Близнецы

За пару лет усердной работы Ричард накопил достаточную сумму для того, чтобы выкупить свободу той девушки, которую, как впоследствии    выяснилось, звали Вера Фокс. Она была дочерью французской куртизанки польского происхождения и неизвестного охотника-англичанина, от которого в наследство им с братом досталось лишь две лисьих шкурки, из-за чего в метриках их фамилию записали, как «Фокс». Ричард также взял ссуду на покупку дома, после чего сделал Вере предложение. Он считал себя честным, порядочным человеком и решил узаконить их отношения, однако, скрыл от родственников и знакомых истинное происхождение своей невесты. Спустя несколько месяцев после свадьбы, супружеская чета    полностью обустроилась в новом доме. Как оказалась, Вера очень ценила комфорт и домашний уют. Гостиную она обставила мягкой мебелью, а спальню украсила персидскими коврами, расшитыми разнообразными диковинными узорами. Вера тщательно следила за чистотой этих декораций в восточном стиле, не позволяя пыли скапливаться на ворсинках. Гости, приходившие в дом к Вере и Ричарду, находили их жилище одним из самых светлых и чистых во всем Лондоне. По вечерам, после ужина, супруги любили пить травяной чай в столовой, рассказывать друг другу разные истории, порой неприличные, особенный талант к сочинительству наблюдался у Веры, возможно, из-за ее прошлого, а после, ночью, веселые и вдохновленные, предавались различным «пикантным шалостям». Так прошли первые два года их брака. Вера начала задумываться о том, чтобы завести ребенка, Ричард не возражал и согласился исполнять супружеский долг перед Верой в ее классическом женском облике чаще. Они даже отвели одну из гостевых спален под детскую. Неожиданно их планы нарушил приезд брата-близнеца Веры. Ричард не особо обрадовался появлению нового родственника в  доме, так как был наслышан о его дурной репутации и многочисленных бесстыдствах. Веро - не путать с Верой - не так повезло, как его сестре, ему пришлось самому зарабатывать деньги на свое освобождение. Он почти на два года дольше провел в «доме удовольствий», а после отправился в Италию, где провел последний год и прослыл самым популярным жиголо Венеции среди клиентов обоих полов, но недавно был пойман инквизицией и, после хирургической кастрации, депортирован на Родину. Внешне Веро был очень похож на свою сестру- такие же черные волосы, синие глаза, белая кожа, его отличали лишь более мужественное лицо, широкие плечи и развитая мускулатура. В последнее время,    неугомонный задиристый нрав бывшего перевертыша сменился молчаливой задумчивостью, что, видимо, было связано с его нынешним деликатным состоянием. Вера быстро обратила внимание на перемены в брате, сочувствовала ему и всячески поощряла, даже, не заметив новую странность его поведения,- когда наступала ночь, и Вера с Ричардом уходили спать, Веро тихонько подкрадывался к двери их комнаты и, немного приоткрыв ее, подсматривал за влюбленными. Обычно он находился там недолго и, ворча себе под нос что-то вроде: «У этих англичан нет никакой фантазии», уходил к себе. Та ночь, на первый взгляд, ничем не отличалась от предыдущих. После того, как Спидманы, явно, в настроении пошалить, отправились в спальню. Веро, выждав несколько минут, последовал к их комнате, легонько дернул дверную ручку и оттолкнул дверь, ровно на столько, чтобы, через образовавшуюся щель, удобно было подглядывать одним глазом. Из комнаты послышались голоса и игривый смех. Зрением, привыкшем ко мраку ночных спален, Веро рассмотрел в противоположном конце комнаты, около кровати, Ричарда, раздетого до пояса, он прижимал к себе Веру, которая стояла, повернувшись к мужу спиной, на ней была лишь белая полупрозрачная ночная сорочка, сквозь которую просвечивали небольшие изящные груди с набухшими сосками. Обнаженными стройными руками Вера обхватила Ричарда за шею, повернув свою голову навстречу поцелую. Он взял ладонями запястья Веры и плавно опустил ее руки  вниз и, сняв с плеч жены бретельки сорочки, принялся ласкать руками ее груди. Когда их губы разомкнулись, с хитрой улыбкой на лице, Ричард произнес: «Может, сегодня вспомним наш медовый месяц?». Вера ответила: «Сегодня? Даже не знаю...мы же планируем завести ребенка». Ричард шепнул ей что-то на ухо, после чего, Вера весело рассмеялась и согласно кивнула. Вера, окончательно освободившись от сорочки, забралась на кровать, демонстрируя мраморную белизну своей кожи, в лунном свете, падающем из окна. Близняшка приняла недвусмысленную позу, опираясь на кровать локтями и коленями. Привлекая внимание Ричарда, Вера, лукаво улыбаясь, принялась вращать бедрами. С некоторых углов обзора, можно было заметить, как при этих движениях ее наружные половые органы начали изменять свою форму и увеличиваться, ее клитор продолжал утолщаться и вытягиваться пока стал не отличим от мужественности Ричарда, тоже поднявшейся к тому времени. Через несколько мгновений раздались два влажный щелчка, а Вера тихонько вскрикнула от боли, таким образом, яичники закончили спускаться из глубин ее тела и прошли через узкие каналы в паху в сформировавшуюся из срамных губ мошонку, превратившись в мужские семенники. Веро, стоявший за дверью,  тихонько прошептал: «Как  долго я этого ждал», а после бесстрастно продолжил наблюдать за происходящим. Вера сделала Ричарду приглашающий жест рукой, после которого он оказался на кровати прямо позади нее, обхватил руками ее талию и ввел свою возбужденную плоть в отверстие, нетронутое изменениями. Вера ахнула и зарылась лицом в белоснежную подушку. Совершив несколько страстных движений, Ричард осознал, что достиг пика наслаждения, но не успел он отдышаться, как понял, что из-за двери стремительно выбежал брат его жены. Веро, сделав захват сзади, сдавил шею Ричарда рукой, а другой прижал к его лицу платок,  мокрый от пахучей жидкости. Последним, что запомнил Ричард перед тем, как потерять сознание, был сдавленный крик Веры.