Пока я не поверю

Утро в хижине Бобби началось в два часа дня. Именно тогда Сэм разбудил Дина и начал готовить завтрак. Бобби все еще спал в кресле, уснув в библиотеке за книгой. Я попытался разбудить его, но в ответ получил только сонную брань. — А я говорю, что не о чем с ними разговаривать. — доносился с кухни голос Дина, когда я спускался по лестнице. — Не думаю, что они распознают в нас охотников, — отвечал ему Сэм, — а провести пару тестов куда проще, чем судить по косвенным уликам. — Лучше нам пока неотсвечивать, так что заберемся к ним в дом, пока дети будут в школе, а родители на работе. Я попал на кухню, когда братья распихивали серебряные пули по магазинам, заканчивая поедать яичницу. — Привет, Кас, — обратился ко мне Сэм. — Да, доброе утро, — как-то хмуро сказал Дин. — Доброе утро, — я все еще не понимал, почему время, переходящее за полдень принято называть добрым утром, если ты только что встал. — Кстати, охотник, — Дин протянул мне свой пистолет, который я выронил, когда на нас в мотеле напала Джинна, пару магазинов для него и серебрянный нож, — Это тебе. И больше не теряй. Я кивнул и забрал оружие из рук Дина и разместил в просторном внешнем кармане своего плаща. — Спасибо… — Ты чего, Кас? — Дин встал и подошел ко мне, — Кто так оружие носит? Он достал содержимое кармана и принялся объяснять: — Нож всегда должен быть под рукой, но так, чтобы его не было видно, — он отодвинул левую полу моего плаща и вопросительно кивнул, — Ты ведь правша? — Мои моторные навыки одинаковы для обеих рук, — сухо объяснил я. — Все равно пусть будет слева, — он положил нож во внутренний карман, — А у пистолета очень характерный силуэт, так что единственный способ его спрятать, если ты не косишь под федерала — убрать за пояс. Я не понимал, что подразумевает Дин и поэтому как-то глупо уставился на него. — Вот так, — его руки под плащом зашли мне за спину, — за ремень. — одной рукой он чуть оттянул пояс штанов, а второй разместил пистолет так, что плащ и правда очень успешно его скрыл. — Запасные магазины можно положить в карман пиджака. — Ладно, раз с этим вы разобрались, — Сэм укладывал оружие в спортивную сумку, — предлагаю наконец ехать. — Наваляем этим оборотням! — Дин накинул куртку, распихал подобным образом свое оружие и взял ключи от Импалы. До дома предполагаемых оборотней нам был час езды. *** Мы припарковались через дорогу от двухэтажного голубого домика, обычного жилища среднего класса в этой части Америки. Перед домом не было припаркованно ни одной машины — это значило, что взрослых в доме точно нет, так меня учил Дин. — Вроде бы все чисто, — сказал Сэм, — Кас, пройдись по периметру. Я вышел из машины. Дальше нужно было обойти дом и посмотреть, насколько нет каких-либо признаков присутствия людей, детей например. Так как уже темнеет — свет будет включен, если они там. Но я никого не обнаружил, в окнах было темно, все створки были заперты, несмотря на то, что на улице довольно теплая погода. Дом был пуст, но не понятно, насколько много у нас времени. Я вернулся к Импале и легко постучал по водительскому стеклу: — Кажется там никого нет. — Отлично, — сказал Дин и они с братом вышли из машины. Сэм подошел к входной двери и аккуратно осмотрелся, потом опустился до уровня замка и достал свой набор отмычек. — Уроки взлома я тебе устрою как-нибудь потом, — бросил он мне. Через несколько секунд дверь с щелчком приоткрылась. Винчестеры тут же схватились за пистолеты и Сэм распахнул дверь ногой. Я пропустил их вперед, сам схватился за оружие, зашел и закрыл за собой дверь. — Ваш первый этаж, — кивнул на нас с Дином Сэм, — а я осмотрю второй. — Хорошо, — шепнул в ответ Дин. Я кивнул. — Только ничего не упустите. — Да иди уже ты! — шикнул Дин на брата. На первом этаже располагалась кухня и гостиная. Мы показалось, что разумнее всего будет начать с кухни и я не долго думая направился к холодильнику. Но там ничего подозрительного не было. Овощи, фрукты, приготовленный салат — даже мясных блюд не было. — Кас, ты его там стоишь? — Дин одернул меня, — Людские сердечки в кляре ищешь? Я не знал, серьезно Дин спрашивает или шутит. Я вообще не до конца понимал, что мы ищем. — А что мы пытаемся найти? — глупо задал вопрос я. — Любое доказательство, что эта семейка оборотни. Дин открывал один кухонный ящик за другим, но тут же закрывал их, видимо не найдя ничего интересного. Я не мог собраться. Обычно мне ничего не стоило оставаться сосредоточенным, но здесь… Дом предполагаемых оборотней, при чем, раз они пришло ко мне в мотель — они знают, что мы охотимся. Ангелы на хвосте, и все меньше времени на то, чтобы разобраться с этой проблемой. И Дин. С его совершенно не понятными «правилами игры». — Осморю гостинную. — поставил его перед фактом я и ушел в другую часть дома, в надежде привнести хоть какой-то вклад в дело. Посередине гостиной стоял низкий кофейный столик с горой модных журналов. Вокруг была пара кресел и длинный диван. Все остальное пространство занимали книжные полки. Я решил бегло их осмотреть и заметил, что они рассортированы по полкам с завидной тщательностью: классические романы, зарубежная литература, полка с детскими энциклопедиями, справочники по юриспруденции и, пожалуй, единственная полка, которая привлекла мое внимание: эдакий памятник бюрократии. Огромные черные и синие папки были пронумерованы по годам и кварталам. Я взял одну из них и кратко изучил — ничего необычного, но разве отчеты не должны храниться в компании? Зачем держать их дубликаты у себя дома? Я вытащил все громоздкие отчетные книги и нашел небольшую книжонку, которая пряталась в глубине полки. Абсолютно пустая обложка, никаких названий и указаний на форзацах, а внутри — вырезки из личных дел работников страхового агенства. На каждого человека приходилась фотография, краткое описание карьерного положения, какие-то поведенческие заметки и, что самое любопытное — вкладыш с удостоверением работника. Наверное это — самое прямое доказательство, что они оборотни, которое можно было найти. Я не мог оторваться от такого структурированного сборника. Чем-то мне это напоминало ящик с поддельными удостоверениями Винчестеров, вот только куда изящнее. — Руки вверх! — раздался какой-то строгий голос позади меня, — Иначе буду стрелять. Я поднял руки и медленно развернулся на голос. У входа в гостиную стоял полицейский, на вид лет тридцать, с легкой щетиной и взъерошенными волосами. — Брось книгу! И я отпустил единственное доказательство того, что в этом доме не все чисто. — Какие-то проблемы, офицер? — сзади к копу подошел Дин. — Ты тоже руки вверх, ублюдок! — коп перевел на него пистолет, — А ты не дергайся. — бросил он на последок мне. — Прошу прощения, конечно, — Дин высокомерно запустил руку во внутренний карман куртки, на что коп взвел курок, — но не «ублюдок», а федеральный агент Смит. Дин сверкнул полицейскому в лицо поддельным жетоном и своей всеунижающей улыбкой. — Ловлю вора, на которого Вашингтон выдал ориентировки, — он кивнул на меня, — так что выдайте мне его и я избавлю вас от лишней писанины. Я всегда им восхищался. Мне казалось, что нет такой ситуации из которой Дин Винчестер не сможет выйти сухим. Любым обстоятельствам он всегда находит, что противопоставить. С ним безвыходных ситуаций не существует… И эта мысль дарит мне приятный и теплый лучик надежды. — Отлично, «маршал», — полицейский сделал шаг ему навстречу, — вот только я видел как вы, ваш беглец и еще один посторонний взламывали входную дверь. — он достал наручники из-за пояса, — Так что если не хотите заработать пулю — пройдемте со мной. Дин стоял спокойно, будто обдумывая, что делать дальше, или выжидая, а потом рванул к входной двери. Выстрел. Сердце пропустило удар. Дин упал и застонал. Кажется пуля попала в бедро. А полицейский хладнокровно подошел к нему, завел его руки за спину и защелкнул наручники. Я не понимал, что мне стоит делать. Никакого запасного плана на такие случаи мне не рассказывали. Я не успел бы убежать, не словив пулю, потому что коп постоянно держал меня в поле зрения. Он пнул Дина в ту же ногу, в которую выстрелил, и направился ко мне. Время на побег истекло. — Сам сдашься, или на тебя тоже пули тратить? Я просто позволил ему застегнуть на мне наручники. Остается надеяться, что Сэм услышал засаду и успел сбежать. — За мной! — рыкнул на меня коп. Он подошел к Дину и приподнял его за ворот куртки. Дин попытался встать на ноги, но его левая нога дрожала и не хотела разгибаться. Коп пнул его локтем в спину и поставил на ноги. Он вывел нас к полицейской машине, открыл заднюю дверь, закинул туда Дина и указал садиться мне. И только когда он закрыл дверь, я посмотрел на право и увидел болезненное, побледневшее от кровопотери лицо Дина, и Сэма без сознания, обмякшего и прижавшегося к стеклу. — Вы можете озвучить наши права? — раз уж я не сумел нас спасти, то попробую хотя бы как-то вытащить из сложившейся ситуации. *** Нас закинули в одну камеру. Сэм пришел в сознание где-то через пол часа, но он все еще не пришел в себя. Я попытался ему объяснить, что произошло, но он только кивал с пустым взглядом, так что я даже не уверен, что он все осознал. Дин покрылся холодным потом и, кажется, не мог соображать от боли. Рана продолжала кровоточить. — У нас есть право совершить звонок, — я все разговаривал с полицейским, который скрутил нас с Дином. Он явно был доволен собой и не собирался идти ни на какие уступки. — Мы абсолютно точно имеем право на адвоката! — я слабо разбирался в человеческой системе правосудия, но нужно было делать хоть что-то, — Вы же не хотите проблем себе из-за нарушения наших прав! Я старался сделать, как сделал бы Дин, ни будь он скован болью: подошел к решетке и со всей убедительностью повышал голос на полицейского. — К черту адвоката — у человека пулевое ранение! — я драл глотку, указывая на Дина, — Помогите же вы ему! Офицер подошел ближе и в начале мне показалось, что это уже начало переговоров, но эта свинья, улыбаясь во все зубы, достала дубинку и ударила мне о пальцам, которые держались за решетку. Кажется, я начинаю понимать, почему так широко распространилось негативное мнение о полицейских. — Успокойся. — гордо, с превосходством сказал он и ушел от нашей камеры. Кажется куда-то в участок. Как только он перестал нас видеть я бросился к Дину. Я попытался осмотреть его рану. — Не надо, Кас, — он еле говорил, — Все нормально. Он закрывал руками входное отверстие пули, не давая мне даже взглянуть. Мне и так порядком надоело, что Дин постоянно отвергает мою помощь, так сейчас еще и случай, в котором без моей помощи не обойтись. Я схватил его запястье и поднял. Рана глубокая, но мне хватит сил его исцелить. Я коснулся пальцами пулевого отверстия и сосредоточился на том, чтобы пусть медленно, пусть болезненно для Дина, но затянуть рану. Я услышал, как на пол упала пуля. Я услышал облегченный вздох Дина. — Спасибо… — как-то скромно и стыдливо протянул он, — Надо дозвониться до Бобби. Где там все эти фараоны? Кажется Дин собирался повторить то, что у меня не вышло — вытребовать телефон. — Боюсь не выйдет, — беспомощно сказал я, — но я могу попытаться переместиться и позвать на помощь Бобби сам. — Договорились же — никаких ангельских штучек! — Дин выглядел еще более раздраженным. — А есть идеи получше? Я был не уверен в том, что мои крылья меня хоть куда-то смогут перенести. Но, не дожидаясь ответа Дина, я сконцентрировался на месте по другую сторону решетки. Всего метр — чего тут. Один взмах — и я чувствую, как грудной клеткой застреваю в решетке камеры, а мои наручники со звоном бьются о металлические прутья. На звук прибегает все тот же офицер. — Ах ты ж фокусник сраный! Он отпирает дверь камеры и выволакивает меня. Снова запирает Дина и Сэма, а меня тащит вдоль длинного ряда камер, пока не доходит до полностью железной двери, похожей на вход в бункер Бобби. — Тут отдохни! Он кидает меня на бетонный пол крохотной камеры и с грохотом запирает дверь. Я оказываюсь заперт в карцере, куда свет попадает только через тонкую прорезь в двери. Прости меня, Дин, за то, что в очередной раз оплошал. Прости, что навлек на тебя гнев небес. Прости, что я ангел, абсолютно беспомощный в условиях охоты. Прости, что я жалок… Хотя ладно… Я сам понимаю, что такое невозможно простить…