По лезвию ножа

У меня сегодня много дела:

Надо память до конца убить,

Надо, чтоб душа окаменела,

Надо снова научиться жить.

Анна Ахматова

  8 лет назад         Уютный домик стоял почти в центре небольшой деревни. Оранжевую крышу можно заметить издалека, сам дом покрашен чёрной краской, почти вся семья участвовала в постройке этого дома. И вот он стоит уже 10 лет, лишь изредка подкрашиваясь. Все в этой деревне друг друга знали, с новичками всегда доброжелательны, не было такого, чтобы хоть один человек оскорбил другого без причины. Разные страсти происходили, конечно. Кто-то кому-то изменил или поругались, об этом всегда узнавала вся деревня, слухи некоторые очень уж любили. Нескончаемые слухи как грязь распространялись по деревне заляпывая её со всех сторон. Много кто боролся за то, чтобы прекратить это всё, но разве люди послушают? Каждый поступает по-своему, не обращая внимание на других.       Домик старушки миссис Харпер всегда был открыт для друзей, знакомых, родственников, даже детишки к ней забегали. Знали эту старушку все. Раньше эта женщина помогала всем по мере возможности отдавая всю себя, сейчас эе она на пенсии и вот миссис Харпер в своём фирменном бежевом фартучке раскатывала тесто для пирожков с вишней, которые частенько готовила своей внучке. Двое одиннадцатилетних детей носились по дому за белым котом по имени Барс. Барс появился у миссис Харпер года 3 назад, она подобрала его с улицы совсем худого. Те детишки совсем уж его достали, но котик терпит. Девчонка спотыкается, чуть не влетев в стену, тут же слыша с кухни: – Дети, аккуратнее, смотрите под ноги! – Миссис Харпер всегда была заботлива и любила свою внучку. Что уж там говорить про её друзей. Каждый раз внученька звала своих друзей и подружек в гости, когда приезжала к любимой бабуле. – Мы играем, ба! - кричит сероглазая девчонка и валит своего друга на пол, крепко обнимая его. Лучший друг даже не сопротивлялся, обнимая эту «лисичку» как он её прозвал. Хитрая как лиса.       Бабушка лишь хихикает на это, помечая для себя, что лучше убирать бьющиеся вещи на высокие полки, а то эти детишки что-нибудь снесут или разобьют, что ещё хуже сами же и порежутся об осколки. – “Лишь бы сами не убились”- думает она, выкладывая начинку в пирожки и слепляя края вместе, сырые пирожки она выкладывала на противень, смазывая их желтком.       Тут же раздаётся звонок мобильного телефона, который миссис Харпер подарил её зять, хотя она отнекивалась и запрещала дарить себе такие дорогие подарки, но что уж тут поделаешь, если «Отказы не принимаются»? Сколько не спорь с ними, всё равно будут дарить. Они стараются сделать приятно таким образом и мисс Харпер позволяет. Вытерев руки полотенцем, которой весело на стуле, она взяла телефон. Высветившийся контакт «Доченька» начинает настораживать. Почему-то сердцу стало не спокойно, предвещая что-то плохое. Обычно материнское сердце никогда не ошибается, от этого стало дурно, голова загудела. Женщина приняла вызов и поднесла телефон к уху. – Здравствуйте, вы являетесь матерью мисс Велории Джонс? – Мужской голос раздался на том конце, немного грубоватый и с хрипотцой. – Здравствуйте, да, я её мама, кто вы и почему у вас её телефон?. – Голос подрагивает, выдавая волнение и страх, сердце разбушевалось, стуча всё быстрее, не давая никакого покоя. – Велория и Максимилиан Джонс попали в аварию и, к сожалению, в больницу их привезли уже мёртвыми, мы вам соболезнуем… – Что дальше говорил врач миссис Харпер уже не знала, она смотрела на свою внучку, которая так не вовремя забежала на кухню и уже стояла со слезами на глазах. У телефона слишком хороший динамик. Дальше всё как в тумане, нет понимания как так вышло. Только моменты. То, как падает бабушка на пол, хватаясь за грудь в районе сердца, как друг вызывал скорую, дрожащими пальцами набирая нужный номер, пока девчонка умоляла бабушку открыть глаза. Врачи успокаивают двух безутешных детей, не знающих, что им делать, как быть? И, наконец, кома бабули, без шанса на пробуждение. Столько слёз пролилось с того дня, бесконечные слёзы и крики в подушку. В тот день потеря всех была просто невыносимой. Сердце ныло, его терзало. Сероглазую девочку определили в детдом, а голубоглазый мальчишка мог лишь навещать её и то, вскоре, он исчез из города, в котором осталась его лучшая подруга. Девочка потеряла всех, не зная куда деться. В горле стоял ком, слёзы текли ручьём, когда из больницы позвонили с новостью о смерти бабушки. Сердце словно остановилось на минуту. Жизнь почернела в щелчок пальцев, время застыло на совсем, что делать было не понятно. Хотелось кричать, хотелось снова расплакаться, хотелось умереть. Этот ужас, потеря любимых людей, не описать как же это больно, вспоминать столько счастливых моментов, столько всего не успели сделать, столько всего не успели сказать друг другу. В голове застыли образы этих людей, что не покидаю голову, душу сжимали руки одиночества и осознания. Сама душа стала пустой, потеряла все краски и чувства. Невольное бормотание имён, просьбы вернуться так и останутся неуслышанными, так и не придёт никто, не обнимет больше бабушка, встречая на пороге. Не будет мама больше петь колыбельные на ночь, а папа больше не будет поднимать на руки. Как же теперь? Пустота и холод. Мрак и тьма. Ничего больше. Всё это стало адским коктейлем с болью, слезами и криками. Одиночество стало верным другом, который как тень следует по пятам, не подпуская к тебе никого. Сердце периодически пропускает удары, заставляя задыхаться, а она всё пыталась сделать вдох, который так сложно давался. И вот. Наконец вдох, однако нет насыщения кислородом, кислород закончился. Кислород стал редким явлением. Лишь изредка можно было сделать вдох. Тот вдох, что позволял прийти в себя. Теперь она одна. Совсем одна…

***

Наши дни       Напряжённая минута молчания, ощущение, будто весь мир замер, слышно только два биения сердца, но лишь одно из них слишком быстрое, другое подозрительно медленное. Девушка приоткрывает глаза, смотря в голубые напротив. Эти переглядки длятся слишком долго, невыносимо ждать своей участи так долго.  “Почему он медлит?” – крутится в её голове, так и хочется спросить в слух, но рисковать не стоит. А парень всё стоит и ждёт чего-то, чего же? Так сложно понять. А маньяк ли он или просто местный гопник, которому нужны деньги?  Разницы нет.       Парень не хотел убивать, да и не мог он этого сделать. Сердце в груди билось медленно и спокойно, лишь мысли в голове метались от одной к другой, как же это возможно? Совсем недалеко послышались чьи-то тяжёлые шаги, явно этот человек в огромных ботинках с тяжёлой подошвой. Парень срывается с места и убегает во тьму бесконечных поворотов, оставляя за собой лишь шлейф из неизвестности и страха. Эльмира делает вдох, вот оно, насыщение кислородом. То чувство облегчения, когда цепи страха, что сковали совсем недавно, спадают. Сердце бешено бьётся в груди, ноги подкосились, девушка скользит по стене на холодный асфальт, мимо подворотни проходит мужчина в чёрном пальто и скрывается в одном из магазинов, он сам того не понимая, спас девушке жизнь, а хотела ли она этого спасения? Уже не известно. В это момент жизнь стала уж слишком ценной. Смерть ведь была так близка, практически дышала в затылок, обвивая тело своими ручонками, намереваясь забрать с собой, но она не смогла, не забрала из-за обычного прохожего. Вот так обычно и переворачивается чья-то жизнь с ног на голову. Один момент, шок и осознание. Проходит около минуты, и она приходит в себя, вставать на дрожащих ногах очень трудно, но у неё получается. Девушка направляется домой, часто оглядываясь. В памяти остался этот взгляд, это дыхание смерти и вряд ли это скоро пройдёт.       Многоэтажка, что была уже близко, на этот раз вызывала чувство скорой безопасности. Преодолев подъезд и лестницу, она заходит в квартиру и запирается, почему-то часто дыша. Стало очень душно, воздуха не хватало, страх захлестнул с новой силой, сдавливая горло, лишая кислорода. Эле оставалось лишь судорожно пытаться вдохнуть, за пару шагов она оказалась у окна и открыла его на распашку, трогая свои мокрые от слёз щёки. Когда она только успела заплакать? Однако слёзы обжигали нежную кожу. Что же происходит? Это нескончаемый кошмар. Так хочется проснуться, лишь бы это всё было чёртовым сном. Прошу. Прошу. Прошу…       Ничего. Абсолютная пустота, никакой помощи, никто так и не услышит эти просьбы. Лишь пара глубоких вдохов и в памяти всплывает колыбельная. Тихо напевая её строчки Мира, справляется с этим состоянием. Теперь в квартире достаточно холодно, она закрывает окно, повернув ручку. Руки сами находят мобильник и набирают нужный контакт. Мужской голос отзывается уже после второго гудка. – Алло? – голос чуть хрипловатый, будто спросонья. Слышится шуршание и шарканье, а после щелчок. – Мира? Что случилось? Не молчи, пожалуйста, я волнуюсь. – Приезжай пожалуйста…Мне так плохо… – некоторое время в трубке слышалось лишь тихое дыхание, а Эля периодически всхлипывала. – Буду через минуту. – звучит на том конце, дальше завершение звонка и гудки. Он приедет, точно приедет и будет о ней заботиться, возможно укроет пледом, возможно напоит чаем, что угодно, лишь бы просто был рядом и не бросал. Лучший друг, который стал дорог. Он прогулял сегодня институт и очень зря, ведь оставил крольчонка совсем одного среди шакалов, намеревающихся крольчонка разорвать на клочки. Люди жестоки, словно звери они, учуяв твою кровь, накинутся, желая съесть тебя с костями. Они и съедят, даже не подавятся. Лишь единицы смогут разглядеть твою израненную душу и обязательно помогут, укроют от этих зверей, стараясь защитить тебя. Нужно лишь найти этих людей среди сотен других. Действительно, это трудно, не каждому ведь душу открывать. Эльмира смогла открыться ему и получить такую нужную помощь и поддержку. Скоро будет легче, скоро он приедет. Скоро…  

***

      Запыхавшись, он забегает в квартиру на первом этаже здания, которое хотят уже года 3 как снести, всё никак не решатся. Кому надо заниматься этой совсем не нужной территорией. Квартира представляет собой полый кавардак, который он вряд ли будет прибирать сейчас, плевать, он пришёл за определённой целью. Совсем не верится, что это она. В голове молотком стучит обещание. – Мир, я вернусь, обещаю, мы ещё увидимся – Улыбка украшала его лицо, а в объятиях он стискивал эту душевно израненную девчонку – Не забывай меня, ладно? – Не забуду, возвращайся поскорее… – Голос пропитан отчаяньем, болью и грустью, она не верит ему, не верит в его возвращение. Так жесток этот чёртов мир, вечно лишает тебя самых любимых людей. Ненависть растёт.       Жизнь – штука непредсказуемая. Сталкивает с теми, кого уже и не надеялся увидеть. Голубоглазый роется в ящиках, вытряхивает из них всё содержимое, спустя минут 5 поисков он находит тот самый альбом с их детскими фотографиями. Столько всего накопилось в нём. Все лучшие моменты в нём, да в нём вся их дружба. Он пролистывает альбом, останавливаясь на фотографии в как раз после похода, он помнил это как сейчас. Мира тогда клеща подцепила и так громко плакала, когда его убирали. Она до безумия боялась разной живности, а вот он был её спасителем, рыцарем на белом коне. Что же произошло сейчас? Он чуть не убил её из-за своей же ошибки.  Ошибочная наводка напарника привела его к давней подруге. С помощью своего ноутбука, парень находит адрес Эльмиры и записывает на листочек, по карте стараясь запомнить дорогу.       В голове пометка навестить её, он уверен, она не узнала, она забыла и вряд ли вспомнит так быстро. Сейчас хочется узнать о девушке побольше. Прошло восемь лет. Надо же как летит время, иногда даже не понимаешь, как так происходит. Вроде совсем недавно они были ещё детьми, бегающими за бабушкиным котом или собирающими малину с соседского огорода. Голубоглазый тогда много украл для Эли. Влетело им обоим и очень даже сильно. Столько воспоминаний, как же он скучал по ней, как же скучает по этим беззаботным дням.  Из ностальгии вырывает вибрация телефона, оповещающая о сообщении. Достав телефон из кармана джинс, парень обращает внимание на высветившийся контакт. Этот идиот всё никак не успокоится, как же он достал со своими идеями. Однако, мнение быстро меняется при виде суммы за эту авантюру. “Можно и потерпеть” – думает он, убирая телефон обратно. Нет нужды отвечать на сообщение, напарник и так знает, что голубоглазый придёт. Увы, выбора нет. Место встречи – старая заправка, давно забытая людьми, поговаривают там приведения бродят. В основном это придумывают дети, ведь на самом деле владелец разорился, а заправку не решились снести. –“ Никаких приведений там нет” – думает парень до тех пор, пока не оказывается около этой жуткой заправки, выглядит она, мягко говоря, плохо. Увидев напарника голубоглазый, сразу подходит к нему, сжимая рукоять раскладного ножа в кармане, на всякий случай, так легче, так безопаснее. Его напарник непредсказуемый, он опасный, бывает нелогичный. В его голове дурацкие идеи, которые не приведут ни к чему хорошему. Всегда носит кожаную куртку, а также пару пистолетов, но сегодня он безоружен, это напрягает. Напарник вальяжно подходит со своей улыбкой чеширского кота, зарывается своими пальцами в шелковистые русые волосы голубоглазого, чуть оттягивает, прикрывая от удовольствия глаза. – Здравствуй, Джейсон ­– Улыбка шире, длинные и немного грубоватые пальцы сжимают волосы сильней. Взгляд словно прожигает изнутри. – Получил мой подарочек? – Ответом на вопрос ему послужил удар в челюсть, от чего напарник отшатнулся, однако Джейсон больше сделать ничего не успел, сильный удар по затылку, чем-то тяжёлом. Мир погружается в мрак. Ты далеко не охотник, Джей-Джей. Ты­– лишь пешка, прислуга, жертва.