72 Голодные Игры

...От пушки моë сердце начало биться быстрее, а когда я повернула голову, то перед глазами начало всë плыть. Передо мной лежал Дэвид с копьëм в левом бедре. Я поворачиваю голову направо и вижу Áлмаза, который лежит на земле со стрелою в сердце. Я просто сижу и смотрю на Дэвида, который так и хочет громко закричать от боли. –Вытащи.. Вытащи.. копьë, –цедит сквозь зубы мой напарник. –Это будет очень больно. –Вытащи его! –громко кричит Дэвид. Я встаю, берусь за копьë и на счëт три вытаскиваю его. Дэвид вопит из-за сильнейшей боли. И мы слышим пушку. Я резко смотрю на Катару. –Думаю это Дáрия, из Второго. Ты метнула в неё нож, –подсказывает мне трибут из Пятого. Мы с Катарой пододвигаем Девида к дереву, чтобы он сел. Его рана выглядит ужасно, с этим могут справяться только капитолийские врачи. А я ничего не смыслю в таких ранениях. Понятие не имею как их обрабатывать и что с ними делать. –Думаю, сначало надо её промыть. У нас есть обезболивающее, оно может помочь, –говорю я очень быстро. –Потом, думаю у нас есть много спонсоров, может быть нам дадут лекарство. Плюс скоро может быть пир. Тебе пришлют лекарство и мы... –Мечи..успокойся, –перебивает меня Дэвид. –Я не смогу дотерпеть до пира, а лекарство слишком дорогое. Мне очень плохо сейчас. Обезболивающее не сможет мне помочь избавиться от этой адской боли.. Поэтому прошу, дай..мне..нож! –последние три слова он произносит с напрягом. От одной только мысли, что ничего нельзя сделать по моему телу проходят мурашки. Я не могу поверить, что Нету другого выхода. Смотря на него, я понимаю, что он мучается, но мы нашли друг друга только позавчера. Неужели время так скоротечно, что забирает у меня не просто союзника, а друга? Самого настоящего друга. –Я не хочу, чтобы это происходило. –Рано или поздно это бы произошло. Мы оба это знаем...Сделай...сделай то, что должна. Что ты и хотела. Хорошо? –я качаю головой в знак согласия, и с моих глаз стекает слезинка. –Убереги её, –показывает Дэвид на Катару. –Не смей допустить, чтобы наша смерть была напрасной. Не смей, поняла? –Я всë сделаю, как мы и договаривались. Обещаю, –я достаю из пояса среднего размера метательный нож. И перед тем как отдать его ему, обнимаю Дэвида. –Прости. Прости, что втянула тебя во всë это. Если бы не я, то... –Эй! Мы оба знаем, что я сам этого хотел. Не говоря уже о том, что при любых обстоятельствах я не хочу возвращаться домой.. Ты сделала меня полезным. Надеюсь, что я смог спасти хоть чью-то жизнь, –говорит он и разжимает объятия. Потом я отдаю ему нож. –Забери лук, –я подбираю лук, валяющийся на земле, а потом забираю колчан со стрелами. Дэвид отдаëт Катере свой рюкзак. –Доверяй ей, –обращается мой земляк к Катаре. А она лишь качает головой в знак согласия. –Всë. Идите. Я беру Катару за руку и слышу, как Дэвид говорит не оборачиваться. Пройдя чуть меньше двадцати метров, мы слышим крик Дэвида и..Выстрел пушки! От пушки моя рука на автомате закрывает рот, а из глаз ручьём потекли слëзы. Я веду Катару по направлению к пещере, а из глаз до сих пор текут слëзы. Почему? Почему Капитолий так жесток? Мы всего-лишь пешки в их руках, но так не должно быть! Как же хочется, чтобы всë это изменилось. Я больше никогда не хочу видеть, как умирают трибуты, не хочу видеть эти тупые Арены, напичканные всякими ловушками, эти Игры и этот Капитолий, конечно безусловно красивый, но слишком противный для меня. Хочу чтобы всем Играм пришëл неминуемый конец, а наш тупой президент, Кориолан Сноу, гнил в гробу с перерезанной глоткой. Мир без Голодных Игр. Какой он? В любом случая я никогда это не узнаю. Но надеюсь, что когда-нибудь это случится. Мы доходим до пещере и заходим в неё. Я сразу же сажусь, облокотившись к стене, и из моих глаз до сих пор текут слëзы. –Аааааааа! Почему так?! Катара подходит ко мне и обнимает. Гладит меня по голове, тем самым пытается успокоить. Она всë время говорит, что всё хорошо, чтобы я пришла в себя. Но я не могу успокоиться, такое чувство, что я начинаю сходить с ума. Знаю одну победительницу из нашего Дистрикта, два года назад она сошла с ума из-за того, что её напарнику отсекли голову прямо на её глазах. Возможно, именно поэтому Дэвид говорил не оглядываться, но даже не видя его тела, мне всё равно очень плохо. Через несколько минут я всë же успокаиваюсь. По-большей части от того, что я должна приглядывать за Катарой, а не она за мной. Некоторое время мы сидим в мëртвой тишине. Никто не решается начать разговор или не знает, что именно сказать. –Ты голодна? –спрашиваю я свою новую союзницу. Она качает головой в знак согласия. Я встаю, беру большой нож и отдаю ей. –На всякий случай, –подсказываю я ей. –Сиди здесь, я пойду поймаю рыбу, приготовлю и приду. Хорошо? –Да, –говорит она тихим хриплым голосом. Я выхожу из пещеры и почти сразу же начинается маленький дождик. Сейчас около полудня. Я просто стою и наслаждаюсь мелким дождëм, не решаясь пойти к реке. Как вдруг слышу мелодию и на землю опускается парашют с номером моего Дистрикта, а затем и ещё один. Я открываю один и вижу там гречку с кусочками мяса. Закрываю его и открываю другой, в другом две пышных булочки и маленькая коробочка повидла. Я захожу обратно в пещеру. –Нам прислали еду, –говорю с натянутой улыбкой я. Мы делим еду и всë съедаем. Гречки с курицой нам прислали достаточно много, так что лично я объедаюсь до отвала, а то если честно рыба как-то поднадоела. –Ты хорошо знала Дэвида? –спрашивает меня Катара, доедая свою часть. –Да.. Достаточно хорошо, чтобы назвать его другом.. Он был очень хорошим. А в Дистрикте одним из немногих у кого можно было попросить помощи, а он бы с радостью тебе помог. Он один из немногих людей, кто относился ко мне хорошо в школе, хотя я всегда была очень замкнутой и многим это не нравилось.. Я.. Я никогда не забуду его доброту и самопожертвенность, –говоря о нëм, у меня опять начинают слезиться глаза. –Мне очень жаль. –Как ты так долго прожила? Мне кажется, если бы не респиратор, то я бы умерла в первый же день, –интересуюсь я и тем самым перевожу тему. –У Рога, как ты и сказала, я побежала в лес, потом меня нашёл Бруно, –я только сейчас вспоминаю, что он вчера погиб. –Он успел прихватить бутылку воды и пачку крекеров. Все ночи мы спали в лесу, на деревьях. Вчера вечером нас нашли Дáрия и Áлмаз. Они успели убить Бруно, а я спряталась на дереве. Сегодня я хотела быстро убежать, пока они спали, но Дáрия проснулась. Потом я встретила вас. –Мне очень жаль Бруно.. Откуда у тебя эти чёрные пятна на лице и руках? –спрашиваю я. –Распорядители выпустили комаров-переродков. Они в лесу летают стаями и очень сильно нападают. Эти пятна остаются от их укусов. Меня покусали на второй день, на следующий день у меня начался жар. Не знаю как, но мне прислали обезболивающее. –Ты для своего юного возраста выглядишь очень сильной, не удивительно, что у тебя есть спонсоры. –У тебя их намного больше..как и шансов на победу, –добавляет она очень тихим голосом. –Помнишь, что я тебе говорила при нашем первом знакомстве? Я не хочу победы. Мне она не нужна. –Ты не хочешь вернутся к семье? –интересуется Катара. –В любом случае они справятся и без меня. Я люблю свою семью и за всë им благодарна, но я не хочу возвращаться к прежней жизни. Та жизнь не даст мне в общем счëте Ничего. Я никогда не создам семью, не буду рожать детей. У меня нет смысла жить. Моей семье будет хорошо и без меня. –Откуда ты знаешь, как им будет без тебя?! Что, если бы ты выиграла, встретила бы правильного человека и создала бы с ним семью?! Ты не можешь быть уверенной на все сто, что твоя жизнь не может измениться.. И! Даже если твоя семья и справится без тебя, то тебя им точно будет не хватать. –Зачем ты мне говоришь всë это? –не понимаю я. Почему она хочет изменить мою точно зрения?! –Просто хочу, чтобы ты поняла, что ты тоже важна. Возможно тебе наплевать на тех людей, но ты можешь быть важна им, как человеку нужен кислород. –Ты тоже важна кому-то. –Я знаю. Я и не говорю, что кому-то не важна. Просто ты не ставишь себя всерьёз. Ты заботишься сначала о других, а уже потом о себе, а так не должно быть. Самой главной целью в твоей жизни должна быть ты сама, а не кто-то другой, –ей точно двенадцать? Такое чувство, что я разговариваю с человеком, который на лет десять старше меня. –Тебе точно двенадцать? –интересуюсь я. А Катара лишь многозначительно улыбается. Весь оставшийся день проходить без приключений. Когда уже начали садиться сумерки, я всë же пошла к реке. Благодаря луку быстро подстрелила пару рыбин, приготовила их, а потом мы начали решать, где будем спать. В итоге решили переночевать сегодня здесь, но вахту мы нести не будем. Из-за этого я ещё раз посмотрела, чтобы наша пещера была очень хорошо ограждена и не видна. Когда мы уже хотели заползти в спальный мешок и лечь спать, зазвучал гимн. Мы с Катарой вышли. На небе красовался Áлмаз, Дáрия и Дэвид. Три профи в один день — большущая редкость для Игр. Сегодня наверняка капитолийская публика была в восторге от таких кровавых страстей. Интересно им приятно было смотреть, как Дэвид совершает самоубийство?! Для них это всего-лишь шоу, они не понимают, что мы настоящие люди, которые просто вынуждены тут бороться за жизнь. Как же мне хочется просто взять и отправить сюда капитолийских детишек. Пусть поймут как это, вот тогда я и посмотрю на них. Думаю за этим шоу будут наблюдать все Дистрикты с неимоверным наслаждением. Мы заходим обратно в пещеру и ложимся спать. Катара очень быстро засыпает, а у меня всë время перед глазами Дэвид. Я до сих пор не могу поверить, что его больше Нет. Такое чувство, что я сейчас проснусь от этого ужасного сна и увижу его целого и здорового. Но этого не случится. Вот и пятый день на Арене подходит к концу. По итогу осталось всего семь трибутов. Сейчас у наших семей берут интервью, если бы Дэвид не совершил самоубийство, то и его семья также приняла бы участия в интервью. Интересно, что спрашивают у моих родителей, брата и сестры? Хотя на самом деле это не важно, в любом случая я никогда этого не узнаю. Через полчаса я всë же засыпаю, хотя сплю очень плохо. Всë время просыпаюсь от различных резких звуков и движений. Но несмотря на это, поспать мне всë же удаëтся и вполне неплохо. Эта ночь выдалась очень холодной, как и следующий день. Именно поэтому до самого полудня мы просто сидели в пещере под спальным мешком, завтракали рыбой и просто болтали. Катара мне рассказала про свою семью. Отец Катары работает на гидроэлектростанции, следит за её исправностью и в критических ситуациях чинит. Мать Катары работает подсобным рабочим. У Катары есть старшая сестра, которая на четырнадцать лет старше её. С детства Катара хотела, как и её отец работать на гидроэлектростанции, поэтому в школе она всегда училась очень хорошо. –Папа очень часто берёт меня с собой на работу, хотя это не очень приветствуется. Но из-за того, что все знают, что я когда-нибудь займу место отца, никто ничего не говорит. Как же я хочу, чтобы ты увидела гидроэлектростанцию. Она такая огромная! –разводит руки Катары. Её рассказы мне поднимают настроение. Плюс так прекрасно можно убить время. –А ты чем занималась в своëм Дистрикте? И расскажи мне про свою семью. Ты на интервью говорила, что у тебя есть младшая сестра. Расскажи мне о ней, –просит Катара после минуты молчания. –Мой отец-изготовитель сетей, а мама работает учительницей в школе, младших классов. У меня есть старший брат, ему девятнадцать, он помогает отцу с продажей и изготовлением сетей. В будущем возможно откроет отдельное своë дело или станет приемником отца, что вполне вероятно. Моей младшей сестре, как и тебе двенадцать. Она очень сильно отличается от нас с братом, как внешне, так и характером. Она более спокойная, в тоже время общительная, очень добрая и жизнелюбивая. Не то, что я, –с последних слов я усмехаюсь. Да уж человеком, который любит свою жизнь я точно себя никогда так не назову. –В Дистрикте я ничем не занимаюсь. Нигде не нашла себя, как например ты. Много времени я люблю проводить на берегу, если бы можно было, то я тебе бы показала всю красоту нашего океана в Дистрикте. Я знаю одно очень хорошее место, где никто не рыбачит и можно побыть наедине со своими мыслями и переживаниями. –Вот ты рассказываешь, а я так и хочу там очутиться. Думаю, что там очень хорошо. –Так и есть, –соглашаюсь я. Через несколько часов всë же начинает теплеть, и мы вдвоём отправляемся к реке. У реки тумана Нет и, заметив пролетающую птицу, я сразу же её подстреливаю. Спасибо луку! Катара тем временем нашла куст земляники и собрала несколько ягод. Когда мы пошли готовить птицу, которую я подстрелила, то мы начали замечать жужжание. –Это те комары. Они направляются к нам, –говорит Катара. Видно, что она очень нервничает и не хочет быть опять укущанной этими переродками. Через минуту после её слов, мы слышим мелодию и прямо в руки Катары опускается парашют с номером её Дистрикта. Она открывает его. –Это вата. И тут жетон с надписью: “Йод”. До меня сразу доходит, что нужно делать. Я быстро достаю из рюкзака флакон йода, который даже не открывала. Вату наматываю на ветку и пропитываю йодом. –Мерседес, они уже близко, –подгоняет меня моя союзница. Я сразу поворачиваюсь и держу перед собой ветку. И только сейчас вижу большую стаю комаров. Эти комары не большие, наоборот они очень малкие, больше похожи на мошек. Я взмахивая веткой и они почти сразу улетают. –Комары боятся йода?! Серьёзно?! –с недоверием спрашиваю я саму себя. –Но они ведь не обычные комары, а мутированные. Их создали специально для Игр. Логично, что Распорядители придумали хоть какое-то средство, чтобы спастись от них. –Ты случайно не заметила, что на этих Играх Распорядители чрезвычайно добрыми стали? –язвлю я. Но на самом деле я говорю чистую правда. Возможно это потому, что в этому году новый Главный Распорядитель, Сенека Крейн. И он решил сделать первые свои Игры более лояльными что-ли. Хотя на самом деле на Арене очень много всего опасного: густой туман, комары-переродки, плохая видимость, из-за которой ты плохо видишь других трибутов, ещё и холодная погода, от которой можно по щелчку пальцев получить простуду. Удивительно, как только Катара не заболела, хотя жила всё это время без спального мешка?! Мне кажется, я бы давно от охлаждения умерла бы. Мы заканчиваем приготавливать птицу и возвращаемся обратно в пещеру. Перед тем как зайти внутрь, я обмазываю вход пещеры йодом, на всякий случай. Остаток дня мы также проводим в пещере. Но всë время слышим жужжание, хотя когда я выхожу из пещеры комаров там Нет. Этот звук мне очень не нравится. Может быть Распорядителям достало то, что мы всë время проводим в пещере и хотят, чтобы мы пошли в какое-нибудь другое место. Или возможно эти комары охотятся за другим трибутом, который находится недалеко. От мысли, что соперники где-то рядом во мне просыпается чувство осторожности. Нам надо быть намного тиши, осторожней и осмотрительней. Не хватало ещё и на трибута напороться. Сегодня на небе не появилось ни одного трибута. Нас до сих пор семь. Лично меня это не радует. Для меня лучше всего, чтобы поскорее погиб Луи. С остальными трибутами будет расправится намного проще. Но для начала надо вспомнить, кто до сих пор жив. Я, Катара, Луи, доброволец из Десятого, девчонка из Двенадцатого, вроде бы парень из Восьмого и... Я не помню. Понятие не имею, кто седьмой?! С этим размышлением я проваливаюсь в неглубокий сон. Я и Катара спали очень плохо, всë время мешало это жужжания. Поэтому рано утром мы поели и решили отправится на поиски нового убежища. Собрали все вещи и пошли дальше в гору. Пещера находиться совсем в начале горы, вполне возможно, что дальше тоже есть пещеры, что в общем мы и ищем. Несмотря на то, что наши ботинки с шипами, идти по горам всë же очень тяжело. Хорошо хоть, что они не крутые, и нас окружают, хоть и нечастые деревья. Так проходят несколько часом. Не могу сказать, что мы устали, но уж точно выдохлись. Густой туман сейчас поднялся, внизу он не сильный, но всë же есть. Катара встаëт на камень, а следом за ней и я, но вдруг она падает назад. Я смотрю на неё и вижу в её животе топор, смотрю вперëд. Почему именно сейчас я вспомнила кто же тот седьмой? Почему я не смогла его вспомнить вчера? Я сразу метаю нож и попадаю прямо в голову коренастому пятнадцатилетнему парню из Девятого. Сразу же Звучит пушка. Я укладываю Катару себе на колени и понимаю, что ничего нельзя сделать. Почему? Почему я не смогла её спасти? Неужели Дэвид тогда погиб зря? Неужели всë, что я делала было именно для такого итога? С моих глаз стекают слëзы, а в голове очень много вопросов. –Прости. Прости, что не смогла тебя спасти. Умоляю тебя, прости. –Ты не должна была, –тихим хриплым голосом говорит моя союзница. –Обещай, что победишь, –я смотрю на неё с непонимающим взглядом. –Сделай так, чтобы моя смерть и смерть Дэвида не были напрасными. Сделай это, –умоляет хриплям голосом Катара и с её глаз стекает слезинки. –Ты достойна победы как никто другой.. Ты.. ты сделаешь, о чëм я..прошу тебя? –я качаю головой в знак согласия. Её глаза закрываются, и с них стекает последняя слезинка. Ещё несколько секунд я сижу так, а потом Звучит пушка...