Операция: джунгли

Мили тянулись нескончаемо. Руки онемели под тяжестью автомата, и Дирк, не выдержав, надел ремень на плечо. Путь отнял у них много сил: даже болтун Брэйди, так раздражавший своими низкорейтинговыми шутками, сейчас не произносил ни слова, издавая лишь ритмичное сопение. Амуниция уже насквозь промокла; с тех пор, как они пошли по болоту, ноги то и дело пробивала судорога – Дирк подумал, что наверняка схватил обморожение и ему еще долго придется восстанавливаться. Впрочем, после такого дерьма он точно уволится и времени на восстановление у него будет хоть отбавляй. Впереди ничего не было видно: туман клубился над водой и застилал им дорогу, идти приходилось почти наощупь. Поначалу Дирка напрягало отсутствие видимости, но спустя пару миль он, можно сказать, почти привык, и сейчас шел как по знакомой местности: ориентируясь на звуки и температуру. Он потерял счет времени, минуты сменились на шаги и выдохи, часы – на количество сцен из жизни, которые память угодливо подбрасывала ему вместо развлечения. На работе Дирку не приходилось много думать: мысли вытесняла стрельба; но теперь он остался наедине с собой, не считая, конечно, Брэйди; но тот тоже, казалось, погрузился в себя. Когда Дирку сказали, что их отряд отправляют куда-то вглубь Амазонии, он даже бровью не повел. Куда только не посылали на операции, чего не повидали за период службы: поэтому одним джунглями больше, одними меньше – плевать. Кто считает этих несчастных аборигенов, которые сидят на золотоносной нефтяной полянке и мешают денежным мешкам срывать эдемские плоды? Пару дней чистки – и те, кто наверху, довольны, а солдаты могут провести время с семьей, если у кого-то она есть. У Дирка вот не было. В этот раз все началось как обычная операция: отстрелили пол деревни, половину погнали в джунгли и там по одному приканчивали – казалось бы, операция была обречена на успех. Но паре проворных аборигенов все-таки удалось вырваться вперед, и пришлось преследовать. Тут-то все и закрутилось. Всего в отряде их было пятеро – не слишком мало, не слишком много: команда двигается относительно быстро, без задержек, и в то же время в случае атаки ее достаточно, чтобы отбиться. Они продвигались вглубь джунглей в полном обмундировании, с автоматами наперевес, несмотря на невыносимую жару и непродыхаемую влажность. Отпускали шуточки, что будут делать, когда замочат наконец этих двух амазонских тараканов и вернутся домой. Уже представляли, как холодное пиво льется в горло, а горячие стриптизерши танцуют у них на коленях. Прошло два дня, и жара сморила окончательно. Решили все же сделать остановку и поспать. Разожгли костер, пожарили какую-то слишком громкую птицу, разложили палатки. Перед сном Майку по прозвищу «Кекс» (почему его так прозвали, сейчас наверняка и не вспомнить) приспичило отлить. Разделявший с ним одну палатку Джимми Колотун (а тут Дирк помнил, что того прозвали Колотуном из-за его особенности: когда он стрелял, зубы у него стучали, как на сильном холоде) уснул, не дождавшись товарища. Правда, на утро, не обнаружив Джимми на мирно сопящего рядом, ни сидящим у кострища, и вообще нигде, он был сильно встревожен. Его волнение передалось всей команде, и только имбецил Брэйди, хрюкнув от своей предстоящей шутки, предположил, что Майка, поди, змея за хер укусила. Отряд заявления не оценил, тем более что в джунглях это вполне могло оказаться правдой. Коллективно было принято решение не ждать его и идти дальше: в конце концов, каждого солдата учили выживать в экстремальных условиях. Скорее всего, Кекс, окончательно добитый жарой, просто уснул где-то и догонит их по следам. Ну а если нет, то через три дня за ними должен был прилететь вертолет, и Майк мог добраться до обозначенного места. Но когда после следующей ночлежки отряд проснулся без Джимми Колотуна, уверенности как ни бывало. Дирк и последний их товарищ – Картер – только мрачно переглядывались, не решаясь высказать свои догадки. Только Брэйди, уже не столь весело, пробормотал, что они тут не в «мафию» играют, и шутникам Майку и Джимми пора бы уже выйти из леса. Но Дирк понимал, что ребята уже ниоткуда не выйдут. Неизвестность и страх подгоняли оставшуюся троицу. Они зашли слишком глубоко в джунгли, но след от двух беглецов пропал. Если до этого команда замечала то смятые листья, то перья от одежды, вот уже день как любые признаки нахождения аборигенов на одном полушарии с отрядом исчезли. Картер предложил бросить этих двух – все равно от деревни остался только пепел – и возвращаться к месту забора. Дирк и Брэйди охотно его поддержали. Все бы неплохо, да только карта была у Майка, и последние дни они шли по следам, увлеченные азартом погони. Как только разум остыл, они оказались наедине с неизбежным осознанием: они потерялись посреди этого зеленого ада. Мало им было опасностей вроде возможности подхватить лихорадку, или быть укушенными, или поцарапаться о какую-нибудь ядовитую хрень, к которым они, в общем-то привыкли, – теперь их жизнь на волоске. И даже неизвестно, что стало причиной этому. Дирк хорошо помнил свой ужас, когда эта причина стал известной. Они шли предположительно обратным путем и сделали привал. Пока Дирк и Брэйди обустраивали место, Картер вызвался пойти за розжигом. Но не прошло и пяти минут спустя его захода в лес, как он, вопя, вбежал на поляну, что-то отцепляя от шеи. На ней черным жгутом свернулся хвост какого-то зверя, который все сильнее сжимался на кадыке. От страха и паники Дирк и Брэйди застыли на месте. Заминка могла стать фатальной для Картера, и Дирк, преодолев себя, рванул к товарищу. В этот момент зверь вырос из-за спины Картера огромным флагообразным скатом и вонзил острой частью крыла прямо в грудь. Картер издал хрип и упал, захлебываясь кровью. В ужасе Дирк снова застыл, но вдруг Брэйди с диким криком начал палить из автомата по чудовищу. Он схватился за свое оружие и тоже направил его на ската, пока тот не забился в агонии и не затих. Брэйди в изнеможении осел на землю, беспрерывно ругаясь. Что за черт, повторял он, и Дирк впервые в чем-то был с ним согласен. Хоть чудовище и было мертво, не было гарантий, что оно одно жило в джунглях. Поэтому оставшиеся из отряда двинули туда, где теоретически могла быть какая-то возвышенность, с которой их было бы видней вертолету. Прошло пять дней со смерти Картера, но никакой вертолет так и не объявился. Они просидели с Брэйди на возвышенности три дня и, потеряв надежду, решили искать хоть кого-то в проклятом лесу. Какая ирония: они, убивавшие целые деревни, искали очередную для спасения. Бесконечные часы, бесконечные километры, ни единой души вокруг. Дирку иногда казалось, что они слились в одном ритме с этим местом, стали его частью; но он тут же выбрасывал из головы этот бред. Болото, по которому они шли, было на удивление холодным. Поначалу это было облегчением после душной жары, но вскоре Дирк пожалел, что они вообще его выбрали своей дорогой. Дирк о многом пожалел за эту операцию. Главным образом он думал, что надо было слушать родителей и идти в регулярную армию, а не становиться наемником. Черт с ними, с деньгами: он все равно не успевал никогда ими воспользоваться в полной мере. Да, было и пиво, и девочки, и часть отправлялась родителям, но уже через неделю его посылали в новую точку, и его жизнь в мирное время теряла смысл – если он вообще был. У него были знакомые – армейцы: жили себе в удовольствие, получали ништяки, ни о чем не переживали. Дирку такая работа казалась скучной. Он хмыкнул про себя: ну что, получил веселье? Из потока мыслей его вырвал Брэйди: кажется, отступал туман. И правда, видимость стала лучше, теперь можно было осмотреть местность. Обойдя туман, они замерли. То, что сквозь пелену они приняли за корявые лианы, оказалось… – Это что, корабль? Мы нашли инопланетян? – воскликнул Брэйди с полусмехом. Дирк тоже хохотнул от абсурдности ситуации, в которую они попали, и повернулся к товарищу, чтобы разделить с ним чувство абсолютной истеричной беспомощности. Но в этот момент он заметил боковым зрением движение около головы Брэйди и в прыжке повалил его на землю. И вовремя – там, где только что было ухо Брэйди, полоснуло острое крыло ската. Чудовище явно разозлилось, что его жертва избежала быстрой смерти, и угрожающе поползло к наемникам. Дирк судорожно снял автомат с плеча и трясущимся пальцем, не с первого раза, нажал на курок как раз тогда, когда острое крыло почти коснулось ноги Брэйди. – Я ему явно понравился, – растерянно проговорил он. – Сдается мне, никакой вертолет за нами не прилетит, Дирк. Дирк молча кивнул. Он поднялся, отряхнул форму и стал осматриваться. Корабль здесь явно давненько: от него остались одни развалины, металл покорежило от старости, влажности и жары, все выемки оплели лианы. Если на нем и прилетел кто, то сдох от непривычного климата. Только и остались эти скаты – видимо, обжились, либо их предки смешались с кем-то из животных в джунглях. Дирк осторожно, держа наготове оружие, подошел ближе к кораблю. К нему присоединился Брэйди, и они вошли внутрь. Слоняясь по отсыревшим коридорам, устав от перенапряжения, они пришли к кабине центрального управления. Она выглядела относительно исправной по сравнению с остальным кораблем: складывалось впечатление, что она могла функционировать отдельно от него. Посреди залы стояло нечто на подобии центрифуги с выступающим острым шипом. Дирк медленно нагнулся над ней: он не до конца понимал, как работает механизм, но похоже было, что именно от этого аппарата заряжается кабина управления. Брэйди удивился, что эта хреновина до сих пор может летать. Дирк предложил ему поэкспериментировать, но тот не ответил особым энтузиазмом. Но вариантов у них все равно было немного: либо идти обратно в жару и блуждать по джунглям в поисках помощи, вернуться домой и – что дальше? Сесть в тюрьму? Быть казненными по-тихому без суда и следствия? Нет, Дирк не желал такой участи себе. Зря он, что ли, через это дерьмо прошел? Брэйди нехотя согласился. Дирк поднес руку к центрифуге и уколол палец. Капли крови упали в емкость, и спустя пару мгновений зажглись огни, кабина пришла в действие, загудел мотор. Дирк повернулся к Брэйди, и тот впервые выдал остроумный каламбур: – Ну что, автостопом по Галактике?