о хентае, смятых простынях и безмерной любви

денис улыбается в экран, поправляя свои непослушные светлые волосы. спустя несколько тревожных и тяжёлых предсессионных дней, он наконец, снова видит это кривоватое, но такое любимое лицо мазеллова, с которым тогда просто не было времени даже для короткого созвона. — привет, илюха! так рад тебя видеть, что даже очки специально решил не надевать, мало ли снова испугаюсь, увидев твою рожу. — и тебе привет, дениска. как там твоя мама? не сгнила ещё случайно, с таким-то сыночком? у них такие речи что-то вроде признания в любви и верности. и конечно же, никто на них никогда не обижался, наоборот, но ответить для поддержания правильного диалога надо обязательно. — никак нет, у неё всё хорошо, я слежу, чтобы такие уёбища как ты даже на миллиметр не приближались к ней. на самом деле, коломиец сейчас даже не хочет паясничать с ильёй, хотя обычно каждый вечер в дискорде у них проходил за такими высокоинтеллектуальными беседами, и никто не был против. просто сегодня у него совсем другие планы, но прямо с самого начала, пожалуй, говорить об этом было бы странно, надо хорошо накалить обстановку, чтобы быть готовым и разогретым. однако, в глубине души денис на все сто уверен, что илья ничего против иметь не будет и так париться об этом — достаточно глупое занятие. за игрой в кс проходит почти час, в конце концов, уже поднадоело, всё-таки каждый раз одно и тоже. оба это поняли, но будто никто никак не хочет заканчивать. почти. — а знаешь, что я придумал? — орёт в микрофон на последнем слове — соседи уже наверняка привыкли, что чуть ли не каждый вечер из квартиры коломийцев издаются непонятные агрессивные вскрики, — и стукает по столу, сжимая пальцами левой руки деревянную столешницу, пока правая рука курсором кликает на заранее заготовленную вкладку. — ну-у, мы с тобой сегодня будем смотреть аниме... — ловит непонятливый взгляд зелёных глаз ильи, и вдруг эта затея начинает казаться по-настоящему хуёвой. почему так всегда? уверенно что-то собираешься сделать, но в конце это чувство полной решительности подрывается, и ощущаешь себя идиотом. — бля, ты серьёзно? то есть, мы сейчас будем ещё дохуя минут сидеть как два долбоёба и смотреть мультик? — боже, да дослушай сначала, еблана кусок. это не обычное аниме, которые ты мог себе там представить, а порнуха. вот... да. воцаряется тишина. за это время денис успел прокрутить в голове около ста вариантов дальнейшего развития событий, хотя, блять, ещё до начала стрима он убеждал себя, что просмотр хентая с другом — абсолютно нормальная вещь и не стоит так нервничать. даже если в этом действии денис хочет выразить нечто другое, что по-другому ему было бы сложно сделать. да, это скорее всего очень тупо и совсем нетипично — кидать намеки на свои чувства человеку, который мало того далеко от тебя, ещё и за просмотром какого-то второсортного нарисованного порно, но... есть в этом какая-то оригинальность. к облегчению коломийца, нить напряжения первым надумывает разорвать илья: — хах, да наш мальчик вырос что ли? что же будет дальше, станешь спать без включённого света или решишь свой хуй первый раз передёрнуть? денис коротко усмехается и громко посылает этого шутника ебливого на хуй, по разгорячённым щекам ненадолго расползается розоватый румянец. по правде, он впервые наткнулся на сайт с этим жанром ещё несколько месяцев назад, и с тех пор хентай стал одним из его увлечений. нет-нет, ден не был каким-нибудь гиперсексуалом, просто именно такой вид порнографии заинтересовал его сильнее всех прочих. — да чё ты ломаешься, боже, стесняешься что ли, ха-ха, не думал, что ты мне откажешь, — говорит денис, замечая, что илья сидит, пребывая в задумчивости, очевидно, размышляя, что бы ещё ответить. — на слабо значит взял, да? что ж, мне так-то похуй, я ведь не пубертатный школьник-девственник в отличие от тебя, так что давай, включай свою анимешную еблю, дениска, — злорадно улыбнувшись, констатировал коряков. включает. но перед этим проходит еще пара десятков секунд, пока денис выбирает что-то цепляющее среди кучи почти одинаковых картинок, как будто они так важны и могут показать всю суть в одном лишь своим видом. и мазеллову уже начинает казаться, будто тот передумал или вовсе напиздел ему, но когда на экране наконец подрубается заставка с японскими иероглифами, и становится слышен голос актера озвучки, всё встаёт на свои места. после первых минут не очень понятного сюжета (илья, честно сказать, уже подустал и витает в своих облаках) и таких же непонятных персонажей, из которых сразу выделяется миловидная грудастая девушка со светло-розовыми волосами, заплетёнными в два хвоста по бокам головы и неестественно бледной кожей, как и смазливый парень, что случайным образом постоянно оказывается рядом с ней. конечно, наблюдая на протяжение всей видеоленты всевозможные тошнотворные клише, всё начинает бесить уже сразу, начиная от нереалистичной анатомии и довольно противного вида ебли, больше похожей на изнасилование, заканчивая не совсем адекватными диалогами и сценами. главное, что илья никогда не задумывался о вреде сексизма или объективизации женщин, но здесь будто бы иной случай, не просто же так ему стало мерзко при просмотре? нет, это точно не то, что он бы мечтал попробовать в реальности. на экране — жестокость и грубые действия со стороны парня. а коряков не такой, хотя, судя по его поведению остроумие и осторожность явно были не его главными качествами. но он бы всё равно всегда спрашивал о комфорте человека, уважал его личность, настоящие чувства важнее «красивой» картинки. — знаешь... я бы очень хотел повторить это с тобой. и чтобы на месте той девки был я, — денис отрывается от происходящего на своём мониторе, где всё ещё тот же самый смазливый двухмерный мальчик трахает бледненькую двухмерную девчонку с формами. — эй, ты слышишь? говорит абсолютно спокойно, непринужденно улыбаясь в камеру, вроде ничего необычного, но горящие возбуждённые глаза выдают всё его напряжение и мысли, что отражаются бегущей строкой в воздухе. илья мгновенно выходит из своего потока противоречивых размышлений, находясь в замешательстве: сарказм или нет? пф-ф, да конечно сарказм, кто вообще будет прямо в лоб говорить правду о своих сексуальных желаниях друзьям, к тому же, коряков слишком хорошо знает дениса, и тот точно не из тех, кто может высказывать что-то такое тайное, личное и постыдное, да он сразу весь покраснеет и начнёт запинаться, такой вот человек. или лучше порофлит с серьёзным ебальником, а потом поржёт с реакции. именно так, по мнению ильи, сейчас и происходит. но от изображения вебки парня на мониторе до сих пор ни звука. и лицо у него какое-то слишком... смущённое (как и всегда), сидит, затягивается арбузной электронкой. — хах, да ты прям мои мысли читаешь. жди, сладкий, я обязательно сейчас же куплю билет на ближайший самолёт и прямо с порога твоей квартиры разложу тебя на полу, — тараторит коряков, ухмыляясь в своей привычной манере. — я ведь ни капли не шучу, — уверенно толкает денис, наблюдая за реакцией корякова. — хотя, так даже ещё лучше, хе-хе. буду ждать, адрес ты знаешь. и многообещающе выходит с сервера, оставляя илью в недоумении. получилось всё как и планировалось: заинтриговал и удалился. только эта речь — «разложу тебя на полу» — всяко была необдуманна, но это было вполне ожидаемо. единственный нюанс — как теперь смотреть илье в глаза? избегать и игнорировать не хочется от слова совсем, но что, если своим поступком он наоборот оттолкнёт его? чёрт, это развитие событий тоже было немного не рассмотрено. теперь придётся только ждать какой-либо ответной реакции, даже если она проявится в обыденном «ку, го во что-нибудь поиграем».                                   *** «я уже в питере, скоро буду» «надеюсь, мамочка с папочкой не дома, иначе нам придётся пойти в подъезд» «и не забудь помыть жопу» каково же было удивление дениса, когда спустя два дня после того последнего разговора с ильёй, первые сообщения, что он заметил спросонья, были вот эти весьма интересные послания от корякова. неужели реально приехал? только вот зачем так подрываться, не собирается же он в самом деле его трахать, верно? с другой стороны, почему бы и не приехать просто повидаться, постримить вместе, они же не чужие друг другу, зачем везде искать скрытый смысл? а если он вообще приехал сюда по делам и решил просто заскочить ненадолго к денису? почему-то этот вариант был исключен из головы. в любом случае, если к нему сейчас заявится мазеллов, то нужно устроить ему тёплый приём; дома было достаточно убрано, поэтому, всё, что сделал денис — поставил чайник и умылся. он хотел уже было заказать доставку какой-нибудь еды, но зазвонил домофон. — здарова. — проходи. ты надолго? денис захлопнул дверь за гостем, отмечая, что тот пришёл с довольно набитым рюкзаком. после того вечера какая-то доля смущения и волнения всё ещё таилась в грудине дениса, становилось неловко перед ильёй, и вся та былая лёгкость — когда разговоры лились сами по себе, потому что было комфортно, — вмиг испарилась. от этого стало как-то горько на душе, но кажется, что корякову похуй. скорее всего, для него тот момент вообще не имел никакого значения. — возможно, а чего интересуешься? уже так не терпится меня выгнать? — спрашивает илья, стягивая с себя кроссовки. — не-ет, сначала я, как и обещал, разложу тебя на полу, — пройдя на кухню, он сразу захватил себе печеньку, что сейчас с хрустом жевал. — ну, можно и не на полу, как ты вообще хочешь? мягко или грубо? могу тебя связать, только вот верёвок нет. — блять, погоди, что? ты уже как-то далеко зашёл, не надо никаких верёвок, боже, я не собираюсь с тобой ебаться! коломиец стоял в смятении и чтобы не показывать это, отвернулся от ильи в сторону кухонного гарнитура и стал демонстративно заваривать себе чай. коряков же просто шутит, но тогда почему у него такая реакция на эти шутки? хотя... он, конечно, не мечтал о том, чтобы тот прямо «разложил» его, но на подкорке сознания всё же много думал о подобном. ебаные чувства к ебаному мазеллову с ним живут уже точно не один месяц, и за всё время он никогда даже не надеялся, что они когда-то смогут оказаться взаимными. нет, лучше бы он вообще никогда не знакомился с ильёй — слишком уж немыслимые вещи он делает с сердцем, какие ещё никто не мог сотворить. — постой, реально? тогда мне казалось, что ты этого хотел. такой серьёзный сидел. я ведь, честно, поэтому и приехал, — удивляется илья, но потом становится заметно, что лицо его помрачнело, стало не таким воодушевлённым, как пару секунд назад. да не может такого быть! коряков ведь не такой мастер постиронии, чтобы настолько правдоподобно шутить. денис тревожно усмехается, хотя в душе ему совсем не до смеха: и что теперь на это отвечать? сказать правду, что, да, он действительно хотел? но тогда придётся разъясняться почему, а так и сразу можно признаться, что нравится он ему пиздец как, и что желание поебаться с ним нет-нет, но иногда проскальзывает в голове. бред, только дружбу испортит, когда она у них и так шаткая и местами поломанная. коломиец опускает голову на стол, закрывая лицо своими волосами. точно как детёныш животного, маленький и глупенький, чтобы правильно защищаться от хищников. только здесь кроме них двоих больше никого нет, и в данный момент единственный враг для дениса — он сам, а вместо острых когтей и клыков разъярённого тигра, которые собираются вонзиться и разорвать в клочья мягкую оболочку его принципов — собственные мысли. — всё норм? ты просто долго молчишь. — да, наверное. а чё мне говорить-то? — денис лениво поднимает голову, стараясь не смотреть на илью. — ну, поздравляю, ты не ошибся, когда приехал ко мне. кажется, моральные устои проиграли. наверное, ему ещё никогда не было настолько страшно признаваться в чём-то, даже избегая тот случай, когда спалили за списыванием на огэ. нет, ну это вообще другое. ведь в тот день каким-то чудом ему разрешили пересдать, а сейчас другого шанса на исправление не будет. — чё? ты можешь говорить не так завуалированно, я вообще нихуя не понял, типа, что значит «не ошибся, когда приехал ко мне»? я мог что ли к кому-то другому приехать, когда писал именно тебе сообщения, что еду к тебе, блять! — во-первых, не бесись, а во-вторых... ты ещё реально не понял? — вздыхает денис, наконец, осмелившись поднять взгляд на илью, что сейчас удивленно сдвинул свои густые брови к переносице, проговорив тихое «что?». — нравишься ты мне, вот что. и я хочу, чтобы ты меня выебал. коряков сидит в растерянности, пока зрачки судорожно бегают по различным предметам на кухне и в конце концов зацепляются за кружку уже остывшего чая. сладковатый травяной вкус тёплого напитка освежает горло, илья разминает дрожащие пальцы, обдумывая, что только что произошло. — хорошо. как я понял, мы, очевидно, друг другу нравимся, причём не как друзья, так что... блять, нахуй я это говорю, давай уже потрахаемся что ли, а всё остальное потом, — неспокойно толкает денис. нервничает, кусает губу, теребя руками край скатерти. поверить в то, что сказал денис сложно. даже невозможно, корякову кажется, что всё не по-настоящему, или что это какой-то осознанный сон, потому что за долгое время их общения они никогда не говорили о чём-то серьёзном, действительно важном, касаемо их отношений, например, поскольку с первого знакомства взаимная симпатия так и преследовала каждого, и сейчас это просто ощущается как что-то нереальное. илья в очередной раз за последние полчаса уходит в себя, однако из-за нервов механизм мозга будто отказывается продуктивно работать, сбоит, мысли путаются друг с другом, и приходится выдвигать немного необдуманное решение: — и... вот так сразу что ли? ты понимаешь, какая это ответственность?... но, конечно, если тебе так похуй, то тогда мне просто нужно услышать от тебя полное согласие: ты точно готов? — да, блять, я готов. и я в этом уверен. может, тебе ещё документ подписать, чтобы и ты тоже был полностью уверен во мне? а в себе-то ты сам вообще уверен или просто одолжение делаешь, и на самом деле тебе меня тупо жаль? денис сам не понимает, насколько ошибается; он тоже привык, что коряков на самом деле любит делать что-то в выгоду другим людям, слабохарактерный чутка, хотя на твиче он небрежный, инфантильный, сильно разговорчивый, может даже моментами непостоянный, но когда стрим оффается — весь его клоунский облик слезает с лица, он сразу становится спокойным и не особо разговорчивым. — да чё ты несёшь, боже, успокойся, я всё понял, — илья встаёт из-за стола, подходит к денису, начиная перебирать руками чужие мягкие волосы платинового оттенка. — просто, понимаешь, всё должно быть по-обоюдному, а ты всё-таки младше меня, неопытный к тому же... — заканчивай, бля, ты слишком сильно паришься о мелочах, меня никто не принуждал, я сам этого захотел, ясно? — денис резко встаёт со стула и коряков кивает головой в ответ на его вопрос. — хорошо. тогда я... в душ? — иди уже, давно пора.                                    *** выйдя из ванной, денис поплёлся в свою комнату, где на компьютерном кресле сидел илья, уткнувшись в телефон. — а ты чё ещё одетый? — а-а... тебя ждал, — коряков выключил телефон, приковывая свой заинтересованный взгляд на полуголого парня, на бёдрах которого висело белое махровое полотенце. его немного пугало, с какой легкомысленностью коломиец подходит к этому делу, будто они просто вместе делают какую-то школьную презентацию, в то время как илья сидит весь на иголках и боится сделать или сказать что-то не то. — ну... может, уже поцелуемся? — спрашивает ден, почти вплотную подходя к илье так, что на того начинают падать холодные капли с чужого тела. — не задавай глупых вопросов. коряков целует очень аккуратно и скромно, пока даже без языка, просто обхватывает своими губами чужие, такие мягкие и податливые, облизывается, обнимая дениса за шею. илья никогда так охуенно не целовался и не испытывал настолько ярких ощущений от этого занятия, хотя сам знает, что денис по его рассказам вообще никогда не делал этого, но тут всё максимально ясно: просто все люди были не те, неподходящие, не такие, как денис, потому что денис особенный: не выёбывается, с отличным характером и чувством юмора, его глухой, но тем не менее чем-то привлекающий смех мазеллов точно выделил среди всех прочих, да и с самого первого знакомства он ощущал себя в своей тарелке с денисом, безо всяких объяснений и аргументов, просто комфортно и всё тут. коломиец поддаётся вперед, отвечает на поцелуй, закусывает губы — сам не знает зачем, просто многие поступают так же. довольно странные ощущения, мокро очень, но ему нравится. сейчас это кажется таким интимным моментом, наверное потому что в первый раз, но, опять же, не столько интимно, сколько запредельно и окрыляюще, что все органы внутри взлетают со своих законных мест, как в состоянии невесомости. всё потому, что он сейчас целует мазеллова, с которым они всегда только шутили шутки и максимум спали в одной кровати, а на деле вот как сложилось. от различных бурлящих внутри эмоций, кнопка «старт» в голове загорается ярким зелёным цветом, и денис валит корякова на кровать, начиная оставлять на шее еле заметные отпечатки губ, параллельно снимая с него элементы одежды. — я сейчас, подожди, — кидает илья, вставая с постели, направляясь к столу, на котором стоят заготовленные упаковки смазки и презервативов. снова вовлекает в поцелуй, что в этот раз получается более отчаянный, властный, требующий чего-то более, поэтому коряков не медлит, стягивая полотенце с тела, и с осторожностью вводит один палец, затем добавляет второй, слыша громкие тяжёлые вздохи рядом с собой. — не сдерживайся, пожалуйста, если будет больно — говори. готов? — предупреждает илья, и замечая кивок светлой макушки дениса, вытаскивает пальцы и смазывает член обильным количеством смазки. — бля-ять, да давай уже, семпай хуев... входит так же аккуратно, медленно, как и вначале, старается, чтобы было как можно приятнее, оставляет поцелуи по всему лицу дениса, пока тот еле слышно мычит. и всё-таки, не думал он, что илья с такой заботой будет к нему относиться, они ведь даже почти ничего не обговаривали заранее. от этого улыбка невольно выскакивает на губах, пока ден настраивает себя на лучшее. он однозначно вынесет все первые тягостные мгновения, потом ведь должно быть приятно. коломиец прекрасно знал, что вначале всегда болезненно, но по ощущениям ему просто некомфортно, но никак не больно, терпимо, тем более, что прошло всего пару секунд. следующий толчок становится завязкой: в этот момент коряков задевает чувствительную точку, из-за чего денис издаёт высокий вскрик и тихо матерится себе под нос, сминая пальцами простынь под собой — настолько сейчас прекрасно себя чувствует, что готов разорваться на части или провалиться куда-то в матрас от всплеска своих разнообразных эмоций. илья, ощущая то же самое, почти ложится на него, чтобы в очередной раз поцеловать и сжать в своих руках руки дениса. эта ситуация настолько сближает, что ден готов сойти с ума просто от того, насколько илья нежен с ним. у него никогда не было отношений, только дружба, но даже его прежние друзья и близко не были так предусмотрительны к нему, как мазеллов, что уж тут говорить про взаимопонимание и эмпатию, к нему часто относились как к одноразовому, хотя сам он готов был надолго хранить общение, чего другие явно не разделяли с ним. — сука-а, блять, я скоро... всё... в момент оргазма все моменты, проведённые с коряковым, проносятся ярким диафильмом в голове, он зажмуривает глаза, кажется, что это просто незабываемо, так хорошо ему не было ещё никогда, даже от тех оргазмов, когда он сам себе дрочил. илья, испытывая подобные чувства, кончает незадолго после него и ложится рядом с ним, чмокая в губы.                                   *** простояв в аэропорту ещё одну тяжёлую минуту, денис уже не пытается сдерживать слезы. одна слезинка быстро утекает по бледной щеке, но коряков молниеносно реагирует и стирает её своей ладонью, затем зацеловывая мокрый солёный след. — ну, чего ты, ещё сто раз увидимся, я как только освобожусь — сразу приеду, ага? слова почти не утешают. это расставание даётся как никогда тяжело, но в этот раз прощаться гораздо труднее, чем во все предыдущие, когда илья уезжал обратно к себе. а сейчас кажется, будто он отпускает его навсегда. коломиец держит его тело в своих объятиях, прижимаясь головой к груди корякова. он ниже дениса, поэтому сделать это достаточно проблематично. в горле стоит тяжёлый ком небывалого веса, и паранойя окутывает с ног до головы, будто они действительно больше никогда не встретятся. никто из них не задерживает эту мысль на подольше, ибо объявляют посадку на нужный рейс. единственное, что сейчас делает илья перед отлётом — горячо целует дениса как в последний раз, после чего сразу вместе с остальными будущими пассажирами выходит на улицу, где ждёт автобус. сейчас, что илья смотрит в иллюминатор, в котором с высоты сотен метров видны сияющие огни города, что денис, который едет в такси и наблюдает, как дождь заполоняет всё пространство питерских улиц — оба знают, что это не конец, а за днями томительного ожидания новая встреча всё равно когда-нибудь наступит.