Прелести взаимной любви

Ни для кого из их друзей не секрет, что Син Цю и Чун Юнь встречаются. Это было даже не неожиданностью, когда те пытались мягко рассказать каждому из близких друзей о своих отношениях: Чун Юнь тогда так краснел и отводил глаза, что всю роль на себя взял Син Цю, пользуясь своим талантом красноречия. Скорее наоборот — они слишком долго этого ждали, ведь было ясно, что ни один, ни второй ровно друг к другу не дышат. С того момента прошла пара лет, до совершеннолетия оставалось меньше, чем три месяца, а эти двое любят друг друга той самой первой, трепещущей любовью. Конечно, теперь на них больше ответвенности и меньше свободного времени, но, может быть, так даже лучше, потому что каждый раз после тяжёлых дней и разлуки, встречаясь, тяготы почти взрослой жизни просто испаряются. К слову, эти промежутки между их встречами зависят либо от занятости Син Цю в кабинете гильдии за очередными стопками различных бумаг или от дальности новой поездки Чун Юня по изгнанию духа. Раздался стук в дверь. — Не отвлекаю? Из открывшейся двери показались светло-голубая коса и счастливое лицо экзорциста. — Ты все ещё работаешь? — самую малость разочарованно он произнес, когда снова обнаружил Син Цю с пером в руках, склонившимся над листами бумаги. — Чун Юнь? Ох, доброго дня. Прости, я забыл встретить тебя сегодня. — Видать ты совсем заработался — на часах почти полночь, если мне не изменяют собственные глаза. Син Цю, устало массировший глаза, резко повернулся в сторону часов. Правда же, стрелки стояли почти на двенадцати. — Какой ужас... Время так быстро пролетело, а я ещё не закончил. Чун Юнь прошелся через весь кабинет до его стола, не забыв крепко закрыть дверь. Хотя кто сейчас мог к ним зайти в такое-то время? Его взгляд упал на первый документ. — Отчёты по... Продаже зонтиков? Серьезно? Почему никто другой не занимается этим? — Да я сам вызвался, не могу допустить неточности. Почему ты стоишь так далеко? Син Цю не был бы сам собой, если б даже в таком уставшем состоянии не смог бы улыбнуться и пошутить. — Иди сюда... — протянул парень, прижимая Чун Юня к себе. — Как же давно мы не виделись, я очень соскучился... Твои волосы стали ещё длиннее? — Скучал не меньше твоего... Да, решил, что хочу длинные. Не так, конечно, как у тебя, но чтобы хвостик завязывать. — Тебе пойдет, только расчёсывать замучаешься. — Син Цю рукой провел по своим длинным, отросшим за эти года, волосам. — Боюсь, что с такими длинными в бою будет неудобно. Чун Юнь поставил ладонь на край стола, второй рукой провел по щеке Син Цю. Тот же, продолжая сидеть на стуле, двумя руками обнимал парня за талию, притягивая ближе. — Не было ни дня, когда я не думал о тебе... — прошептал экзорцист, наклоняясь ближе. Син Цю, перемещая руки с талии на лопатки, притянул его к себе, ловя губы своими. Поцелуи выходили мягкими и нежными, будто бы лёгкая бабочка опускалась на кожу. Син Цю водил руками вдоль спины, иногда немного сжимая ткань одежды, пока Чун Юнь перемещал свои руки теперь уже на его талию, заставляя встать. Они поменялись местами. Мечника притянули на себя, вынуждая расставить ноги и сесть на чужие колени. Чун Юнь спускался ниже, целуя скулы, шею, доходя до края воротничка. — Чун Юнь... Ах... Мне осталось совсем немного, подожди, пожалуйста, пока я закончу. В ответ на это, парень быстро опустил руки на его ягодицы, сжимая их и резко пододвигая к себе, заставляя почувствовать твердую «причину», по которой он не может ждать. — Ох, ты уже?.. Прости, но мне надо подписать ещё два документа, чтобы отправить их рано утром. Чун Юнь отвлекся от почти что грубых поцелуев по всей шее возлюбленного, аккуратно поднял его и усадил обратно на место, пододвигая стул ближе к столу. — Прошу, но только быстрее. Сам он опустился на колени, не в силах стоять на ногах и положил голову на ноги Син Цю. — Ты тоже? — удивился он. Парень не смог сдержать смешка, уже вовсю размахивая пером: — Архонты, ты же знаешь, как сильно я возбуждаюсь от поцелуев в шею, почему удивляешься? Казалось, что сердце Чун Юня не может биться сильнее. Он в приступе некого смущения от слов парня потерся щекой о его бедра. Син Цю, не ожидав, судорожно и громко выдохнул, интуитивно раздвигая ноги. — Прости, я нечаянно. Я скоро закончу. В этот момент у Чун Юня уже проскочила одна очень постыдная мысль. Он, выдыхая, тихо произнес: — Не спеши. Только Син Цю захотел спросить почему, как потерял дар речи. Чун Юнь залез под стол, стараясь не удариться головой, и сам раздвигая его ноги шире, потянулся к застежкам его брюк. Понимая, что сейчас будет, сердце мечника забилось ещё сильнее, и он крепче сжал перо, уже наготове держа другую руку, чтобы если что закрыть свой рот. — Приподнимись. — еле слышно сказал Чун Юнь. Парень покорно привстал, позволяя снять с себя брюки вместе с бельем. — Можно же? — задыхаясь от собственных слов, спросил экзорцист, в темноте наблюдая, как дернулся член его любимого. Син Цю быстро закивал, но понял, что тот его не видит, поэтому еле выхрипел разрешение. Пытаясь читать документ, прежде чем решить ставить свою подпись или нет, он чувствовал, как парень внизу гладит его по внутренней стороне бедер, поднимаясь выше. Чун Юнь дотронулся рукой до мокрой головки, вращательными движениями гладя ее и опуская руку вниз до основания. На коленях он подполз ещё ближе, а локтями попытался раздвинуть ноги Син Цю, что тот и сделал. Он знал, как парень сходил с ума по медленным ласкам, поэтому не спеша начал целовать бедро с внутренней стороны, приближаясь ближе, продолжая работать рукой. Син Цю накрыло полностью, когда на его уже до невозможности возбуждённый от подразниваний член, опустились губы Чун Юня. Он пытался сфокусироваться на буквах перед глазами, но выходило еле-еле. Быстренько добежав до края листа, он поставил свою подпись и немного выгнулся вперёд, чувствуя, как достает до горла возлюбленного. Молчать становилось невозможно. Одной рукой он крепко зажал себе рот, а другой взял новый документ. Чун Юнь тоже не отставал от своего занятия, с каждым разом всё глубже беря в рот, одной рукой массируя нижнюю часть члена. Когда воздуха становилось меньше, он языком массировал головку, причмокивая, полностью сводя с ума Син Цю такими пошлыми звуками. Думать становилось тяжелее, возбуждение накатывало, не давая здраво мыслить, поэтому Син Цю уже сам бился в рот парня, крепче зажимая свой рот мокрой ладонью. Ни о каком обдумывании документа и речи уже не могло идти, поэтому он отбросил его в сторону, рукой быстро кинув перо в чернильницу и в спасении хватаясь за край стола, откидывая голову, нечаянно отодвинув стул. Член выпал изо рта Чун Юня, но он быстрее придвинулся обратно, ударившись головой об стол. Услышав звук, Син Цю в испуге убрал свою ладонь, чтобы спросить в порядке ли он, но вместо этого вырвался лишь неожиданный, развязный громкий стон. В испуге он снова закрыл рот и опустил другую руку Чун Юню на голову, перебирая волосы. Спустя пару мгновений послышался стук в дверь. — Господин Син Цю! Что-то произошло?! Почему вы не спите? Вам плохо? Сквозь дверь послышались испуганные возгласы одной из горничных. Син Цю в панике отодвинулся от Чун Юня, из-за чего тот чуть не свалился на пол без поддержки. — Молодой господин, я могу зайти? — В-все в порядке! — немного подтреснувшим из-за пересохшего горла, слишком громко, крикнул Син Цю. — Мне просто приснился кошмар, потому я вскрикнул. Дверь не поддалась горничной, так как Чун Юнь, слава Архонтам, закрыл ее после себя. — Все в порядке, можешь идти. И уведи всех неспящих работниц подальше от моей комнаты, я не хочу слышать посторонних звуков сейчас. — Да-да, извините, исполню. Доброй ночи, господин. Послышалось быстрое цоканье каблуков, и Син Цю свободно выдохнул, двумя руками опираясь о стол. — Ушла? — спросил Чун Юнь все ещё под столом. — Да. Син Цю опустился на колени, жадно схватил парня за плечи и сильно поцеловал. — Архонты, любимый, это было так хорошо, что я бы вот-вот кончил, если бы не она. — после жаркого поцелуя сказал он, глядя в глаза. — Рад слышать... Как же я тебя хочу. — вновь утянул Чун Юнь его в не менее страстный поцелуй. Медленно выползая из-под стола, Чун Юнь начал подниматься, вынуждая делать то же самое Син Цю. — Прямо здесь или дойдем до кровати? Парень начал отрицательно качать головой. Как бы сейчас не хотелось, наутро он бы пожалел о помятых и залитых чернилами документах. — Понял. — выдохнул ему в губы Чун Юнь. Он хотел подхватить его и усадить на себя, чтобы донести до кровати, но ему помешали болтающиеся брюки и обувь. Выругавшись, он быстро усадил Син Цю на стул, опустился на колени и начал быстро снимать с него обувь и мешающую одежду. Не зная куда деть руки, тот начал расстёгивать все ту же, даже спустя столько лет, вычурную рубашку, за что получил несильный шлепок по пальцам ноги. — Позволь мне самому. И тогда он просто положил руки экзорцисту на плечи. С поразительной скоростью парень остался в одной рубашке. — Наконец-то. — нетерпеливо произнес Чун Юнь и вновь припал к его губам. Син Цю встал со стула, после чего его подняли, а следом уцепился ногами за талию Чун Юня, чтобы не упасть. По памяти вспоминая местонахождение двери в спальню, Чун Юнь нес парня, а когда нашел, то, прижав его к стене, пытался открыть ее, все так же целуя Син Цю. Распахнув дверь, он сделал несколько шагов и аккуратно уложил парня на кровать, снимая с себя верхнюю одежду, после чего и штаны с нижним бельем. Син Цю, времени не теряя, поднялся на локтях и наощупь отыскал смазку в своем ящике. — Иди сюда. Не успел он закрыть ящик обратно, как его потянули за ноги вместе с одеялом. — Эй-эй, погоди. Чун Юнь, уже раздевшись догола, нависнул над ним, глядя в глаза и не предпринимая никаких движений, спросил: — Ты меня или наоборот? — Возьми меня, а дальше как пойдет. Забирая баночку, Чун Юнь вновь потянулся к шее возлюбленного. Син Цю, поворачивая ее в сторону, дабы дать тому больше места, блаженно плавился, ни о чем не думая: риск быть пойманными горничными, незаконченная работа, все дела гильдии и другие планы отошли на самый далёкий план, уступая место удовольствию и желанию. Чун Юнь начал расстёгивать его рубашку пуговицу за пуговицей, целуя каждый новый открывшийся участок светлой кожи. Он сделал попытку засосать ее на ключице, как нечаянно укусил. Для мечника это было словно удар током электро-слайма. Укус выбил из него громкий стон, и он быстро закрыл рот рукой. — Тише-тише. — извиняясь, Чун Юнь зализал то место. — Могу я сегодня быть чуточку несдержаннее, Син Цю? — будто взмолясь, спрашивал он. Син Цю уже сам хотел побыстрее начать, поэтому времени на прелюдии не оставалось. — Да... Скорее... Чун Юнь не медля открыл крышечку, зачерпнул холодную массу на палец и медленно ввел внутрь. Чувство дискомфорта, несмотря на возбуждение, накрыло парня. — Потерпи немножко, мой любимый. Кивая, сдерживая подступавшие слезы, Син Цю принял в себя и второй палец, ощущая, как они начали двигаться. Чун Юнь, пытаясь успокоить начал целовать самые чувствительные места на его теле, отвлекая от неприятных ощущений. Метаясь из стороны в сторону, мечник немного приподнялся и схватил Чун Юня за плечо. Поняв, что от него хотят, экзорцист навалился, облокачиваясь на одну руку, начал целовать того в губы, сильнее раздвигая пальцы внутри тела. — Юнь... Юнь-юнь, ты в порядке? Не больно? — намекая на его возбуждённый, без прикосновений за вечер, член, спросил Син Цю. — Я сейчас взорвусь. — честно выдохнул парень, добавляя третий палец. Син Цю уже привык и первый дискомфорт прошел, начал сам насаживаться, помогая. — Сейчас будет хорошо, потерпи. — начал он говорить Чун Юню. — Не спеши... Не вынесу, если ты будешь плакать от боли. — выдохнул экзорцист. Растроганный, Син Цю прижался к нему ближе, обнимая двумя руками. — Я люблю тебя. — прошептал он ему в самое ухо. — Моя любовь к тебе пылает ярче звёзд на небе в ясную ночь, Син Цю. — ответил ему экзорцист. — Как па..фосно... — улыбнулся парень. — Д-давай. — Ляг повыше на подушки. Чун Юнь вынул пальцы, взял ещё немного смазки, распределяя по входу и своему члену. Прикосновение к себе отдалось вибрацией по всему телу, и он еле сдержался, чтобы не провести пару раз и кончить прямо сейчас. Он прислонил головку ко входу, и та без препятствий начала входить. Син Цю выгнулся, распахивая глаза, и все же не сдержал слез от удовольствия. Чун Юнь навалился на него, обнимая за плечи, и медленно начал входить глубже. — Как же хорошо... — простонал он, утыкаясь в плечо. — Я начну двигаться, хорошо? — Не сдерживайся. Всего два слова, а на душе у Чун Юня стало так хорошо, что он никак не смог описать то, насколько любил этого парня, что сейчас рядом с ним. Сколько бы дней или недель они не были раздельно, сколько бы раз не случалось что-то плохое, как бы почти нетревожущая энергия Ян не давала о себе знать, Син Цю всегда был в его мыслях и его душе. Первый толчок заставил обоих зажмурить глаза: Чун Юня из-за того, что чувствовал насколько все ещё туг был Син Цю, а второго — из-за чувства заполненности. — Ой-ей... Пока что помедленне, хорошо? — протянул Син Цю и охнул с новым толчком. — Да... Я постараюсь... Каждый раз, когда дело доходило до секса, кто бы не был ведущим, одно оставалось неизменным — оба парня сходили с ума, чувствуя, что его любимый рядом. Син Цю становился особенно чувствительным и громким, из-за чего постоянно приходилось зажимать себе рот, если только те не находились в какой-нибудь гостинице, где можно было не переживать за посторонних. Чун Юнь же пытался сдерживаться сам и свою энергию, дабы точно не сойти с ума и не наломать дров. — Юнь... Дай руку. Чун Юнь, уже быстрее двигаясь, в темноте попытался найти руку парня, после заведя ее над головой Син Цю, крепко сжав. — Не... Останавливайся... Хотелось сжать, ущипнуть, укусить, поцеловать такое нежное, податливое, словно глина в руках мастера, тело под собой. Голову сносило от того, что такой сильный в бою, значимый в обществе Ли Юэ, молодой человек сейчас выстанывает твое имя, умоляя двигаться быстрее. Лучше всего оказывалось то, что этот человек являлся самый ценным и любимым в жизни. Чун Юнь не раз думал, как же ему повезло со своим возлюбленным. — Быстрее. — взмолился Син Цю, мотая головой по подушкам, поджимая ноги повыше. Чун Юнь вдруг остановился на мгновенье, отпуская руку и приподнимаясь, чтобы закинуть стройные ноги мечника себе на плечи. Согнувшись, он взял обе его руки и спросил: — Тебе не тяжело?.. Син Цю? Син Цю же сейчас вообще ни о чем не думал, даже не соображая где он. Он чувствовал пульсирующий член внутри себя и мешающую рубашку, которую так с себя и не снял. — Не тяжело... Мне жарко... Чун Юнь, двигаясь быстрее, начал пытаться расстёгивать пуговицы, но одну все же оторвал. Тогда, не мешкая, он сорвал одежду с парня и куда-то закинул. Син Цю, сквозь пелену удовольвия почувствовал, как что-то холодное расползается по его животу. — Что это? — невнятно пробубнил он, ахая. — Пытаюсь тебя охладить. Понял. Активация Крио Глаза Бога из рук, которыми Чун Юнь сейчас водил по его телу. Такой резкий контраст между жаркими телами, душной комнатой и так неожиданно нагрянувшим холодном по нежным местами просто сводил с ума. Чун Юнь, ощутив, как задрожал Син Цю, пару раз потер его грудь, увеличивая эффект Крио. — Юнь... Я... Я больше не могу-у... — дрожа, как листик на ветру, тихо простонал Син Цю. Экзорцист и сам был готов вот-вот взорваться, поэтому быстрее вытащил свой член и пару раз провел по нему рукой, доводя себя до оргазма. Син Цю уже лежал и пытался отдышаться, положив ладонь тыльной стороной себе на лоб. Чун Юнь громко вздохнул и повалился на него. — Ай-яй! Тяжело-о... Но не было сил ни спихнуть тело с себя, ни самому скатиться под бок другому. Успокоившись и более-менее приведя себя в порядок, экзорцист все же слез с Син Цю, обнимая его потное тело руками и ногами. — Я устал. — как-то резко сообщил Син Цю. Может складывалось такое ощущение из-за гробовой тишины в комнате и на улице. — М-угу... — выбубнел парень куда-то в подушке. — Мы что-то испачкали? — Не знаю. Может одеяло? — Ладно, отдам завтра в прачечную, поспим без него, все равно жарко. — Ага... — Как твоя энергия? Вот как всегда. Пока Чун Юнь ещё отходил и наслаждался полностью расслабленным, даже уставшим телом и разумом, Син Цю уже отошёл и очень сильно хотел говорить о чем угодно. — Я могу контролировать все лучше и лучше... Мы пойдем обмываться? — Где-то с час назад служанки приготовили мне ванну, я просил сделать её слишком горячей, думаю, что она ещё не остыла. — Отлично. Син Цю? — М? — Отнеси меня, я устал. — пробормотал Чун Юнь все так же в подушку. — Эй! А ну вставай! Ты себя видел? Как я понесу такого здоровенного?! Син Цю вылез из его объятий и полностью голый потопал в соседнюю комнату за халатами. Чун Юнь тупо заулыбался и, постанывая, встал и пошел за ним. — Пошли сразу в ванную. — вышел парень с двумя чистыми новыми халатами. — Прикройся что-ли. — Сказал тот, кто сейчас стоит и трясет своим... Прибором. — А-ха-хах! Ладно-ладно... И правда, вода была еще теплая, как раз такой температуры, когда можно расслабиться и охладиться. Хорошо ещё, что и размер ванной был приличный и можно было залезть туда вдвоем. — А я думаю, тебе пойдут длинные волосы... — задумчиво сказал Син Цю, плескаясь напротив Чун Юня. — Угу, вот схватит меня кто-нибудь за них, и буду я полностью уязвим. Мало ли какие извращенцы ещё попадутся или ещё какие-нибудь ненормальные. — словно в забытьи сказал он, хлопая ладонью по воде, делая некие волны. — Извращенцы? Тот поднял на него голову и увидел одну из самых ухмыляющихся и коварных улыбок Син Цю. — Ах ты! Извращенец! Я не то имел в виду, о чем ты только думаешь?! — Ну-ну, позальешь всю комнату! — уворачиваясь от волн, которые делал Чун Юнь, рассмеялся парень. — Расскажи лучше, куда ты ходил в свое путешествие. — О? Это было круто! Слушай...