Кровавая тьма

Цена веселья. Часть первая.

      Они готовились.       Она чувствовала, что они не боятся ее и идут следом, и страх карги Хэккет Скуори нарастал. Старуха его ненавидела, но ужас достигал в пределах досягаемости и убить его можно только одним способом — убить их самих.       Конечно, для такого страха не было никаких причин, чтобы биться в истерике, браниться или выплескивать все эмоции наружу. Их количество заметно уменьшилось… ещё и милый мальчик Джеки, который совсем скоро выпустит будущего демона из своей невинной детской плоти. Как же замечательно было осознавать, что его разум полностью подвластен карге. Он прибывал в ней, в мерзкой червоточине, в запределе вне всяких пределов.       Но в них оставалась вера. Она была и благой и дурной, и мудрой и неразумной, и парящей и пресмыкающейся. Она уменьшалась, но не угасала, словно маленький светлячок, который боролся за свою жизнь.       И каргу это злило.       Ужасно злило.        «Нет! — взвыла Она, шатаясь из стороны в сторону, чувствуя, как жизненная сила вытекает из сотни пузырящихся ран. Ни одна не была смертельной, но каждая исполняла свою роль в этом шоу, каждая замедляла движение. Она взглянула на Сайласа. На своего бедного маленького мальчика. Одна лапа висела на тоненькой полоске мяса. Один глаз ослеп. Ее красные глаза горели адским пламенем, а дыхание было похоже на рык дикого зверя. Она обязательно отомстит за него. За всех их. — Они должны бояться меня! Бояться нас всех!»       Она подвывала и мяукала, а когда почувствовала, что они совсем рядом, сделала единственное, что теперь оставалось: повернулась, чтобы сражаться!

***

      Убийство — 2:02, ..... 2022 г.       Зловещая тишина наполняла подвал когда-то существовавшего летнего лагеря. Как ужасно было осознавать, что от прекрасного места не осталось и следа. Лишь мерзкий запах сырости, смешанный с кровью, и угнетающие всхлипы некоторых окружающих заполняли стены этого здания. Они остались ждать гребанного Хэккета, уверявшего всех в том, что здесь безопаснее, чем снаружи. Проклятая карга их не достанет. Они смогут расслабиться, поболтать о своем и насладиться прекрасными минутами, проведенными вместе. Возможно наконец-таки признаться о своих чувствах, что так долго оседали в глубине души молодых людей. И уехать из этого места, которое запомнилось только прекрасными моментами с детьми, любовью, посиделками у костра, замечательной музыкой, подарившей первый медленный танец. Но жизнь штука коварная. Розовая пелена моментально спадет с прекрасных глаз, оставив за собой болючий и колющий шрам. Внутреннее состояние так и вообще будет меняться с плюса на минус.       Все будет просто отвратительно, все будет просто ужасно!       Потянулись долгое время ожидания и нетерпения. Вопросы так и витали в воздухе. Что же там происходит за закрытыми дверьми, что делает Трэйвис? А если он умрет, что тогда с ними будет? Даже думать об этом не хотелось. Кто-то нервно дергал ногами, а кто-то с остервенением грыз ногти, не в силах что-либо говорить. Если это ожидание так и продолжиться, то со своей и без того пошатанной психикой они и вовсе распрощаются.       — Нет, я так не могу, — вдруг заголосила Лора, привлекая внимание окружающих. — нужно ему помочь.       — Что ты предлагаешь? — проговорил Райан простуженным голосом. Он поднял голову, посмотрел на девушку и понял: ему стало все совершенно ясно, и идея абсолютно правильнаябредовая.       — Ну, пули у нас есть, — начала Лора, нервно пожимая плечами. — выкрутимся и…       — Ты что, шутишь? — Дилан грубо оборвал на полуслове рассуждения девушки, резко приподнявшись и не обращая внимания на острую боль в области запястья. Пожалуй, таким Смит видела его впервые. В отвратительном настроении, опускающим руки перед трудностями и неуверенном в завтрашнем дне. — Что могут сделать кучка студентов, которые ничего не знают об этой твари?       — Надо просто пристрелить ту блохастую псину, и тогда карга сдохнет, — не унималась Лора и не обращала внимание на логичные сигналы парня. — Патроны у нас есть, мы справимся!       Дилан схватился за голову, пытаясь хоть немного унять звон в ушах, но он не хотел отступать. Казалось, что весь огромный мир внезапно сжался до объёмов его черепа. Ощущение было невыносимым: его сознание вновь погрузилось в ужаснейший кошмар, от которого невозможно было уйти или проснуться. Дилан понял, что все то немногое, ради чего он жил, вдруг улетучилось в одно мгновение. Поступление. Звание сногсшибательного радиоведущего. Вся его жизнь.       — А если он не один такой? — его сердце гулко стучало в груди. Он не помнил, чтобы так сильно боялся, так расстраивался. — Ты хочешь, чтобы нас всех тут прикончили? Твой план смахивает на банальное самоубийство. Лора, посмотри на нас. — он быстро обвел рукой окружающих. — Мы выжили по счастливой случайности, и как бы это странно не звучало, но я хочу еще пожить!       — Трус, — Лора буквально выплюнула слово ему в лицо, словно мерзкую пилюлю. Она начала подходить к нему и сильно стучать платформой от ботинок. Но Дилан не боялся. Парень лишь поднял голову и мрачно уставился на девушку. — Оставайся здесь и разлагайся по крупицам, а я пошла, кто со мной?       Молчание.       Нервный смешок.       И раздражение, которое сначала накапливается на кончиках пальцев, а после устраивает внутренний фейерверк.       — Лора, успокойся, — подала голос молчавшая до того Дэниэль. Она сказала это медленно, слегка протяжно, чтобы полностью переключить внимание на себя. Смит осторожно положила свою руку на плечо юноши, отчего тот слегка вздрогнул и тут же ощутил тепло ладони, которая выражала поддержку и понимание. И от этого стало как-то поспокойнее на душе, словно появилась та самая ниточка надежды, за которую и стоит бороться. — Давай все обсудим?       — Да что тут обсуждать?! — почти выкрикнула Лора, отчего все почувствовали неприятную вибрацию.       Кейтлин покачивалась на каком-то старом стуле. Смотреть на спор двух гигантов было просто невыносимо, ведь именно из-за него в голове возникали пугающие воспоминания этой ночи. Хотелось убежать куда-нибудь, от всех этих ужасных мыслей, от знакомых лиц, которые возвращали в отвратительные моменты. Хотелось просто поспать, спокойно и без всяких последствий.       Но внутри грыз маленький червячок совести, напоминавший о том, что Хэккет может быть где-то рядом, возможно, он именно сейчас борется с тварью в одиночку…а может он уже мертв. И лежит где-то в яме с распоротым брюхом.       Она тряхнула головой и тут же почувствовала боль.       Внезапно у Ка возникло чувство, что кто-то следит за ней. У девушки прямо волосы встали дыбом, а тело с головы до ног покрылось гусиной кожей. Она перевела взгляд на единственное окно, которое было в сыром подвале, и остолбенела от ужаса и накатившейся панике. Джейкоб. Весь в крови, но со стеклянной улыбкой. Затем девушка стала тереть глаза кулаками, надеясь на то, что ей просто показалось. Никакого Кустоса там нет. Он жив, здоров и где-то прячется, верно?       Послышался стук по стеклу, словно его клевала птичка. Дыхание резко перехватило, возникло чувство, будто дыхательные пути сжались до отказа, не оставляя даже маленькой щёлочки для кислорода. Паника проникла внутрь с легкостью коварного мотылька. Возникло непреодолимое желание бежать, как можно скорее и дальше, но чувство страха, переросшего в животный ужас, приковало холодеющее тело к земле. Апогеем сил и возможностей стало горькое осознание того, что если Кейтлин ничего не предпримет, то это место обзаведется парочкой трупов точно.       Она перевела свой взгляд на до сих пор спорящих молодых людей и Дэни с Райном, пытающихся вразумить двух разгневавшихся пантер.       — Я тебя сейчас убью и не посмотрю на то, что мы в одной команде! — разбушевалась Кирни, пытаясь вырваться из рук Райна. Юноша еле сдерживался, чтобы не выпустить эту кобру из своего кокона. Она была сильна, ужасно сильна. И от этого становилось очень неуютно, ведь он понимал, что ему может прилететь ужасно болезненный удар в голову.       — О боже, мне угрожает Бритни Спирс, спасайся кто может! — Дилан скорчил издевательскую рожу, а потом выругался от боли. Смит его ущипнула. Ужасно больно. — Ты что творишь?!       — Прекратите вести себя, как дети! — грозно сказал Райан. — Давайте думать над планом, а не спорить друг с другом?       Кап-кап…       Ка схватилась за голову и тихо взвыла.       Кап-кап-кап-кап…       — Кейтлин, — послышался из ниоткуда голос Кустоса. Девушка начала быстро вращаться вокруг своей оси, словно юла, пока не почувствовала мерзкий комок в горле. — Прошу, Кейтлин, помоги мне…       — Хватит, прошу, хватит! — тихо молила Ка.       Из-за спины девушки донеслось мерзкое хихиканье. Она вновь посмотрела на единственное окно… а потом вытаращила свои черные глаза в немом ужасе, прижав руки к щекам, словно глубоко оскорбленная старая дева. Послышался неприятный стук по стеклу. А потом послышался громкий, дребезжащий треск стекла, и мелкие осколки полетели на пол. Все мигом замолчали и уставились на источник звука. Группа вылупилась на Кустоса, пытаясь понять, как Джейкоб здесь оказался. Мгновение спустя адский, пронзительный вой наполнил ночь, надвигаясь на ребят. Лора заметно напряглась и направила ружье на парня.        — Джейкоб? — нервно спросил Дилан. — Джейкоб, чувак, как ты тут очутился? С тобой все в порядке?       Кустос почему-то резко остановился, будто на его пути возникла кирпичная стенка. Его глаза стали еще шире. Глупая улыбка растянула губы. Громкий смех раздался по всему подвалу. Он смотрел на недоумевающие физиономии, разинув рот, а потом вытащил нож и вытер его о свои плавки. Джейкоб чувствовал, что совсем скоро пустит его в ход. Они начнут верещать от страха и тогда начнется безумие. Голос ему полностью все описал и рассказал. «Убей их всех, Кустос! Убей их всех!» — верещал тот. Парень убьет их и тогда все эти неприятные мысли, которые посещали его на протяжении двух смен, наконец-то покинут душу. Его оставят в покое. Он убьет их и вернется домой. Будет пить пиво, есть любимые хлопики и слушать радио. И все тогда будет хорошо, все будет отлично, все будет тип-топ.       — Ох, черт, — удрученно пробормотала Лора и прицелилась в парня.       Пронзительный вопль разорвал воздух.

***

      Внезапный звонок проникает в сознание раскаленной иглой.       Он открывает глаза. Смотрит на светящиеся цифры стоящего рядом электронного будильника. На ощупь ищет свой раздолбанный телефон. Рука шарит в пустоте. Он находит мобильник и раздраженно пялиться на экран телефона. Номер незнакомый. Наверняка очередные придурки, которые хотят предложить кредит. Но какое-то чувство подсказывает иначе. Он молча нажимает на нужную кнопку.       Темноту прорезает голос:       — Это Джеймс Смит?       Он молчит. Ждет продолжения.       — Джеймс, прошу, скажи, что это ты, — молит его уже знакомый голос. Мужчина удрученно, но сосредоточенно потирает щетину.       — Я слушаю тебя, — отзывается он наконец резким прокуренным голосом.       — Проклятье вернулось.       Мужчина еще раз смотрит на будильник. Он тянется за сигаретой, затягивается и тушит спичку, выдохнув дым. Сердце начинает очень уж сильно биться, кончик сигареты заметно подрагивает. Он не сдерживает нервный смешок и спрашивает:       — Неужели ты не смог остановить свою семейку? Запереть их, как шавок?       — Ты как всегда, Джеймс, — тараторит мужчина.       — Мне некогда с тобой любезничать. Я не буду помогать тебе с твоей семейкой, которая в свое время немало попила моей крови. — он нервно затягивается. Вновь ощущает знакомую тяжесть ужаса, от которого сжимается сердце — к этому так быстро привыкаешь? Или ты всегда носишь этот страх в себе, маскируя его утренним кофе или ночными сменами? Разве ты не задумываешься о неизбежности собственной смерти? — С меня хватит, Трейвис. Я хочу спокойно пожить оставшееся время. Ко мне еще скоро должен приехать человек, поэтому…       — Джеймс, ты не понял, — рявкает Трейвис, сжимая телефон. — Она вернулась…       Комната погружается в невыносимой тишине. Сердце бьется слишком часто, и руки холодеют. Чтобы выдержать такой гнет страха, надо использовать специальный прибор, который прекрасно стирает память.       «Давай лучше тогда поговорим о погоде, о родственниках, о том, каково это — слышать до боли знакомый голос, который принес тебе боль и страдания на всю оставшуюся жизнь. Подарил тебе зависимость от алкоголя. Давай поговорим у кого какая тачка, пообсуждаем ту сучку Тэйлор, которая постоянно задирала нас в школьное время, а сама лобзалась с учителем химии. Давай обсуждать что угодно, но только не ту мерзкую каргу.»       Он громко стукает по столу и выругивается. И Трейвис это слышит.       — Она еще там? — тихо спрашивает Джеймс, затягиваясь сигаретой.       — Они должны были уехать, но…       Джеймс тяжело вздыхает и тушит окурок. Он все прекрасно понимает.       — Скоро буду.       В телефоне все также пикают гудки отбоя, буравя бесформенный мрак комнаты призрачными звуками. Он сует мобильник в штаны и встает. В глубине правого глаза вспыхивает привычная колющая боль. Он потер пальцами века и тихо сказал:       — Ох, боже, зачем я тебя туда пустил…

***

      «Детский лагерь» — 2:58.       Улыбка на губах Джейкоба разом превратилась в гримасу адской боли. Нож вывалился из руки и запрыгал по бетонному полу. Другая рука ухватилась за небольшую дырочку, из которой начинала вытекать алая кровь. Он повернулся и взглянул на луну, в которой отчетливо можно было разглядеть физиономию демона в облике карги Хэккет Скуори.       (давай, дружок, покончи с ними. осталось совсем немного. буквально один штрих)       — Я покончу с ними… правда покончу, — пробормотал Кустос, пошатываясь. Он продолжал слышать громкий детский смех. Продолжал видеть все эти лица, которые смеялись над ним, называли неудачником. — правда, я клянусь!       (убей их всех. убей их всех. убей их всех. убей их всех. УБЕЙ ИХ ВСЕХ. УБЕЙ ИХ ВСЕХ)       — О боже мой, Джейкоб… — сказала Кейтлин, еле сдерживая слезы.       Парень нахмурился и посмотрел на ребят хищным взглядом.       — Скажите, что это просто шутка? — промолвил Дилан, обращаясь к окружающим. Все промолчали, а это значило, что никто ни в чем не был уверен. — Чувак, если ты хотел нас напугать, то ты справился на все сто! Ха-ха!       — Балабол, — тихо сказал Джейкоб, сдержанно улыбаясь. Внезапно он высунул язык, на котором виднелось множество белых пузырьков, похожих на гнойные ранки. И он снова закричал. — Напоследок успел оттрахать недоделанную дочку шерифа?!       Услышав это, Дилан побледнел и нервно сглотнул слюну. Смит презрительно скривила губы. Кустос сделал то же самое в ответ, показав свои острые зубы. И Дэни боялась, что он сейчас вцепиться кому-то в глотку.       — Почему ты теперь не смеешься, малыш Дилан?!       Дэниэль услышала неприятное мяуканье, посмотрела в коричневые глаза Кустоса, которые сменились адским пламенем… и на мгновение она увидела безобразную форму, изредка напомнившую ту мерзкую тварь, что гналась за ней в ванне Мистера Х. Это существо так и притягивало взгляд Смит. Она увидела когтистые лапки, которые схватили маленькие ножки Эби. Увидела Ника, заточенного в теле бушующего зверя. Увидела и Эму, мерзнущую в холодильнике на первом этаже. Но не видела ничего, что осталось от Кустоса. Ни-че-го! Ее дыхание перехватило. Захотелось открыть глаза в другой реальности и чтобы все это оказалось страшным сном. Но чувство безысходной давящей бетонной плиты давало ей четкое осознание, что это не сон. И из этого ада надо было как-то выбираться.       — Мне надоело слушать от него ебанутую хуйню! — протрезвела Лора и нажала на курок еще один раз, но вместо знакомой пули вышли маленькие мыльные пузырьки. Девушка в ужасе застыла, она испуганными глазами смотрела на юношу, который медленно наклонился и поднял свой любимый ножик. — Какого?!       — И это все еще недостаточно реально для вас?! — с наигранной грустью произнес Кустос. Он быстро-быстро заморгал глазами и стал медленно поворачивать голову. — Я тоже недостаточно реален?!       — Вот дерьмо, — промолвил Райан.       — Шоу должно продолжаться! Шоу должно продолжаться! — кричал Кустос, медленно подходя к ним. Он вновь улыбнулся и широко развел руки, словно пытаясь кого-то обнять. — Почему вы не смеетесь?! Давайте повеселимся все вместе!       — Уходим отсюда! — крикнул Райан, окончательно выходя из транса.       Неожиданно какая-то сильная вибрация возникла под ногами, и они с криками упали в пропасть.