Клинт дома

      Клинт ненавидит абсолютно всё в сегодняшнем дне. Он ненавидит себя, свои поступки, слова и мысли. Клинт ненавидит не только себя нынешнего, он ненавидит себя в целом. Тогда это должен был быть он. На секунду мужчина останавливается и жмурится. Всё в мире слишком плохо, чтобы быть нереальным.       Клинт идёт по коридорам башни и спотыкается о воспоминания. Двадцать восьмое февраля, двадцатое апреля, тринадцатое декабря. Наташа смеётся, Стив и Тони ругаются между собой, но быстро мирятся. Брюс сидит где-то недалеко и говорит с Тором о каких-то повседневных вещах. Клинт сидит рядом с ними. Клинт дома.       «Так повезло, что Пеппер разрешила мне побыть здесь», — думает про себя Клинт и медленно заходит на кухню.       Он опять поругался с Сэмом и Джеймсом, а ещё сорвался на Питере, наговорив им троим много отвратительных вещей. Это Клинт отвратителен. Мужчина опускает голову на стол, трётся об него лбом и прерывисто вздыхает.       Сэм и Барнс переживают потерю Стива, Питер — Тони, а Клинту не хватает их всех. С того дня прошёл ровно месяц, а он до сих пор не в силах смириться с… победой.       Руки тянутся за кружкой, руки делают кофе, потому что руки не чувствуют, у них просто есть привычка — делать кофе, когда Клинту плохо. Кофе греет. Клинт делает несколько глотков и ставит его как можно дальше от себя. Клинт не заслужил тепло.       — Мистер Бартон, я бы не советовала вам выпивать кофе на ночь. — Раздосадованный голос Пятницы почти дружески ругает его. — Это может отрицательно сказаться на вашем сне.       Клинт усмехается, встаёт с места и берёт в руки свой до сих пор тёплый кофе. Мужчина медленно бредёт по пустующим коридорам в комнату, которую ему выделила Пеппер на эти несколько ночей.       В башне тихо, тепло и ещё, кажется, до сих пор пахнет машинным маслом, овсянкой и «Рижской сиренью». Может быть, если он прямо сейчас повернёт назад и пройдёт через кухню в гостиную, то встретит там Стива и Тони, мирно смотрящих какое-то ток-шоу, и Нат, подпиливающую ногти… или не встретит. Пятница начинает поторапливать его, когда он останавливается на месте, точно так же, как это делал Тони. Пятница просит оставить кофе на одном из столиков в коридоре, так, как это делала Наташа. А когда Клинт заходит в комнату, то Пятница, точно как Стив, просит его принять душ перед сном. Клинт дома.

***

      — Мистер Бартон, — голос Пятницы звучит чересчур радостно даже для машины, — я бы хотела сообщить вам о прибытие в башню мистера Паркера.       — Сообщи мистеру Паркеру… — сонно начинает Клинт, а затем хмурится, — а зачем он здесь?       — Он потребовался мисс Поттс для того, чтобы разобрать некоторые вещи в мастерской босса.       — Ага.       Пеппер месяц не могла притронуться к вещам Тони. Пеппер до сих пор не может этого сделать, поэтому позвала Питера. Вещи Тони никто не разберёт.       Клинт встаёт с постели и прижимает руки к лицу. Он думал, что не проснётся. Клинту не хочется просыпаться.       Мужчина медленно натягивает на себя штаны и футболку, затем суёт в штаны телефон. Ему нужно позвонить домой — Лоре и детям. Клинт выходит в коридор. Масло, овсянка и Наташины духи. Он дома.       Клинт проходит через коридоры на кухню. Что-то в башне изменилось, но он пока не может понять что.       — Наташа? — Клинт замирает на месте. — Ты же вроде… — мужчина давится собственной слюной, дыхание после спирает, — умерла.       — Клинт! — Женщина тепло улыбается и подходит к нему чуть ближе. — А ты так и не перестал надевать футболки задом-наперёд.       — Но… — Бартон пытается стереть пот с ладоней о штаны, — но ты… вы… я видел.       Вдруг телефон в его штанах начинает вибрировать. Нат делает своё выражение лица, отходя немного в сторону в ожидании, помешивая что-то на плите.       — Да? — Клинт берёт трубку, не сводя глаз с… Наташи.       — Мы с Баки только что видели Стива… — голос Сэма звучит взволнованно, — самого обычного молодого Стива… то есть… он прямо сейчас рядом, — Сэм нервно смеётся, — мы едем в башню на его машине, и… он настоящий.       — Я… — Клинт чувствует ком, который медленно начинает собираться в его горле, — я перезвоню.       — Что? Но, Клинт...       Наташа тихо посмеивается и, как только Клинт роняет телефон на пол, делает несколько шагов навстречу и обнимает его. Наташа тёплая, от неё пахнет сиренью и корицей, она настоящая.       — Как у вас получилось? — Выдавливает из себя Клинт, прижимая к себе подругу так крепко, как только может.       — Стив и Стрэндж. — Спокойно произносит Нат. Она отходит от друга на секунду и передаёт ему в руки стакан с кофе. — Держи… ох, я так скучала по тебе, Бартон.       — Ага, — Клинт делает глоток, ещё не совсем понимая, что происходит, затем жмурится и чувствует, как кто-то тыкает его в спину, — но это всё… — Клинт, улыбаясь, разворачивается. Он дома. Питер смотрит на него заплаканными глазами, а потом переводит взгляд ему за спину и приоткрывает рот в удивлении, — всё равно не то, что было в Будапеште.       Бартон разворачивается на месте, убедившись в том, что Тони правда стоит в объятьях Пеппер и Морган за спиной Питера.       На кухне пахнет кофе, машинным маслом и «Рижской сиренью». Дом. Вдруг на кухню вбегает Сэм:       — Вы не поверите, но сейчас... сейчас в гостиную войдёт Стив! — Уилсон прерывается, ошарашенно оглядывает Тони и Нат, а затем переводит взгляд на Питера и Клинта. — Это вы… а они...— Сэм чуть пошатывается на месте, — конспираторы блять...       — Эй, Сэм, следи за своим языком! — слышится из коридора голос Стива и его тихие, неторопливые шаги вперемешку с неуверенными шагами Джеймса. — Я только ради этой фразы и вернулся вообще-то!       Клинт оглядывает кухню, улыбается, отпивает немного кофе, садится на диван и спокойно прикрывает глаза. Все немного неловко, нервно, с небольшим неверием, но всё же очень тепло, смеются.       — Дома, — думает Клинт, — наконец-то я дома.