Понарошку

Мишка мельком глянул в расписание, понял, что сейчас их поток ждёт практика по станковой живописи, и пошёл в мастерские, что находились в самом дальнем закоулке реставрационного училища. Дверь аудитории была ещё закрыта, и Миха, небрежно бросив сумку на лавку, огляделся. Андрюха куда-то слинял, но зато у окна со скучающим видом стояла в компании всего двух подружек та самая Ирка, которая перевелась в их группу после зимних каникул и совершенно внезапно вскружила Мишке голову одним своим видом. Он опять упёрся в неё взглядом, глотая слюни, сделал глубокий вдох, набираясь решимости, и, встав чуть поодаль, вальяжно облокотился на подоконник. Надо было как-то заговорить, но Миха стоял пень пнём и глупо молчал. Иркина подружка Лена подняла на него глаза и спросила: — Чего тебе, Миша? — А я… Это, спросить хотел, Князя не видели? — чувствуя себя полным идиотом, выдал Горшок первую пришедшую в голову фразу. — Нет. А ты не можешь без него и пяти минут прожить? Да вон он идёт, — кивнула, хитровато улыбаясь, девушка на начало коридора, где как раз появился Андрей в компании одногруппников. Миха вдруг представил, как восторженно-насмешливо поползёт вверх бровь Князя, когда тот узнает, что Мишка не смог элементарно пригласить девчонку на свидание, разозлился на весь мир и на одном дыхании выпалил: — Ирка, а ты чё сегодня вечером делаешь? Пошли со мной в кино? — В кино? С тобой? — удивлённо протянула Ирка, прошлась по Михе острием взгляда и покачала головой. — Нет, я очень занята. — А завтра? Или послезавтра? — с надеждой в голосе спросил Мишка. — Ой, не знаю пока, но скорее всего, тоже не смогу. Дел невпроворот, — развела руками девушка и вернулась к разговору с подругами, вмиг забыв о Мише. Он отошёл, сел на скамейку и попытался понять, что это было. «Блять, это она меня только что культурно отшила, или действительно у неё дела? Может, попробовать ещё раз? Точно, предложу после пар проводить её до дома», — решил Мишка, слегка ослеплённый своей влюблённостью, и губы его тронула мечтательная улыбка. — Миха! — щёлкнул пальцами у него перед лицом Андрей. — Пошли, сейчас пара начнётся. Будем ваять очередной «шыдевр». Мишка послушно встал и пошёл в мастерскую вслед за Князевым, где они всю пару перерисовывали скучный пейзаж то ли Шишкина, то ли Левитана. Миха не любил работать с красками, тем более на заданную тему, и, чтоб тупо убить время, просто возюкал кистью по старому холсту, украдкой поглядывая на старательно трудящуюся Ирку. Андрей тем временем со свойственным ему юмором чудил и превращал обычную березовую рощицу в кладбищенский лес с мертвяками, что высовывались из гробов, и разными другими тварями, неприлично обнажёнными. Мишка случайно глянул ему через плечо и чуть не упал со стула от смеха. А старик-художник, который преподавал живопись, при проверке работ едва не получил инфаркт, разорвал картину Князя и, надрывно вопя, долго упрекал его в надругательстве над произведением искусства и вандализме. Андрей, оттирая с рук пятна краски, молча кивал с абсолютно невозмутимым видом, а когда прозвенел звонок, первым вышел из аудитории с гордо поднятой головой. Миха вылетел следом и наконец расхохотался на весь этаж, не в силах больше удерживать смех, душивший его на протяжении последних тридцати, если не больше, минут. — Ну ты дал, Андрюха. Осквернил такой пейзаж! — давясь хохотом, передразнил препода Мишка, и в порыве эмоций толкнул Андрея так, что тот чуть не отлетел к стенке. — Эй, ты чё? Меру-то знай, — полушутя, но возмущённо воскликнул Князь и тоже двинул плечом. В такой дурашливой борьбе, пугая преподов и зазевавшихся студентов, добрались они до гардероба, посдёргивали с крючков куртки и рванули побыстрее к выходу, на долгожданную свободу. Вернее, рванул один Андрюха, а Мишка встретил Иру, буквально выскочив ей наперерез, и, взлохмаченный, взбудораженный азартом борьбы, сказал, не успев стушеваться: — Ир, а давай я тебя до дома провожу? — А давай без давай? — ответила она, одеваясь. — Мне некогда, и вообще нам не по пути. Чао, Миша. «Эх… — вздохнул Мишка, а настроение его упало быстрее, чем столбик уличного термометра при внезапном похолодании, — опять не получилось». — Слушай, Миша, — оказалась около него Лена и сочувственно вздохнула, — ты со своими подкатами вообще невовремя. Ирка совсем недавно со скандалом рассталась со своим парнем, тем ещё кобелем, и ей не до тебя. — Да разве это подкаты? — постарался представить себя в выгодном свете Миша. — Я просто хочу подружиться, на самом деле. Мы же в одной группе, не чужие люди. Ладно, проехали. Эй, Андрюх! Стой! Он догнал Князя и вложил ему в руку одолженные деньги. — Забирай обратно. Ничего не выходит. Эта Ирка на меня и смотреть не хочет. — Вот ведь фифа! — искренне воскликнул Андрей, которому стало обидно за Мишку. — Слушай, Мих, не кисни, мы что-нибудь придумаем. — Да чё тут придумаешь? Её кинул какой-то урод, и она теперь в обиде на всех мужиков. Ну, понимаешь, да? — М-да, ситуация, конечно, так себе… Но сдаваться рано, Мишаня. Эта Ирка ещё будет у тебя в ногах валяться и вертеться на твоём х… Тихо, тихо, это шутка! — заорал Андрей и бегом побежал к своей троллейбусной остановке, стремясь оторваться от разъярившегося Михи. Горшок нагнал его и со спины придавил коленом к ближайшему бетонному столбу. — Попался, шутник, — прорычал он, но под негодующе-удивленными взглядами прохожих быстро засмеялся и выпустил Андрея. — Ладно, Князь, пока. Поеду к себе, посижу с гитарой. Звони, если чё. — Бывай, Мих, — Андрюха хлопнул Горшка по спине и скрылся в подъехавшем троллейбусе. «Зачем вообще эти девчонки, если есть такие классные друзья? — неожиданно подумал Горшок, неспешно двигаясь в сторону автобусной остановки, и в задумчивости угодил прямо в лужу, промочив старые тряпичные кеды. — Хотя… Не, трахаться-то ведь тоже с кем-то надо. Но, блять, с девицами этими столько заморочек… И приходится их терпеть, ради, сука, красивых сисек и шикарных задниц». Мишка вздохнул, втиснулся в плохо открывающуюся половинку двери автобуса, забился в угол, чтоб не докучали назойливые пенсионерки, и, прислонившись к окну, за которым уже темнело, задремал, потому что ехать нужно было прямиком до конечной.

***

В сгущающихся сумерках Андрей, передергиваясь от холодных капель противно накрапывающего дождя, очень быстрым шагом почти бежал к своему подъезду, как вдруг из подворотни услышал не обещающий ничего хорошего пьяный гогот. — Ой, это что тут у нас за Чебурашка? — перегородил ему дорогу незнакомый парень, прыщавый и слюнявый. — Ещё и с серёжкой. Ха, походу, ты не Чебурашка, а Голубой щенок? Андрей знатно охуел, не ожидая таких наездов в своём родном районе, поплевал на кулаки и, будучи не пальцем деланным, прицельно двинул обидчику в аккурат промеж бровей. Любитель советской мультипликации, схватившись за лицо, пьяно и бестолково замахал руками в ответ, но промахнулся. На шум драки откуда-то подскочили местные кореша, сразу же признали Андрея, рассыпались перед ним в извинениях и увели незадачливого задиру подальше от тяжёлого удара Князевой руки. Андрюха добрался до уютного тепла квартиры и, по очереди посетив туалет и ванну, с размаху упал на мягко спружинивший диван и задумался, машинально касаясь пальцами серьги в ухе, которая часто становилась поводом для идиотских высказываний со стороны недалёких людей, но Андрею на всех было глубоко похуй. Ленивые мысли бильярдными шариками сталкивались в голове и разбегались по разным углам, путаясь и перемешиваясь. Андрюха попытался выцепить из их многообразия какую-нибудь дельную идею для стихотворения или рисунка, но ничего ценного не было. Полежав ещё немного, Князь, бросив взгляд на гитару, вспомнил Мишку, его неудавшееся свидание, замер, что-то придумав, и громко рассмеялся. «Какой только бред в голову не придёт. Расскажу завтра Михе, поугараем вместе!» — решил он и, прогнав к чертям все надоедливые мысли, пошёл на кухню. Утро следующего дня одарило Питер яркими пятнами солнечных лучей и сочно-голубой высотой весеннего неба. Настроение у Андрюхи было приподнятым, и он подумывал вообще не ходить сегодня на учёбу, но шальная мысль, что возникла вчера в голове, свербила мозг, и Князь понял, что если срочно не поделится ей, прикалываясь, с Мишкой, то проведёт день впустую. На первую пару Андрей благополучно опоздал, нагло завалившись в кабинет посреди лекции, и, небрежно извинившись, тихо сел рядом с дремлющим Мишкой. Убедившись, что он не заметил его появления, Андрюха приблизился к Мишкиному уху и достаточно громко рявкнул: «Подъём!» Миха ошалело поднял голову и хотел было вскочить, но Князь удержал его за рукав и оценивающе полюбовался заспанным видом. Мишка, увидев, что будит его не препод, а придурочный сосед по парте, показал ему фак, потёр глаза с небольшими кругами под ними, зевнул и опять уютно положил голову на сложенные руки. — Чё, всю ночь не спал и думал о своей даме сердца? — засмеялся Андрей, на что сначала Мишка отрицательно помычал, а потом всё же решил пояснить словами: — Дурак я, что ли? Просто с парнями пиво пили да по району шатались. Пришёл под утро, а через час уже вставать. Я б спал дальше, так батя бдит, чтоб я не прогуливал. — Понятно. А вот я, — Андрюха пафосно приложил руку к груди и серьёзно продолжил, — тоже глаз не сомкнул, каждую минуту думал, как же помочь моему дорогому другу завоевать неприступную принцессу. — Ой, да не гони, — хмыкнул Миха и опять зевнул. — Дай поспать. — Да не время спать, Горшок! Я такую штуку придумал! — бесцеремонно толкнул его Князь. — Ты посмотри на Ирку-то? Классная же она, да? Вся такая, такая… — Андрей, завались, — отмахнулся Мишка и пробурчал. — Дразнится ещё… — Ну, не нужна моя помощь — дело твоё, — Андрюха придал себе обиженный вид и стал что-то рисовать, а Миха опять прикрыл глаза. Выспавшись, на перемене он взбодрился, а после того, как мимо проплыла Ирка в красивом платье, совсем оживился и пристал к Андрею, выпытывая, что же тот придумал. Андрюха сперва из вредности молчал, но потом рассказал всё, что хотел, и остаток перемены занимался тем, что носился от Мишки по всем этажам, уворачиваясь от оплеух. — Ты идиот! Это, блять, ненормально! — Так для пользы дела! — Какой пользы? Я вообще не вижу в этом никакой логики. Ни за что на свете я на такое не соглашусь! — Зато прикольно! Понарошку же! — Да похуй. Это, в конце концов, мерзко и подло, ё-моё! — Ой, какие высокопарные слова! Расслабься, я просто пошутил, — поднял руки вверх Андрей, когда Миха загнал его в угол под лестницу. Горшок слегка расслабленно выдохнул, погрозил Князю кулаком и, развернувшись, собрался уходить, но Андрей, загибаясь от ржача, шлепнул его по заднице и фальцетом пропищал: — Ну куда же ты, сладкий мой? Горшок взревел, прижал Андрея к стене и, тихо чеканя каждое слово, произнёс: — Я не гомик. И притворяться им не собираюсь. А ты, дебил, лучше не зли меня. Понял? Не дожидаясь ответа, он быстро пошёл на лестницу, шуганув столпившихся там очевидцев их разборок, а Князь проводил его взглядом, развёл руками и сказал в пустоту: — Милые бранятся — только тешатся.