Ты не можешь меня любить

***

Проснувшись от будильника, Данил как обычно встал, поправил постель, умылся, оделся и вышел из комнаты. Его новый гость сидел в гостиной и смотрел в окно, будто ожидая, когда же проснётся русский. —Вижу, ты давно проснулся, —подал хриплый голос Печкин, что направлялся на кухню, —Мог бы и завтрак приготовить, —сказал он, ставя чайник на плиту. —Я не завтракаю, —говорит Роберт, и встаёт с дивана, уже весь одетый, и приготовившийся идти на работу. Из кухни послышался слабый, но заметный смешок. Данил выключил чайник обратно, и вышел из кухни. —Ну и хорошо, зато готовить для тебя лишний раз не буду, —пролепетал он с улыбкою, и схватил рядом стоящий портфель. —А ты, что, тоже не кушаешь по утрам? —Ну, если вспомнить, что я часто опаздываю на работу, что живу далеко от офиса, то да. Я не привык есть по утрам. Еда в рот не лезет. —Тоже самое, —согласился Роберт, и они, накинув верхнюю одежду, вместе вышли из дома. —Кстати, когда твоя машина отремонтируется? Да и вообще, что случилось, что тебе резко понадобился ночлег? —оглянул он американца, параллельно обходя лужицы на дороге. —Ну... —не знал даже что и сказать второй, —Машина уже готовая стоит на автомойке, сегодня после работы заберу, а вот, что насчёт дома... —он нахмурился, —У меня его и не было. Я же говорил, что приехал сюда месяц назад? —он посмотрел на русского, который внимательно слушал того, —У меня с отцом плохие отношения, а он, как представитель элитного класса,пользуясь контактами, заблокировал мне все счета, даже те, где деньги были заработаны моим собственным трудом. А я не успел снять их с карты, не было на это времени. По собственной ошибке и упрямство старика, я переехал в этот город на последние сбережения. А номер мой в отеле сейчас заморожен, ведь у меня нет денег, чтобы оплатить. —Оу, —выдал вполне удивлённый русский, —Давно я таких историй не слышал. —Я вообще-то серьёзно говорю. —И я тоже на полном серьёзе. Могу лишь сказать, что, судя по твоему рассказу, твой отец тот ещё ублюдок. —Не стоит так высказываться о людях, которых не знаешь, —упрекнул его брюнет, нахмурясь.—В этом есть и моя вина тоже...Наверное, —сомнительно пробормотал он. —Ты даже сам не знаешь, кто виноват. —хмыкнул Даня, и заувидев автобус, поспешили перейти дорогу—Эй, где ты там? Оглянувшись, Данил увидел, как Роберт шёл не спеша,а между прочим, если они не поторопятся, автобус уедет и придётся ждать нового около 20 минут, что пагубно для них. Блондину пришлось лишь молча схватить холодную руку того, и побежать в сторону автобуса. Еле как успев, они вошли в него. Пройдя внутрь, Данил встал у стойки, держась за поручень, и постепенно выравнил дыхание. За ним сзади плелся американец, что недоумевал за что держаться, как себя вести и что делать. И тут, Данил сново потянул его руку к поручню, глядя на него с неким упреком. —Ты что, никогда на автобусе не ездил? —Нет. —Ну ты даёшь,—достал он из под своего кармана карточку для проезда и провел её по терминалу, —Ещё скажи, что у тебя карточки нет с собой доя проезда, —цокнул он. Роберт неловко посмотрел на того. —Черт, —томно вздохнул он и порылся в кармане, —На, возьми, —протянул он некие монетки тому, —Отдай его водителю. Роберт молча оглянул 37 рублей, и пошёл вперёд автобуса. Он молча потянул деньги, водитель, заприметив его, забрал и что-то буркнул себе пол нос. Впрочем, неважно, что он там себе шептал, потому,Роб вернулся к русскому. —Ты кстати, куда сегодня пойдёшь, раз нет жилья? —чуть погодя спросил голубоглазый. Джостен нахмурился, поджал губу, а потом, его брови резко поднялись наверх, —Точно, как я мог забыть! —восторженно сказал он, —Харуна! Тот недоуменно повёл бровью,не понимая, что несёт этот альфа. —Мой давняя подруга, что живёт за городом, недалеко от сюда, —улыбнулся США. —Поздравляю, —только это и смог выдавить Данил, не зная, как реагировать на это. Почему-то, стало не по себе, от мысли, что он обратно останется один дома. Так и прошли следующие 30 минут, и вот, они оба выходят из автобуса, вот, взглянув на время, оба бегут в сторону офиса.

***

Вечером, Данил Джостена не видел, ведь, тот, как только закончилась рабочая смена, ушёл за машиной, а потом, вероятнее всего, поехал к своей подруге. Верно, подруга для него куда ближе, чем какой-то грубый коллега, которого он едва ли знает. Придя домой, тот заварил чай, приготовил на скорую руку гречку, и сел есть. Почём-то настроения не было, а поэтому, поужинав, он закурил пачку сигарет, выдыхая едкий дым. Данил уже было хотел приняться за работу,что не доделал в офисе, как тут к нему начали стучаться. Кто это мог быть? И кого несёт в столь позднее время? Открыв дверь, на пороге стоял никто иной, как его коллега. —Джостен? —спросил он, удивишись. —Могу я войти?—спросил он. Тот повёл бровью, но впустил нежданного неожиданного гостя. —Зачем пришёл? Разве ты не к подружке своей направлялся? Роберт чуть замешкался с ответом, но потом уверенно выдал: —Могу ли я пожить у тебя некоторое время, Печкин? —А... Харуно не вариант? —Она оказывается уехала в другую страну, и сейчас не дома. —Хах, —вздохнул русский, прикрыв лицо руками, —Только убирайся за собой сам, —сказал он. —Спасибо, —растянул тот губы в улыбке, войдя на кухню, и приняв это замечание как согласие. —Я не соглашался. —На, возьми, это торт. —пропустил мимо ушей Америка.

***

Сожительство с альфой, особенно с Робертом оказалось невыносимым для Данила. Он бы даже сказал, что ему было бы куда проще жить с омегой, или бетой, нежели с альфой, феромоны которого он подавить не мог, соответственно, приходилось терпеть. Было много упрёков, конфликтов и замечаний, каждый из которого не забывал внести их в свою жизнь. Если в начале, это было неосознанно, то после, оба нашли в этом что-то интересное и приятное. Приятное в ссоре? Это про них. Стоило кому-то из них неосознанно, или осознанно выпустить феромоны злости, другой пытался сделать тоже самое. И иногда это кончалось драками. Ну а что поделать, если их некому усмирить. Конечно, после такого концерта, оба пытались извинится, что вели себя так глупо и по детски, но сущность альфы сильно мешала, не давая им переступить через собственную гордость и честь. Вот и приходилось им мириться обходными путями. Одним из таких был тот вечер. Спустя две недели такого сожительства, Роберт чувствовал себя как дома, а лишняя неловкость отпала, прикрывая себя лишь смущением каждый раз, когда Данил выходил из ванной в завернутом полотенце у бёдер, с обнажённым и таким сексуальным торсом. Но сейчас не об этом. После довольно серьёзной ссоры насчёт характера обоих, их поведения и привычек, в котором они оба успели обосрать друг друга, никто из них не хотел выходить и мириться. Да и зачем? Они и без разговоров справится могут. Но вдруг, из кухни послышался громкий мат русского. —Блять! —громко крикнул он. Роберт, хоть и не хотел, но всё равно вышел на кухню, дабы узнать, что такого там случилось. Мало ли что. Возможно, там пожар. Увидев, как русский придерживает руку полную крови, он испугался и встрепенулся. —Что случилось? —спросил он, не взирая на недавнюю ссору. Но русский ничего не ответил, матерясь под нос, и прижав руку к столешнице.Возле его вен был виден сильный порез. Роберт сильно удивился, но времени тратить понапрасну не стал, взял чистое полотенце и прикрыл раненную руку ею, а потом взял аптечку, где лежали разные бинты, да спирты с йодом. Американец таким заниматься не умел, однако, пришлось вспомнить свои бедные знания о первой помощи, и о том, как завязывать бинт. Русский уже хотел возмутиться, но резкая боль и шипение заткнули его на некоторое время. Осторожно обработав перекисью, и завязав бинт около раны, Джостен убрал все лишнее, и наконец решился спросить, что же такого тот делал, что умудрился так сильно пораниться. —Ну... —выжидающе сложил он руки будто отчитывал какого-то ребёнка проказника. —Что?! —взорвался Печкин, —Иди кушать. —Я не буду есть, пока ты не скажешь, что ты делал. —тон Джостен был требовательным и серьезным. —Ну и не кушай, мне то что, —сел за стол Данил, перебирая вилкой сгоревшую капусту, поедая овощное рагу. Роберт не осталось ничего делать, как сесть за стол, и молча поедать на стряпню Данила. Он невольно осмотрел столешницу и увидел разные ножи. —Как ты мог порезать вены, если резал лук? —спросил он, находя в этом что-то подозрительное. Данил прекратил есть, и закусил губу. —Нечайно вышло, —сказал он, но в голосе чувствовалась ложь. —За нечаянно бьют отчаянно, пролепетал американец русскую пословицу. Данил сильно нахмурился, и бросив вилку, вышел из кухни к выходу из дома. —Ты куда? —не понял брюнет, но ответа не последовало, лишь хлопок двери раздался снаружи. Фыркнув такой спонтанности действий русского, у него резко потерялся аппетит. Убрав кое-как мусор, что Данил успел наделать, он пошёл в зал, почитать чего-нибудь из новостей. Выходной день, как никак, а тратить его на психованного и надутого индюка он крайне не хотел. Но спустя 2 часа, когда начало темнеть, зеленоглазый так не думал, ведь, куда-то тот ушёл, и даже не сказал. Он решил ему позвонить, но оказалось, что телефон он оставил. Джостен решил не паниковать раньше времени, в конце концов, он - альфа, не должен же он истерить просто так. Поэтому, Джостен решил подождать ещё, и Данил сам вернётся, он же взрослый, и волноваться не о чём. Но даже через 2 часа никто домой не постучался. А время было 23:46. Оставив очередную книгу, которую он успел прочитать за это время, Роб решил выйти на улице, посмотреть, вдруг он там, мало ли что. Но русского не было как за первым, так и за вторым и третьим поворотом, поэтому, американец вернулся домой ни с кем. Так и лёг спать Роберт один в доме с чувством некой вины за уход русского. Возможно ли, что он его обидел? Нет,бред какой-то. Данил не из тех, кто обидеться, он не чувствительный человек. Правда же? Сон альфы разбудил стук в дверь, причём, очень тихий и приглушённый, но этого было достаточно, чтобы, тот подскочил и на всех парах побежал в прихожую. Быстро повернув ключ, он увидел Данила и нервно улыбнулся. —Где ты был? —не успел тот войти, как начал распрос американец. —В жопе мира, —саркастично выдал Печкин, и Роберт мог уже облегчённо вздохнуть, прекрасно зная, что если русский шутит, значит всё обошлось. Но это не помешало ему задать другой вопрос:—Почему ты ушёл? —Не вытерпел душнил духоты дома. —отозвался под не понимающий взор зелёных глаз. —Тц, прогуляться решил. —Так долго? —встал в проёме его спальни тот, скрестив руки и смотря на то, как тот снимал свою куртку. —Да, на улице свежий воздух, вот и вышел. —Ладно, —отстал от него Джостен, понимая, что больше информации не выпутает. Он сонно поплелся в зал, и лёг на диван спать. Данил скептически окинул того взглядом, и решил ложиться спать тоже. Мысль об отце больно давило горло, заставляя сжимать кулаки. Он еле сдержался, чтобы не выкинуть эти картины в мусор, или сжечь. На улице виднелся яркий полумесяц.

***