как же так?

Тем временем в Карпатах: — Ты только погляди, какие они красивые! — ахнула Каве, показывая на небольшой чайный сервиз. — С лавандой! Совсем как настоящая. На каждой чашечке была прилеплена скульптура веточки лаванды, что немного подрагивала от уличного ветра. — Неплохие, но мне наши больше нравятся. Вордак явно был сегодня без настроения. Кажется, что бы она ему не показывала, на все у него был однотипный ответ. Вначале это огорчало Каве, но когда это стало повторяться раз за разом, стало безумно раздражать. Девушка буквально еле сдерживалась, чтобы не накричать на Князя или не отвесить ему увесистый подзатыльник. — Ну и ладно, — выдавила она из себя. Девушка сильно закусила губу с внутренней стороны, чтобы её поведение не показалось странным со стороны. В последнее время она часто заставляла себя сдерживаться и не высказывала всего Лешке. В какой-то момент эмоции внутри достигали предела и она была уверена, что вот-вот взорвется. Бутылка вина и весь тягостный груз будто спадал с души. Становилось легче и она забывала о всех размолвках с Карпатским Князем. Татьяна понимала, что парень и так весь в хлопотах, а тут она ещё будет ему выносить мозги. А кому такое надо? Ведьма вздохнула и пошла к следующим лавкам. На ярмарке было очень многолюдно. Весь карпатский народ сбежался посмотреть на диковинные вещицы, привезённые из Чародола. Так как мирный договор с Риком Стригоем был подписан, торговцы могли спокойно перемещаться с одной земли на другую, не боясь косых взглядов или расплаты. Сам же Чародольский Князь редко появлялся в Карпатах. А если и приходил, то так, чтобы не встречаться глазами со старыми жителями. В частности такими как Марьяна, Мольфар и сама Каве. Стригой совершенно не стремился поддерживать с ней связь, как и заверил ее в их последнюю встречу. Порой девушке даже казалось, что он намеренно избегает ее, словно дразня. Может, у него все еще остались скрытые чувства и надежды насчет нее? Лешка никогда ей ничего не рассказывал, в особенности, если это было связано с Чародольким Князем, поэтому она решила лишний раз не грузить себя такими мыслями. Сегодня было воскресенье, поэтому пара наконец могла отдохнуть. С момента, как все закончилось, прошло шесть с половиной месяцев. Каве приняла окончательное решение остаться с Карпатским Князем. Поэтому ей пришлось отказать госпоже Чакле и продолжить жить в Чёрном замке. Обучение она все равно получает. Она посещает пробабку, которая загружает её книгами для развития магии. Она говорит, это нужно для того, чтобы знания Татьяны не заканчивались и она всегда была в пригодной форме. Как умственной, так и физической. С последним на неё часто налегает сам Мольфар. Светловолосая ведьма не до конца понимала, почему маг не хочет наконец отдохнуть от неё. Ведь за все время с Чародольским ключом и Чаклуном он так намучился с ней. Вернее, она сама так считала. Подтверждения своих мыслей Татьяна ни разу не получала, а спрашивать не хотела. Маг же безжалостно гоняет её четыре раза в неделю по 15 километров, а после даёт ещё набор упражнений на самые разные мышцы. Честно признаться, Каве жалела, что отказалась от обучения в Чародоле. Госпожа Чакла — прекрасный человек и учитель. Было обидно, что Каве по глупости и в приливе эмоций приняла такое решение. Весьма необдуманное решение. Ей так не хватает приключений, азарта и адреналина, что она так любит. В замке ей хорошенько наскучило. Лешка целыми днями пропадает то на совещаниях с магом Виртусом, то на индивидуальных занятиях с Чародольским Князем, то проводит какие-то мероприятия для народа, то не вылазит из горы бумажной волокиты. Останавливало девушку от того, чтобы вернуться в древний потерянный город, лишь чувства к Лешке. Каве его любила, очень любила. Правда, со временем их отношения стали остывать, и, причём, очень заметно. Ведьма могла несколькими днями не видеть правителя Карпат, не слышать его голос, не ощущать его прикосновений. Страсть в их отношениях стала угасать. Она проклинала его обязанности, которые он должен выполнять. Успокаивала себя светловолосая девушка лишь мыслями, что скоро все наладится и будет как прежде. Хотя как прежде уже не будет… — Сколько хочешь за них? — серьёзный тон голоса Лешки вывел её раздумий. — 15 рэнд. — Грабеж! За 10 возьму, не больше. — Еще чего, какой грабеж! Вещица ведь хорошая, вот и цена на неё приличная. Да она и в хозяйстве пригодится, — пухленький мужчина стоял за прилавком и оживленно болтал с правителем абсолютно на равных. Лешка сам принял решение, что не хочет, чтобы ему все кланялись в ноги, целовали руки при встрече и осуществляли прочие обычаи. Вот он и решил, что будет жить как и все жители городка, без особых привилегий в глазах других. — Ай, ладно! Уговорил. Тебе отдам за 13, но больше не скину. Даже не уговаривай! Каве, не на шутку заинтересованная их разговором, выглянула из-за плеча спутника. Пытаясь разглядеть, что же находится в руках Лешки, она, изо всех сил стараясь вытянуться, встала на носочки. Парень, заметив её изучающий взгляд, тут же спрятал покупку в внутренний карман куртки. Девушка фыркнула и, выпрямившись, гордо зашагала вперёд по улице. «Больно мне надо его приобретения. Всё-таки надо было брать тот сервиз». *** Заветный день, что всю неделю ждала Каве, прошел совсем не так, как она хотела. Все эти дни она представляла себе, как они, безумно скучавшие друг по другу, проведут полдня в кровати, не выпуская любимого человека из своих объятий, успеют обсудить все новости, случившиеся за эти шесть дней, освоят приготовление нового блюда, которое и пробовать потом будут вместе. Вышло все совершенно по-другому. Лешка все же умудрился исчезнуть из замка до самого вечера. «Возникли проблемы с документами», — так он объяснил свое отсутствие. — Лешка, — прошептала девушка, сидя на диване в гостиной в метре от Вордака. Парень был увлечен чтением книги в нежно-серой обложке. — Ты все еще что-то чувствуешь ко мне? Прошла минута полной тишины. Напряжение, что витало в воздухе, словно душило Каве. Она нервно прикусила губу. Не рассчитав собственной силы, она вонзила пару острых зубов прямо в нее. Маленькая струя крови пробежала по губам. Тихо выругавшись, ведьма потрогала место возникновения раны. Лешка внимательно проследил за ее взглядом и наконец промолвил: — Да, чувствую. — В последнее время мы так отдаляемся друг от друга, — подняла пару невинных глаз она на Лешку. — Это нормально. У меня сейчас много дел. — Нет. Это ненормально. Ты ведешь себя максимально холодно со мной и даже не стараешься ничего сделать с этим, — вылила весь поток мыслей на него Татьяна. Сразу после того, как эти слова вылетели из ее уст, она пожалела об этом. — У меня много дел. И совсем нет сил. В ту же секунду девушка поняла, что совсем зря только что сожалела о сказанном. Он был совершенно невыносим. Он не хотел разговаривать об этом и бороться за их отношения. И тут в голове Татьяны пришла гениальная, как ей показалось, мысль. — Может быть тогда я тебе мешаю? Может мне лучше собрать вещи и уехать? К Марьяне или госпоже Чакле? — Может быть. — И ты так легко меня сможешь отпустить? — обида и горечь накрывала Каве с головой и она совсем не замечала, как по ее щекам текли слезы. — Если тебе так будет лучше — да, — Вордак даже не смотрел на нее. Его взгляд упирался в книгу перед ним. Казалось, эта тема его совсем не касается. Девушка на миг застыла. В этот момент внутри у нее все рухнуло. Зачем столько времени она надеялась, что это лишь временные трудности в их отношениях? Зачем она растоптала в порошок возможность развиваться? Зачем, если ему было плевать? Плевать абсолютно на все, что связано вместе с ней. Она судорожно кивнула, все еще захлебываясь в слезах. Лицо пронзила нездоровая ухмылка, вызванная собственной жалостью. Не говоря больше ни слова, ведьма развернулась и исчезла в дверном проеме…