Давай прогуляем, Хикару?

      — На самом деле, ты редко бываешь самим собой. — Внезапно говорит Арата, не отрывая ленивого взгляда от плывущих по небу пушистых облаков.       — С чего ты это взял?       — Постоянно всё скрываешь от меня, словно мы не друзья. Молчишь каждый раз, когда я пытаюсь заговорить с тобой. Ты всем хочешь показать, что ты лучший, сильный. Что тебе вся эта дружба и поддержка не нужна. А на самом деле ты другой.       Хикару не ответил, продолжая читать учебник, постоянно перебирая в пальцах фиолетовую ручку. Ведёт себя так, словно не слышал сидящего рядом собеседника. Это не так. И Арата это прекрасно знал. Знал, что на самом деле его это задевает. Знал, что он злится и обижается, если на очередной миссии Арата проявит себя больше, чем он. И этот комплекс «отличника» у него не прошёл даже спустя долгое время обучения в академии и совместного проживания в комнате общежития.       И он и дальше будет делать вид, что всё в порядке. Хоть убей, но меняться в лучшую сторону он не собирается. После того, как Арата умудрился переубедить Мураку и Харуки, казалось, в Дженоке наконец мир и покой. Но нет. Он натыкается на упорное молчание и равнодушный взгляд каждый раз в попытках заговорить с Хикару.       — Знаешь, а ведь ты переживал за меня. — Снова говорит Сена, а на губах сама собой появляется улыбка.       Хикару щёлкает ручкой, на секунду отрывая взгляд от книги. Ведь это и правда так. Когда в нём проснулась эта новая опасная сила, Хикару места себе не находил в общежитии. Харуки, как бы невзначай поделился интересной новостью.       — Я могу считать, что небезразличен тебе? — Игриво спрашивает Арата, а в ответ получает едкую усмешку. Однако рыжий прекрасно знает, что Хикару делает это всякий раз, когда нервничает. Улыбка становится ещё шире. Он поднимается с травы и подсаживается ближе. — Ну скажи мне это!       — Не понимаю о чём ты говоришь. — Блондин упорно продолжает делать вид, что Арата несёт какой-то бред. Резко оглядывается на академию, за которой на просторной солнечной полянке они сидели. — Разве нам не пора в класс?       — Как же с тобой сложно… — Разочарованно вздохнул Арата, лениво протягивая руку, чтобы дотянуться до лежащего в стороне портфеля.       Хикару улыбнулся, чувствуя свою победу над ним. Да, Арата не мог долго спорить с ним, не только потому что блондин в его жизни имеет значимую роль. Он всё ещё не может откинуть назойливую мыслишку о том, что для парня Хикару слишком хрупкий и…женственный. И точно в разы красивее любой девушки на Камуи.       Однако не всё потеряно. Арата давно желал посмотреть, как Хикару относится к щекотке. Сейчас идеальный момент: тепло, большая перемена, они сидят на полянке совершенно одни. Между прочим, Хикару отправился коротать время именно с ним, а не, как обычно в одиночестве за учебниками.       Арата хватает его за рукав рубашки и опрокидывает на спину, нависая над ним, чтобы наконец совершить задуманное, как… немного завис, уставившись во все глаза на хорошенькое личико, покрытое неестественным для Хикару румянцем. Он тяжело хватает губами воздух, на секунду задерживая дыхание, его небесные глаза расширены, а сам он дрожит, сжимая в тонких изящных пальцах густую траву.       Казалось бы, всё-то в нём хорошо. Только характер невыносимо трудный.       Арата опускает взгляд чуть ниже, на пухлые бледные губы, дрожащие то ли от страха, то ли от волнения. Округлый подбородок, потом тонкая лебединая шея. Четыре пуговицы на белой рубашке расстёгнуты, открывая вид на его хрупкие выпирающие ключицы. От него пахнет слишком приятно и притягательно, чем-то сладким, цветочным и… женским. Арата наклоняется ещё ниже, чтобы ощутить этот запах сильнее, но не замечает, как при этом чуть ли не касается губами чувствительной прохладной кожи. Хикару издаёт рваный выдох и шумно сглатывает. Облизывает мягкие губы, сразу отрывая застенчивый взгляд в сторону. Румянец на щеках вспыхивает ярче. Кажется, что в образовавшейся между ними тишине, Арата слышит, как бьётся его сердце.       Они ещё не были так близки. Хикару всегда держал между ними дистанцию сильнее, чем с остальными, и Арата считал, что проблема именно в нём. Но теперь он понимает, что на самом деле его чувства взаимны.       Он не отказывает себе в удовольствии коснуться губами его шеи, от чего Хикару плотно зажмурился и вздрогнул. Пальцы ещё сильнее сжимают и до того измятую траву. Арата проводит дорожку из поцелуев до последней пуговицы и уже там оставляет красный след, с наслаждением посасывая нежную кожу.       Он до сих пор молчит… В обычной обстановке, Хикару бы давно смерил гордым взглядом, уже только этим давая понять, что ни во что его не ставит. Скажет какую-нибудь язвительную фразочку и сразу же уйдёт заниматься более «важными» делами. (Арата заметил, что со временем Хикару перестал всё свободное и несвободное время уделять учёбе.)       Он быстро целует обнажённые ключицы, опасаясь, что Хикару снова сбежит. Однако он замирает от удивления, когда слышит тихие смешки.       Кажется, это первый раз, когда Хикару смеётся искренне…       Арата не в силах в это поверить. Блондин поворачивает голову в сторону, не желая, чтобы он в этот момент видел его лицо. Тогда Арата повторяет свои действия снова, только более чувственно и нежно, не понимая, почему внутри него всё пылает, а сердце бешено колотится всего лишь от того, что Хикару нравится…       Как трудно сделать так, чтобы ему было приятно… Это было всего один раз, когда Арата добровольно отстал от него с разговорами, занимаясь подготовкой к контрольной работе.       — Щекотно! — Наконец говорит Хикару, отрывая руки от травы, чтобы положить их на плечи Араты. Он снова хихикает и старается выбраться, только делает это не так уж и желанно. — Перестань!       Такой Хикару нравится Арате куда больше, чем тот, кого он выставляет из себя ежедневно. Весёлый, яркий, такой удивительно родной и беспечный. От ласкового взгляда голубых глаз бегут приятные мурашки, а в животе вспорхнули тысячи бабочек. Хикару бывает таким очень редко…       А когда слышится звонок, призывающий на урок, Арата не хочет отпускать его. Всё снова будет, как раньше. Снова эти гордые, хмурые взгляды, дистанция в два метра и никаких раздражающих его разговоров. Кажется, что Хикару себя таким ему больше никогда не покажет.       — Давай прогуляем, Хикару? — Он сам не понимает, что сподвигло его сказать это. Они ведь не могут так поступить. И как отчаянно и жалко прозвучала эта фраза. Арата прячет лицо в изгибе шеи, умоляя его остаться. Однако знает, что блондин между ним и уроками всегда выберет второе. Но всё равно повторяет шёпотом. — Давай…останемся?       Хикару промолчал. Задумчивый взгляд ускользает на небо, задерживаясь там на несколько минут. Они не могут прогулять, так как потом им обоим сильно влетит не только от Мито сенсей, но и от того учителя, чей урок они прогуляли. Гнев Рейны на себе проверять никто не решался. Однако Хикару произносит следующую фразу так, словно Арата ему просто прогуляться до кафе «Ласточка» предложил:       — Давай.       Кажется, о Хошихаре он многого не знает…       Снова этот ласковый взгляд. Хикару осторожно прикладывает холодную ладонь к его щеке, медленно поглаживая, словно всё ещё боится притрагиваться к нему. Чуть приподнимается, чтобы мягко поцеловать в губы. Арата наглеет — опрокидывает обратно на прохладную траву, отвечая на поцелуй, теперь не боясь за свою нежность быть осуждённым. Устраивается между его ног и ложится сверху, получая в губы резкий выдох, но Хикару не против.       Ещё несколько минут глубоких, смелых, намекающих поцелуев, во время которых Арате кажется, что он в любой момент мог расплавится, как мороженое под этими касаниями по плечам и спине. Хикару постоянно издаёт приятные охи, от которых мурашки постепенно переходят вниз живота. Потом Арата отстраняется от него, любуясь расслабленным лицом, алыми от поцелуев губами и весёлыми искорками в его голубых глазах. Он больше не боится, что Хикару уйдёт. Может трогать везде, где захочет, может снова целовать его пухлые губы. Теперь даже в академии сможет подойти и крепко обнять, поддавшись нахлынувшим чувствам.       Раздаются неторопливые шаги. Они сразу же поднимаются с мягком измятой травы, хватают вещи и, взявшись за руки, убегают к выходу с территории академии.       Арата поправляет воротник пиджака — теперь и пиджак, и рубашка пропахли Хикару…