же привело к этому? Почему в какой-то момент он разделил Тома и Волдеморта? Он пришёл в этот мир, чтобы убить его, а в итоге слушает в тишине его дыхание. В волшебнике что-то будто сломано и починено как-то неправильно. Не так, как надо. Не так, как его воспитывали. Иначе. Это плохо? Гарри не знает. Он поправляет прядь волос за ухо Реддлу и думает, что он и не хочет знать. Зачем? Что бы он ни сделал, его мир больше не принадлежит ему. Он никогда не увидит Рона и Гермиону. Дамблдор никогда не станет для него тем самым наставником. А мир так и продолжит существовать. Для всех них ничего не произошло. Мир не изменился. Он всё тот же. И только у того, кто был раньше Мальчиком-Который-Выжил, мир покрылся трещинами, соединившись в новую картину, растеряв при этом большую часть из своих осколков. — Ты чего не спишь? — отвлекает его хриплый со сна голос. — Не спится? — Это вопрос? — приподнимает Том бровь, щуря на него глаза. — Иди сюда, — втягивает Реддл его в объятия. — Опять у тебя этот взгляд. — Какой? — бормочет Беннет куда-то в шею. — Будто ты в другом мире. Хотя есть только один, рядом со мной. Гарри тихо смеётся, пряча лицо. Действительно. Есть только один мир. Другого для него больше не существует. — Спокойной ночи, Том. — Спи уже, наказание моё. Завтра ещё вещи собирать. Потом на вокзал. А потом…
