Пламенно и нервно, холодно и спокойно

У Рихарды огненные волосы, будто летающие в воздухе оттого, что Ричи вся такая дёрганая и нервная. У Рихарды белая кожа и тонкие демонические руки, обтянутые чёрной тканью, под которой угадываются накачанные мышцы плеч. У Рихарды чёрные кожаные перчатки на руках. У Риши фигура напоминает песочные часы из непрозрачного обсидиана. Узкую талию подчёркивает алый пояс в цвет нескольким прядям волос. У Рихарды фиолетовые обтягивающие брюки в цвет ещё одной пряди волос и чёрные сапоги до колен на тяжёлой подошве. На одном сапоге шнурки чёрные, а на другом ‒ красные, и Флоренция понятия не имеет, почему так. У Рихарды всё тело часто дёргается, особенно мышцы лица. Это пугает, но Флоренция старается в эти моменты думать о ней как о демоне, пришедшем откуда-то оттуда, не из мира сего, не человеке. Тогда это начинает забавлять… Рихарда всегда носит непроницаемые солнечные очки на пол-лица. Флоренция старается не думать о том, что даже не представляет, как могут выглядеть глаза Ричи. Флоренция — правильная девушка, в её жизни нет места хаосу, есть только чёткий распорядок дня, строгие диеты и танцы, танцы, танцы… Костюмы, репетиции, выступления и снова, снова бесконечные танцевальные тренировки на пути стремления к совершенству. Вернее, в жизни Флоренции не было хаоса, пока на спокойной прогулке по парку, вписанной в плотный график, на пути Флоренции не объявилась компания из двух парней подозрительного вида. Флоренция пыталась отделаться односложными ответами, понимая, что это всё равно не поможет… Страх в её голосе не смогло скрыть ничто. А потом над головами мужчин взмыло что-то чёрно-огненное и безглазое с ослепительной белой пугающей улыбкой на пол-лица. В зубах были зажаты синие цветы. Флоренция тогда отступила на пару шагов назад, схватившись за сердце, а из ниоткуда взявшееся нечто, не издав ни единого звука, за пару секунд уложило двух мужиков в смертельном танце. Цветы же были вручены Флоренции. — Пойдём отсюда, — как бы извиняясь, сказала ей девушка, и через минуту Флоренция уже болтала с ней обо всём на свете. Рихарда Нахтмар доставала Флоренции только до груди. Но с Ришей было спокойно и нестрашно. Нахтмар идеально говорила на немецком и на английском и не очень уверенно изъяснялась по-французски, избегала прямых вопросов о личности, но показала сканы дипломов о высшем образовании и предложила послушать свой музыкальный альбом и клавишные каверы на известные, по словам Рихарды, песни. Флоренцию это не впечатлило, ей всегда метал казался осквернённой музыкой ада. Но девушка не стала огорчать Рихарду чисто из вежливости. Они часто и много виделись после того дня. Сидели вместе в кафе или собирались дома у Флоренции — Рихарда всё время перемещалась с места на место, боялась чего-то… Неважно. Рихарда умудрялась достать Флоренцию везде, и порой это ужасно раздражало.

***

У Флоренции плавные, отточенные, уверенные движения и летящая походка. У Флоренции аура пронизана нежностью и беззащитностью. У Флоренции душа ангела… Так подумала Рихарда, когда впервые её увидела. Флоренция гуляла по парку не спеша, рассматривала деревья, уже растерявшие свои пышные кроны, обходила лужи, не сводя взгляда с отражавшегося в воде светло-серого неба, по которому будто кто-то рассыпал вату — и не поймёшь сразу, что это облака! В тот день в парке была спокойная, безветренная погода. У Рихарды по графику была прогулка на свежем воздухе. Ну как, по графику… Рихарда не могла жить по графику. Поэтому вылазка на улице была обязательным пунктом в каждом списке дел и задач на день. Обычно Нахтмар выходила на улицу и быстрым шагом обходила парк, потом шла куда-нибудь ещё… До тех пор, пока не заблудится. Она всегда была слишком рассеянной и уходила куда-то не туда… Один раз Ричи дошла до городских окраин. Но неважно. Рихарда шла за двумя мужчинами и уже собралась их обогнать, но эти двое пристали к девушке, идущей навстречу. А у Ричи в руках цветочки Clitoria ternatea, она их дома хотела начать выращивать… Девушке страшно. На Рихарду накатывает злость. Хочется матюгнуться. Нахтмар зажимает цветочки в зубах, собирается, разгоняется и нападает на парней сзади. Первого уделать вертушкой по затылку, второго зацепить ногой и с ним свалиться на землю. Только вот Рихарда спружинила и убрала ногу, а он не встал сразу, затормозил. Нахтмар вскакивает. Одного ногой, другого локтем. Лёгкий подол платья раскрывается солнышком… Ричи пляшет, избивая уродов. Потому что нельзя ни с кем обращаться так, как они обращались с явно незнакомой им девушкой… Девушка напугана. Рихарда осознает, что вина частично лежит на ней — слишком жестоко она обошлась с парнями! — и, неловко улыбаясь, отдаёт девушке цветы. Бедняжку надо увести отсюда, и Риша уводит. Девушку зовут Флоренция, и Рихарде она кажется самой милой и доброй на свете. Флоренция разговаривала с Ришей, расспрашивала её обо всём, и Ричи, немного ошалев от такого потока вопросов, понемногу раскрывалась рядом с ней… Активно спрашивала сама. Они обсуждали книги, оперы и классическую музыку, а потом Флоренция сказала, что профессионально танцует в театре, и Рихарда взглянула на неё по-новому. Флоренция высокая, Рихарда не достаёт ей даже до плеч. У Флоренции чистая, светлая кожа. У Флоренции длинные русые волосы, заплетённые в тугую косу. У Флоренции серебряные серьги с голубыми камнями и светлые, ледяные и ясные глаза. Рихарда ненавидит голубой и синий, но влюбляется почему-то только в голубоглазых. Один раз она влюбилась в музыканта, у которого глаза такие добрые, ласковые и красивые, как чистое небо, посмотришь — и ослепнешь! Он, легенда рок- и метал-музыки, о существовании Рихарды даже не подозревал, конечно... На случай встречи с ним Ричи стала носить тёмные очки. Не только поэтому, конечно… Рядом с Ричи — Флоренция. Девушка с глазами, холодными, как лёд, и такими длинными ресницами… Риша влюбилась в их взмахи. Риша влюбилась и в улыбку пухлых губ, накрашенных тёмно-розовой помадой, и в блики света на ледяных глазах, вспыхивающие каждый раз, когда Флоренция смеялась. У Флоренции смех тихий, как маленький колокольчик, и Риша старается смешить её почаще. Рихарда Нахтмар влюблена во Флоренцию настолько сильно, насколько это возможно. Влюблена в дрожь и восторг её голосе, а такое бывает, когда Флоренция рассказывает про любимые оперы или книги… Влюблена в румянец на щеках, возникающий, когда Ричи дарит ей какие-нибудь красивые блестящие штучки. Флоренция — балерина, а Рихарда ненавидит балет, но она ходит на каждое выступление Флоренции и всегда составляет ей и её друзьям компанию, когда Флоренция сама решает что-нибудь посетить. Флоренция слушает классическую музыку, а Рихарда любит рок и метал, она даже сама его пишет и выпускает потихоньку альбомы… Только вот не играет свою музыку — группу собрать не смогла. Зато Нахтмар исполняет каверы на синтезаторе на улице и, конечно, никогда не отказывает Флоренции, когда та подводит Ришу к своему домашнему фортепиано и просит сыграть что-нибудь из классики. Для Рихарды не проблема сыграть классику. Иногда Рише кажется, что она может сыграть всё. У Риши настолько сложные каверы, что она не может играть песни подряд, ей необходимы перерывы, но оно того стоит. Её продюсер прямо сказал однажды, что в её, Риши, руках песни приобретают волшебное звучание и свою атмосферу. Это должно было её обрадовать. Но Рихарда сходит с ума от невзаимной любви и осознания того, что не может перебить её ничем, поэтому её уже ничего не радует. Нахтмар одна в полутёмной комнате съёмной квартиры. Стоит перед большим зеркалом и случайно встречается взглядом со своим отражением. Кто полюбит её? Можно ли её полюбить? Рихарда отворачивается. Скоро она упадёт в постель обессиленная и чистая, только что из душа. В полусне начинает мечтать, и все самые откровенные её желания связаны с Флоренцией. Флоренция. Улыбка чувственных нежных губ. У Рихарды губы тонкие, сухие и обветренные. Она думает о том, что хочет поцеловать Флоренцию, но жёстко себя обрывает: «Нет. Успокойся». Флоренции будет неприятно от сухости губ Рихарды. Кроме того, Нахтмар абсолютно не умеет целоваться. Даже в щёку. Рихарде двадцать четыре, и у неё ещё ни разу не было отношений... Где она могла научиться целоваться? Флоренции, насколько известно Ричи, двадцать шесть. Флоренция. Взмах ресницами. У Риши красивые глаза, но она боится их показывать. Слишком много она делает того, чего не одобрили бы родители, если бы вдруг узнали. Они не узнают, если Рихарда продолжит скрывать свою личность и настоящее имя под резким и звучащим «Рихарда Нахтмар». Флоренция. У неё идеальная фигура, у неё такая большая, особенно по сравнению с Ришкиной, грудь, и Риша слепо надеется, что однажды Флоренция придёт к ней, обнимет и разрешит уткнуться в грудь, выцеловать нежную кожу… Погладить по спине… Спуститься ласкать ниже… «Нет! Успокойся!» Рихарда дёргается в постели. У Ричи ноет сердце и текут слёзы по щекам. Она не может думать о таком, она не смеет. Она может любить и исполнять желания, но чтобы её мечты сбывались — нет, никогда! Ричи не знает, откуда это пришло, но стоит её начать мечтать или фантазировать о том, как ей делают приятно, или ей просто становится приятно, Рихарду будто передёргивает и блокирует, остаётся только боль. «Не может такого быть, — шепчет она в тишине на родном русском. Она уехала в Европу, но свои корни не забыла. — Невозможно!» Не может так никто любить Рихарду! Можно ли её вообще любить? У Рихарды рост полтора метра, накачанные мышцы плеч и чётко выраженный пресс в шесть кубиков. Рихарда завязывает на грудь вместо лифчика плотные и мягкие тканевые полоски. Ей почти нечего удерживать, просто нужно защитить от раздражения чувствительную и нежную кожу. Рихарда вся чувствительная, и своё тело она закрывает одеждой полностью. Она носит жилетки или платья, всегда с брюками или леггинсами. Если жилетки, то под ними всегда лонгсливы, любимый — чёрный с золотым принтом. Ангельские крылья, посередине крест и “R” (“R” значит “Rammstein”), Рихарда знала, что такая любовь к группе — уже не любовь, а нездоровая зависимость, но ничего не могла с этим поделать. Рихарда Нахтмар не может без Флоренции. Даже зная, что та её не любит. Когда Ричи выпускает второй альбом, полный песен о невзаимной любви, внутри неё что-то обрывается. У Рихарды всё ещё нет никого, с кем она могла бы играть свою музыку и давать концерты. У неё есть песни, посвящённые Флоренции, и песни о недоступных рок-звёздах, чья музыка раньше спасала, а теперь, кажется, делает только хуже. У Рихарды есть песня с названием «Спасите меня от меня самой», и эта песня — не что иное, как последняя попытка вырваться из затягивающей ловушки спутанных чувств. Рихарде давно не помогает ничего и ничто. Флоренция. Улыбка и взмах ресницами. «Могу ли я попросить тебя стать подругой невесты на моей свадьбе?» Рихарда наигранно улыбается и кивает. Ей требуется не так много времени, чтобы распродать или уничтожить всё ненужное. У Риши есть права на вождение мотоцикла. И есть мотоцикл. Пустая квартира. В руках рюкзак. Скетчбук, папки с текстами, табами и нотами песен. Фотографии, на которые Рихарда так надеялась получить автографы! Ещё несколько вещей, по мелочам. Флоренция узнает о смерти Рихарды только через несколько дней, когда ради интереса откроет новости. Это не было аварией. «В таком-то районе погибла мотоциклистка». Флоренция узнает её по разметавшимся по земле когда-то ярко-огненным, а теперь бледно выцветшим прядям волос. И, конечно, по очкам.

***

Когда Рихарда впервые не отвечает на звонок Флоренции, Флора не волнуется. Ричи часто не отвечает: концерты, встречи с коллегами, что угодно. Когда Флоренция видит, что Рихарда последний раз была в сети в час дня, а на часах почти десять вечера, она начинает беспокоиться. Флоренция радовалась, что Ричи не дёргает её уже день, но также знала, что Рихарда часто дерётся со случайными мужчинами на улицах. День второй, от Рихарды ничего. Исчезновение Риши замечают её подписчики в соцсети, где она раскручивала свой музыкальный проект. Флоренция успокаивает себя тем, что Нахтмар вышла погулять в очередной раз, и, как обычно, забрела не туда. У Рихарды с собой всегда два ножа и мультитола, неужели она не выстоит и даст себя победить? В глубине души Флоренция не чувствует ничего. Ей, в общем-то, плевать, где носит эту невротичку, но она думает о ней чисто ради приличия. Рихарда не откликается нигде. К вечеру второго дня Флоренция находит другую девушку на роль подружки невесты и, кажется, окончательно забывает про Рихарду Нахтмар, как про страшный сон. Теперь она иногда думает, что Рихарда и вправду была всего лишь её страшным сном. А ещё у Флоренции пропала ярко-розовая пушистая заколка, и вот уже два дня прошло, как никто не может её найти. Третий день — день свадьбы. Флоренция в хорошем настроении, Флоренция взволнована, Флоренция никак не может утихомириться. Ей подруга предлагает посмотреть новости, даже не вникать, а просто полистать. В мире сейчас хорошее время. Плохих новостей не будет. В новостях первой же строчкой новость о смерти женщины-мотоциклиста в отдалённом районе Берлина. Подруга предлагает пролистать, но Флоренция видит на фотографии разметавшиеся по земле огненные волосы. Это Рихарда. На фотографии зацензурировано всё, кроме белого лица с чёрными очками и худой маленькой руки, навсегда замершей на груди. Риша прижимала к сердцу заколку Флоренции и какую-то фотографию… Какую, рассмотреть было невозможно. Сожаление? Нет. Горечь потери? Нет, Рихарда для Флоренции никто. Заколку только жаль…

***

Рихарда Нахтмар приходит в себя на том свете. Что почувствует Флоренция, когда узнает об этом всём? Почувствует ли она что-нибудь вообще? Вокруг Риши собираются ангелы. Риша знает откуда-то: надо идти с ними. И идёт. У Рихарды огненные волосы с чёрными кончиками и спокойные травяные глаза под непрозрачными очками… Теперь они уже не зелёные, а золотисто-янтарные. У Рихарды при жизни не было суперспособностей, только неуемная фантазия. А теперь ей говорят, что есть, что ими всего лишь надо научиться пользоваться… Что это несложно… «Флоренция смотрела на меня, как на демонессу», — вспоминает Рихарда и улыбается. Теперь оно так и есть. У Флоренции чистая, светлая кожа, длинные русые волосы, заплетённые в тугую косу, ледяные, ясные глаза и, кажется, совсем нет ни души, ни сердца.