Я уже давно тебя выбрал

Все вместить в 9-ую часть у меня так и не вышло. Да и вообще она вышла какой-то сумбурной… Сложные разговоры даже писать сложно… Эх, надеюсь, исправить положение в 10-й. ________________________________________________       Обратная дорога к домику заняла намного меньше времени. То ли от того, что Тор знал куда идти, то ли потому что Рин задумалась и просто не заметила, как они приехали. Весь путь от лесной прогалины она не переставала прокручивать в голове события последних часов. Неужели она правда все высказала отцу, да еще и сказала, что не вернется домой? Вот это да! Она могла по праву собой гордиться! Но почему-то сейчас, гордиться собой не очень хотелось. На душе с одной стороны стало легче, а с другой, наоборот, было как-то грустно. Наверное, потому, что отец слушал, но так и не услышал ее. Грустно улыбнувшись, Рин вздохнула и, привязав коня, пошла в дом, слегка поморщившись при виде капель крови на крыльце. «Неужели так сильно зацепило?» — еще раз вздохнув поглубже, девушка зашла внутрь. За эти пару часов здесь ничего не изменилось, хотя у Рин создалось впечатление, что она тут была миллион лет назад.       Лен, как и ожидалось, обнаружился в комнате. Он сидел вполоборота и, видимо, пытался обработать рану. Застыв в проходе, Рин не решалась пройти дальше, памятуя о недавнем инциденте. Кроме того, ее жутко смущало отсутствие его извечной кофты с капюшоном, которую он, как оказалось, носил на голое тело. Парень знал, что она здесь, о чем свидетельствовал коротко брошенный взгляд на гостью и недовольно подрагивающий кончик хвоста. — Можно? — не выдержав затянувшегося молчания, спросила Рин. — Или опять кричать будешь? — кажется, на этих словах он вздрогнул. — Не буду, — пробухтел Лен. Рин готова была поклясться, что услышала смущение в его голосе. Пройдя в комнату к любимому креслу, девушка расстегнула пуговки на накидке и достала волчонка, который вполне уютно чувствовал себя в тепле и безопасности. Малыш забавно зевнул и с интересом стал оглядываться по сторонам. Рин улыбнулась и, почесав его за ушком, опустила на пол. — Ты его забрала? — тут же вскинул голову парень, с долей облегчения в глазах, наблюдая за щенком, который вразвалочку ковылял в его сторону. — Ну, не оставлять же его там, — Рин устало вздохнула и с ногами забралась на кресло. Поспать бы сейчас.       Волчонок, поджав хвост, уселся возле Лена и теперь не сводил с него глаз. Лен, как ни странно, также не отрывал взгляда от мелкого, после чего взял его за шкирку и поднял на уровень глаз. Может они так общаются? — А что с ним теперь будет? — этот вопрос не давал ей покоя с того момента, как она увидела его возле убитой волчицы. — Верну его в стаю, — пожал плечами Лен, сморщив нос и рыкнув на тихонько скулящего щенка. — Так можно? Его примут? — Примут. Еды в эту зиму всем хватает, так что проблем не будет, — Лен отпустил волчонка, который тут же заполз под диван, и вновь занялся ранением. Ну или как назвать обматывание все еще кровоточащей раны куском тряпки? — Прости, а что ты сейчас пытаешься сделать? — поинтересовалась Рин, после нескольких минут созерцания этой картины. — В смысле? — не понял Лен, не отвлекаясь от процесса. — В прямом. Что ты пытаешься сделать с этой тряпкой? — Э-эм… перевязать, чтоб кровь остановить, — ответил парень с таким видом, будто она у него какую-то глупость несусветную спросила. — Ты рану промыл? — Нет. — Почему? — А зачем? — То есть как это зачем? Не боишься, что будет заражение? — девушка выпрямилась в кресле, пристально глядя на Лена. — Не впервой, — парень снова пожал плечами. Рин прищурилась, поджала губы, встала и молча вышла из комнаты. Через минуту парень услышал возню на кухне. Судя по звукам, девушка искала какую-то посуду, затем наливала воду, и… она разожгла огонь? Что, блин, она там делает? Лен даже шею вытянул, надеясь разглядеть что-нибудь со своего места.       Минут через двадцать, Рин вернулась в комнату с небольшим стареньким чайником, обнаруженным все в том же шкафу, и глубокой миской. Поставив свою ношу на пол, девушка скинула с себя теплую накидку и сама уселась рядом с Леном. — Можно? — невозмутимо спросила она, протягивая руку за тряпкой, которая все еще была в руках у парня. — Зачем? — подозрительно поинтересовался раненый. — Занадом. Дай сюда! — не дожидаясь разрешения, Рин отобрала материю, которая, видимо, в свои лучшие годы была простыней, и разорвала на несколько частей. После этого она взяла чайник и наполнила миску горячей водой, куда тут же окунула кусок ткани, что был чуть больше остальных. — Повернись, пожалуйста. — Я же сказал, что все нормально, — Лен уже устал удивляться за сегодняшний день. Она что, собралась его болячку обрабатывать? — Это просто царапина! — Даже от царапины может быть столбняк, или еще чего похуже, — гнула свое это светловолосое недоразумение. — Ниче со мной не случится, — не сдавался хвостатый, на всякий случай отползая подальше. — И после этого, я упертая? — Я такого не говорил, я говорил, что ты настырная, — напомнил Лен. — И был прав! — Просто дай мне руку, — повторила Рин, и протянула свою. — Не нужно! — Нужно! Не веди себя, как ребенок! — Я не ребенок! И старше тебя, между прочим, — совершенно по-детски пробубнил парень, упустив из виду момент, когда девушка подползла ближе и прижала горячую ткань к глубокой царапине на плече. — Черт, больно же! — зарычал Лен, отдергивая руку. — Совсем сдурела?! — А нечего было дергаться! Сложно спокойно посидеть? — огрызнулась Рин, уперев руки в боки. — И не смей на меня рычать! — хоть она вела себя уверенно и даже немножечко нагло, Лен успел заметить, что девушка старательно отводит взгляд, пытаясь сморгнуть капельки слез, в уголках глаз. В этот момент парень понял, что его странная знакомая, в первую очередь, девушка и, несмотря на ее внешнее спокойствие, она могла быть напугана и расстроена тем, что увидела, услышала и тем, что произошло. Когда же до него это дошло, он едва удержался от желания хлопнуть себя по лбу. Это же было очевидно! А он… Ну не привык он общаться с женщинами! Лен обреченно вздохнул и ему не оставалось ничего, кроме как смириться с происходящим. Опустив локоть на колено, а голову уронив на ладонь, он милостиво позволил девушке заняться раной, искоса поглядывая на нее. Он себя чувствовал ужасно неловко, сидя перед ней без рубашки, да и было что-то очень интимное в том, как девушка старательно, но очень аккуратно, смывала уже запекшуюся кровь с его левой руки, стараясь не задеть саму царапину. Она даже с ладони и пальцев ее смыла! Какого лешего она вообще с ним возится? Было бы из-за чего переживать, ведь на нем итак все заживет. Через пару дней и следа не останется! А она так переживает, будто лично его… Так, ну-ка погодите. — Только не говори мне, что чувствуешь себя виноватой в том, что случилось, — озарило парня и он, прищурившись, посмотрел на девушку. Рин не ответила. На пару секунд тряпка в ее руке замерла, после чего она продолжила свое занятие, все еще отводя взгляд и изредка шмыгая носом. Лен снова нахмурился. — Я все еще не понимаю зачем вообще ты в это полезла, но винить себя в этом, как минимум странно. Ты вообще странная. — Ничего непонятного тут нет. И кто бы говорил о странностях, — пробормотала Рин. Отложив мокрую тряпку, она взяла оставшиеся куски материи, предназначенные для перевязки. Рана оказалась довольно глубокой, хоть и не смертельной. Кость не задело, но выглядело это крайне неприятно. — А мне не понятно. Все, что касается тебя, я категорически не понимаю! — парень с долей интереса наблюдал за ее действиями. Девушка взяла тряпочку что поменьше, после чего, пошарив по кармашкам юбки и не обнаружив искомого, потянулась к своей накидке, и уже оттуда извлекла нечто, перевязанное цветастым платком. — И что же тебе не понятно? — устало вздохнула гостья, разворачивая предмет. Им оказалась маленькая коробочка, которая сильно пахла шалфеем и зверобоем. — Почему ты все еще здесь? — Лен не хотел спрашивать об этом сейчас, но вопрос вырвался сам собой. — Потому что на улице уже темно, — «и, потому что, ты единственный, кого я хочу сейчас видеть…» — девушка открыла коробочку, в которой находилась лечебная мазь. Ее ей дала Карин, которая решила перестраховаться и хотя бы этим помочь своей хозяйке. — Я не об этом, — нахмурился Лен. — А о чем? О том, что я видела перед тем, как ты на меня наорал? — да, Рин все еще дулась на него за эту вспышку гнева. — Напоминать было необязательно, — все-таки женщины крайне злопамятные существа. — Ты бы тоже на меня наорала, если бы я зашел к тебе, когда ты переодеваешься. — Переодеваюсь? Забавное сравнение, — Рин не сдержалась и прыснула в кулачок. — Не вижу ничего смешного, — совершенно серьезно сказал парень. — Не злись, это нервное, — гостья снова вздохнула. Сейчас она наносила пахучую смесь на повязку. Теперь пахло еще и свиным салом. — Что ты хочешь от меня услышать? Я пришла, потому что помочь тому малышу можешь только ты и потому, что сюда в разы ближе, чем к Лили, и… — на этом месте она запнулась. — И? — И потому, что ты единственный человек, которого я могу назвать своим другом, — Рин, наконец, посмотрела в глаза Лену, чувствуя, как начинают краснеть уши. Ну вот, она все-таки смутилась. — Человек? — ярко-голубые глаза парня закрылись и Лен как-то горько усмехнулся. — Ты все еще так считаешь после того, что видела? — А почему я должна думать иначе? — не поняла Рин. — Блин, ты серьезно? — нет, с этой девчонкой явно что-то не так. — Таких как я за людей не считают! — Хорошо, допустим, — девушка пожала плечами, — тогда скажи мне, кто ты? Ты ведь ничего о себе не рассказывал. Даже твое имя пришлось чуть не клещами вытягивать. — Как видишь, причины у меня были. — А по-моему все дело в твоем несносном характере, а не в том, что ты… — Рин приложила ткань с мазью к ране и перевязала оставшимся куском ткани. — Кем ты там себя считаешь? — Кажется, люди нас называют оборотнями, — нет, он решительно не понимал ее спокойствия. — Я просто не могу понять, почему тебя это не волнует? — Ты не прав, — просто ответила Рин, оставив, наконец, в покое руку парня, — это действительно очень необычно и даже странно, но ты не давал мне повода бояться тебя. — А этого факта тебе недостаточно? — Мне кажется, у тебя проблемы с самооценкой, — задумчиво произнесла гостья, проигнорировав вопрос. — Это у тебя проблемы! — огрызнулся Лен. — Нормальные девушки не ездят в гости черт знает к кому хрен знает куда! — Ты хочешь, чтобы я тебя боялась и визжала от ужаса? — Рин иронично выгнула бровь. Ну почему он так упорно убеждает ее в том, что он плохой? — Нет, но… — что «но», Лен не успел придумать. — Тогда к чему все эти вопросы? — зато Рин уже начинала потихоньку злиться. — Я просто хочу понять, почему ты… — Я ведь уже сказала, что у меня нет причин тебя бояться! Почему ты так упорно пытаешься доказать обратное? — она нахмурилась и сложила руки на груди. — Потому что твой отец привел достаточно убедительные доводы по этому поводу, — видя, как побледнела Рин, Лен начинал ненавидеть себя за свой длинный язык. — Значит, ты тоже считаешь, что мы должны расплачиваться за чужие ошибки? — тихо спросила девушка, сжимая подол юбки. — Нет, не считаю. Но было бы логично, если бы ты разделяла чувства отца. — Значит я — нелогичная, неправильная и ненормальная! — вспылила Рин. — Почему, черт возьми, я должна питать ненависть к тем, кто не имеет никакого отношения к ее смерти? — … — Мне что, нужно также как и отец забыть обо всем и просто жить ненавидя весь волчий род? — ну вот, опять глаза на мокром месте. — Тебе приятно, что он мстит тебе за то, чего ты не делал? — Нет, но его чувства мне понятны, — после недолгих раздумий ответил Лен. — А вот ты, дело другое. Просто объясни, как ты можешь закрывать глаза на все это? — Меня учили искать в людях хорошее. — Но я — не человек! — Верно, ты просто эгоист, которому плевать на чужое мнение! — Рин упрямо вздернула носик. — Чтоб тебя, причем тут это? — чуть не зарычал парень, нервно дергая ушами. — При том, что это лишь твое мнение. — Вилы и ружья говорят сами за себя, знаешь ли, — его хвост то и дело недовольно вилял из стороны в сторону. — Я не приносила с собой вилы и стрелять не умею, — этот парень ее с ума сведет! — Вопрос: какого дьявола тебя не устраивает? У меня никогда не было друзей, с которыми я могла поговорить обо всем, а ты слушал мои россказни, не возражал и всегда говорил, что думаешь. Тебе плевать на мое происхождение и мне интересно с тобой общаться. Неужели этого мало? — Я просто хочу понять, почему ты ищешь это самое хорошее во МНЕ? — не выдержал Лен, даже повысив голос. Ну почему, почему она не хочет понимать очевидного? Что может быть хорошего в таком монстре?       В этот раз Рин долго молчала, не сводя глаз с парня. Весь взъерошенный, как воробей, все еще без своей кофты, он упрямо поджимал губы, также неотрывно смотря на девушку. Невероятные голубые глаза смотрели с каким-то отчаянием и желанием доказать свою правоту. «Прости, но у меня этот спор тебе не выиграть», — девушка улыбнулась своим мыслям и, наконец, тихо произнесла: — А может, ты мне нравишься? — Рин, прекрасно знала, что ее услышат. «Чего, блядь?!» — кажется, он зарычал. ___________________________ Я не знаю, почему одежда остается на нем после превращений. Просто мне так хочется. ^-^