Лови момент

       — О боже, ты просто ужасный работник! От тебя нет никакой пользы! Ты уволен, видеть тебя не хочу! — девушка, явно разгневанная очередной оплошностью работника и уже порядком подзаебавшаяся, срывалась на крики, временами похрипывая. «Уволили». Признаться честно, если бы Такемичи сказали, что его уволили в очередной раз, то он бы даже не удивился. ему не привыкать. однако это не помешало Ханагаки грустно вздохнуть от досады и протянуть форму. девушка на пышно фыркнула, почти что вырывая ее с рук того и, надув щеки пуще некуда, ушла в подсобку. ханагаки взглянул на захлопнувшуюся дверь и помещение в последний раз. опечаленный взгляд бродил всюду, пока не остановился на выходе. «Там мне самое место». конечно, такемичи не принимал её слова близко к сердцу, он знал, что бесполезен. Парень поднял свой усталый взгляд на небо. На нём стали собираться хмурые тучи.        — Дождь что ли будет? — предположил он. — Чёрт, я зонтик не взял. Здания многоэтажек сегодня казались более тёмными и невзрачными чем обычно. А девушка, что ранее его уволила, продолжала с ненавистью смотреть на него. Он в смятении опустил голову и поплёлся куда глаза глядят. На улицах было пусто. Ни одной души. Где-то неподалёку можно было услышать звуки пролетающих машин. Голубые глаза пронзительно всматривались в каждый тёмный уголок. В надежде, что там окажется хоть кто-то. Но, как бы то ни было, брюнет никого не увидел.        — Может, зайти к братьям Кавата? — спросил сам у себя Такемичи, при этом останавливаясь посреди дороги. Крупная капля упала ему прямо на нос. Подняв голову, Мичи почувствовал влагу на лице. Дождь всё же пошёл. Парень подытожил, что, всё-таки, пойдёт в лапшчную к Кавата. Тоесть, побежит. Пока Ханагаки бежал, он пытался кое-как прикрыться ветровкой. Что не очень выходило. Спустя некоторое время парень прибыл на место. Он встал под небольшую крышу. Поправил рукой мокрые волосы. Он глубоко вздохнул и вошёл внутрь раменой.        — И снова привет, Кавата, — поздоровался он, попутно снимая промокшую насквозь ветровку. Его дружно поприветствовали близнецы. Ханагаки уже не единожды приходил в эту лапшичную. И оба парня были рады ему. Такемичи подошёл к столику и присел. Внутри было довольно уютно. В воздухе витал приятных запах рамена. К нему подскочил Соя.        — Тебе как обычно? — голубоглазый кивнул с улыбкой. Младший тоже попытался улыбнуться, было мило наблюдать за такой редкой сценой. Нахоя упоминал, что его брат даже при нём практически не улыбается. И, что Мичи редкий везучий. Но тот лишь отнекивался. Ему было неловко получать такие слова в свой адрес. Можно было услышать звуки готовки, это расслабляло. Особенно голоса братьев. У Нахои он такой весёлый и грубый одновременно, как и сам носитель голоса. А его улыбка, что не сходит с лица. Она всегда завораживала Ханагаки. У Сои же всё наоборот. Его голос спокойный, мягкий. Хоть на первый вид и не скажешь, но голубоволосый очень застенчивый. Как иногда выражается брюнет, просто Милашка. За что изредка получал оплеуху от старшего Кавато. А вот и рамен. Такемичи облизнул губы. Перед ним поставили две тарелки рамена. Обычно, Ханагаки заказывает одну порцию, сладкую, у Сои, и одну острую, у Нахои. Пожелав приятного аппетита, он взял в руки палочки. Первая миска с лапшой оказалась от Нахои. Большинство не переносят остроту данного рамена. Но только не Мичи. Он уже привык. И сейчас ему казалось, что лапша не особо таки и острая. Доев порцию, он повернулся к старшему Кавато.        — Нахоя-Кун, ты сдаёшь обороты, не достаточно остро. Лицо персиковолосого слегка исказилось. И даже его вечная улыбка немного дрогнула. Мичи мог с точностью сказать: «На его физиономии написано: «Врёшь! Ну ничего, я тебё ещё покажу». Отставив пустую миску, под пристальным взглядом Нахои, он принялся за оставшуюся. И без того можно понять, что это рамен Сои. Брюнет с особой аккуратность взял палочками лапшу и положил в рот. Не слишком приторно, но и не безвкусно. Парень очень хорошо постарался. От приятного вкуса Мичи готов был закатить глаза но воздержался. Просто прикрыл глаза, с сопутствием мычания. Кавато не успели и моргнуть, как миска с лапшой Сои оказалась пуста.        — Соя-Кун, твой рамен замечателен! Ты хорошо постарался, — радостно вскрикнул Ханагаки, легонько хлопая себе по животу. Младший покраснел и опустил голову вниз. Нахоя я же ревниво зыркнул на брюнета.        — Так, всё, прекратите. Время оплатить счёт, — неожиданно напомнил о себе персиковолосый. Назвав уже вызубреную за долгое время цену их рамена, они выжидали получения денег. Такемичи потянулся к карману брюк за кошельком. Но, там ничего не оказалось. В другом кармане тоже. Голубоглазый нервно сглотнул и встав из-за стола, сказал:        — Похоже деньги в ветровке. Я пойду посмотрю.

***

Блять… Их там тоже не оказалось. Он хотел стукнуться головой о стенку. Но передумал. Мало ли, что там подумают Кавата. Он вернулся, сел за стул и откинул голову назад, прикрывая глаза тыльной стороной руки.        — Простите, ребята. Я кажеться снова забыл деньги. Можно ли записать в долг? Я верну. Кавата опешили. Опять? Они переглянулись и кивнули друг другу. Нахоя подошёл к стулу на котором сидел Мичи. Он находился около угла стены. Старший с грубостью прижал должника к стенке. Его нога разместилась около паха Ханагаки. — Слушай, Такемичи-Тян, это уже не первый случай, когда ты забываешь деньги. На твоём долговом считу накопилась довольно-таки крупная сумма. Ну думаешь, что пора бы вернуть добрую половину? Или ещё лучше, всё. — в грубой форме говорил Кавато. Под конец, он наклонился к уху Ханагаки, от чего он вздрогнул. Парень не понимал что происходит.        — Знаешь, у меня. Нет. У нас есть к тебе щедрое предложение. С другой подошёл Соя. Он тоже наклонился к уху должника. По телу Мичи прошла волна мурашек.        — Давай, ты отплатишь нам своим телом? Блять. Вот это прямолинейность. Соя, милашка извращенец?) Такемичи икнул от неожиданности. Он был в шоке. Персиковолосый взял Ханагаки за подбородок и приблизился к его лицу, целуя. Он настырно сминал, сосал его мягкие и сладкие губки. Он дразня просовывал язык внутрь, сразу же убирая. Изредка проходил по нёбу брюнета, вызывая томный стон. И принимал его ласками по телу. В это время Злюка целовал его шею, оставлял засосы, кусал и зализывал укусы. Эти махинации тоже вызывали стоны у Мичи. Голубоволосый парень постепенно подымался вверх по изгибу шеи. Он укусил мочку уха, отстраняясь и дыша прямо внутрь. Бывший Томовец вздрогнул немного прогибаясь в спине. Сказать честно. Ханагаки уже возбудился и старался скрыть это всеми возможными способами в данной ситуации. От этого парень чувствовал себя немного паршиво. Но такое внимание со стороны близнецов ему льстило. Оба Кавато одновременно отстранились от предмета тайной любви.        — Ханагаки, твой долг был аннулирован только что, — вытирая рот проговорил Нахоя.        — Ох, Такемичи-Кун, ты возбудился, — заметил Соя. Брюнет мгновенно покраснел и попытался скрыть стояк. Но ему помешал Улыбашка.        — Не спеши, Такемичи-Кун, мы тебе поможем, — бархатистый голос старшего Кавато мигом оказался около его уха. Ханагаки невольно представил их «помощь». Лицо стало багровым от смущения и неловкости. Он закрыл глаза, получая удовольствие, когда его снова начали целовать. Люблю ООС