Стокгольмский синдром

Стокгольмский синдром - Отвратная вещь. Человека может сломать любое неверное высказывание в его сторону. Люди жалкие, хрупкие и беспомощные существа не способные даже на сопротивление. Вместо того что бы пытаться выбраться из ямы гниющего сознания, они все больше и больше сами погружают себя в это дерьмо, зарываясь в проблемы с головой. Но Тетчер не такой, Тетчер не зарывается от проблем в этой липкой массе страха, он со спокойной душой принимает этот факт. Факт того, что он лишь жалкое насекомое ползущее рядом с ногами такого высшего существа как Дьявол. Но тот вместо того, что бы задавить его голову стопой, он бережно берет его в свои ладони, сжимает брюшко, проводит когтем по спинке и аккуратно, с потрясающей нежностью отрывает каждую из лапок. Но Тетчер готов это терпеть, готов терпеть все унижения в его сторону. Он уже давно привязался к своему обидчику. Стокгольмский синдром - Отвратная вещь.                                     *** - Не притворяйся. Острый коготь мгновенно оставляет яркую красную полосу на щеке. Мелкие кровавые бусинки постепенно появляются, скатываясь вниз по лицу оставляя за собой тонкую кроваво-красную дорожку. - Не притворяйся что тебе это не нравится. Вторая царапина появилась на ключице. Разрезая тонкую, покусаную кожу. С лица Девиса текли слезы. Трудно было не заметить его животный страх, он пытался скрыть это, но когда веки сами открывали глазам взор, то это чувство только расло. Высокое существо устроилось между ног парня, заглядывая в душу, переводя взгляд на свежие царапины с которых уже начинали течь капли крови. Оно наблюдало за ним. Пыталось понять его манеру движений. Страх, ужас, тревогу, все это Тетчер уже не прятал в глубине сознания. На это уже не было сил. - Ты слабый, прекрати этот цирк Тетчер, не держи меня за дурака. Голова Гавриила склонилась над шеей Девиса, кусая, сжимая челюсть что бы доставить ещё больший дискомфорт. Существо вновь дотронулость до ключицы. Острым, мерзким языком оно провело по порезу, слизывая капли крови, оставляя мокрый след. - Почему ты молчишь? Признай свою слабость Девис. Стыд. Было ужасно стыдно признать это, но ещё больше было неловко от того, что ему нравилось ощущать себя слабым. Здавливая руку на шее, Габриель смотрел в глаза своей потенциальной жертве. Он не любил его, лишь изучал. Лишь имитировал любовь. Своеобразный эксперимент, который прошёл успешно. Он сломал волю Тетчера, он морально убил его. Расшатал психику как дряхлый деревянный стул который уже поели термиты. Изувечил физическую оболочку болезненным травмами. Ему плевать на сопротивления Тетчера, ему плевать на самого Тетчера. Он хочет до конца подстроить его под себя. Избивая, говоря отвратительные вещи, убивая его изнутри. Это все лишь ради забавы. Интересно было запечетлить тот момент, когда Тетчер просил его остановиться, а он все продолжал травмировать его физическую оболочку, за которой скрывалась смесь ужаса и восхищения. Рука продолжала давить на шею Девиса. Вдавливая в подушку, заставляя парня хрипеть от нехватки воздуха. Постепенно, когда хрип стихал, рука ослабила хватку, позже ваобще переместиласть на бёдра. Поглаживая светлую кожу, легко касаясь подушечками пальцев, Габриель начинает немного засматриваться на этого травмированого во всем смыслах, бедного умалишенного плаксу. А ведь раньше он был совсем другой. Серьёзный собранный, строгий полицейский, защищал народ от опасностей. Руки Гавриила резко дернулись в сторону коленей, разводя ноги Тетчера в разные стороны. По телу Девиса пробежала дрожь, от столь неожиданного действия со стороны Лже-Архангела. Острая боль из-за слишком сильной растяжки ног прошлась от бёдер до самой макушки. Всё таки, на шпагат он садится никогда не умел. - Я предлагаю закончить все эти ласки. Осматривая изувеченое им же тело Тетчера,  Гавриил подметил для самого себя, что тот ждёт, ждёт когда он войдёт в него, однако странная реакция на его действия. - Ты только посмотри на себя, готов на все, лишь бы я потрогал тебя, Отвратительно. Хватая ноги Тетчера с новой силой, сильнее разводя их в стороны, Гавриил уже не обращал внимания на то, как он на него смотрит.                                                                   *** Треся перед зеркалом ослабевшего Тетчера, если стоявшего на ногах, тыкая его лицом в зеркало, пытаться обратить внимание на свежие выцарапаныне надписи на его теле. - Ты всего лишь жалкая шлюха. И не стыдно тебе ваобще смотреть мне в глаза? Я же вижу ты ждал пока я приду и трахну тебя как последнюю давалку. Не пытайся скрыть это от меня Девис. По ногам юноши стекло семя, смешиваясь с кровью от новых вырезаных надписей на теле. Аккуратными, тонкими линиями на ляшках красовалить обидные словечки, что только стоило Тетчеру перевести на них взгляд, заметить раны на теле, почувствовать стекающую по бёдрами сперму и кровь, как его сразу начинало тошнить. Тошнить от самого себя. - Ты жалок, Тетчер. Последние слова Гавриила перед тем как парня вырвало прямо на ковёр. Согнувшись, чувствуя во рту мерзкий, Отвратительный вкус желочи, рвоты и горечи, он плакал, рыдал навзрыд крича от беспомощности. Понимая что его разум уже окутала тьма исходящая от этого существа. Вбиваясь в мозг, поедая его изнутри, сопротивляться уже не хватает смелости, он тонет в собственных слезах, рвоте, и понимании своего положения. - Как не культурно с твоей стороны. Затыкая рукой рот Тетчера, беря того за волосы, Гавриил тащит его обратно в комнату. Запирая дверь на замок, он уходит в неизвестность Он вновь оставил его одного. Тетчеру уже было плевать что он будет с ним делать, лишь бы тот находился с ним рядом, близко, он хотел что бы тот вновь ударил его, поцарапал, укусил, что бы он прикоснулся к нему, он был готов смириться со всеми унижениями, согласиться с тем что он грязная шлюха, лишь бы сново услышать его голос. Такой больной, режущий слух от того, насколько остры были его высказывания, но такой знакомый и желанный. Ему больно признавать то, что ему одиноко без унижений, без новых ран на теле, без Гавриила. Он боится признаться что привязался к нему. То существо, что играет с ним как живодер с щенком. С глупым, маленьким и слабым щенком. В этот раз его желание все таки сбылось. Спустя несколько минут дверь открылась. - Тебе бы следовало подумать о своём поступке. Со столовой ложкой в руках, Гавриил прошёл к Тетчеру. Присев рядом с ним, он взял его за подбородок. - Открой рот. Тетчер не стал играть с огнём, послушно выполнив прозьбу, он приоткрыл рот. Неуспев обдумать ситуацию, ему на язык положили что то знакомое по вкусу. - Глотай. Рвота обжгла язык своим горьким, мерзким вкусом. Не успев среагировать, Тетчер начал откашливать желочь, капли желудочного сока попали на ковёр, держась за горло, пытаясь откашлять острую горечь, на глазах выступили слезинки. Стоило бы догадаться что Гавриил принёс на ложке совсем не конфетку. - Если тебя вырвет хоть ещё один раз, вместо ложки будет полная тарелка. И снова он заставляет парня смотреть ему в глаза, так больно, так неприятно, но так завораживает. Вытирая слезы, все ещё кривясь от вкуса во рту, он смотрит на него, с надеждой, с удовлетворением. Гавриил замечает это. Все это кажется ему Отвратительным, но время позднее, Тетчер не спал уже довольно долго. Расправляя мягкое одеяло, Габриель ложиться рядом с Тетчером. - Твоё сегодняшнее поведение меня очень огорчило. Девис больше не пытается притворяться отстраненным. Он обнимает Гавриила, сжимая его тело своими тонкими, изувечеными ручками. После некоторых ран точно останутся шрамы, но это не столь важно. Он наконец то сможет понять свои чувства, принять решение, ощутить себя тем, кем он хотел быть в глазах своего Ангела. Жалким, грязным, использованым. И Гавриил абсолютно с ним согласен. Обхватывая рукой хрупкое тело, он Прижимает его к кровати, вдавливая в белоснежную простынь на которой остались капли крови и рвоты. Но эту проблему они решат позже. Тетчер жаждет прикосновений от Габриеля, ждёт когда его руки скользнут под рубашку, царапая кожу, проводя по выпирающим рёбрам. Но на сегодня хватит грубостей. Они всего лишь поспят в обнимку и оба прекрасно знают, что это действие обойдётся тетчеру довольно дорого в плане травм. Но Тетчеру все равно, он хочет этого, он ждёт этого.