Yes, we are crazy

Темнота и лишь она. Жутко громкий грохот внутри корабля, из-за качки его самого. Корабль поглощала дыра, как и весь экипаж. Было сложно скрывать то, что каждый чувствовал себя странно. Глаза были зачарованы приближающимся звёздным шаром в конце «туннеля». Неважно хотели они этого или нет, но слёзы начали выходить из них, летать перед ними, иногда смешиваясь во едино, из-за невесомости. За всё то время, которое они провели в космосе, они плакали больше, чем за всю свою бесполезную жизнь на земле. Заливаясь ледяным потом, уже щурясь, голова становилась ватной, спадая. Вот и всё. Обморок. Сначала Рики, потом Хёнджин, затем Минхо, после Феликс, Субин, и Ёнджун. Лишь одна Момо. Причину стойкости Момо так никто и не узнает, даже сама она. Жестоко, даже очень. Тем временем, расстояние между заветной, другой галактикой и ракетой сужалось, как и уверенность Момо в том, что ей хватит воздуха в лёгких чтобы переждать всё это. Она задыхалась. Либо из-за красоты, либо из-за ужаса, а может всё вместе. Она не сразу заметила заснувших, лишь после нескольких минут странного молчания. Не смотря на увиденные опустившиеся головы, она сохраняла спокойствие, хотя в душе уже жалела, что вообще знала о том, что космос существует. - Когда проснуться, убью к чертям. Или кому там Ёнджун поклоняется? Голос искажался, даря Момо ощущение того, что она сходит с ума. Начали появляться разноцветные потёки, похожие на взрывы и облака, в сумрачном пространстве. Всё было по другому, не похоже на родную галактику. Уж слишком магически для глаз девушки. Первый человеческий взгляд, первое бешено стучащиеся сердце, первые намокшие ресницы в этой галактике. Она сразу начала разглядывать всё в поле зрения, на что хватало сил. Её тело было дико измотанно и сходило с ума, так же как она сама. Хочется грохнутся, как и остальные, но нельзя. Резко трясти корабль прекратило, пищание прекратилось тоже. А бешеное сердцебиения Хираи, не собиралось останавливаться. Не смотря на шок, она попыталась взять себя в руки, и прикинуть что делать дальше. Разбудить других. Одной ей будет тяжело справляться с этой громадиной. Момо подошла сначала к Минхо, чтобы дальше ей было легче всех будить. - Просыпайся давай, всё самое интересное пропустил,- она шатала его за плечо параллельно оглядываясь на других, - вставай давай,- она прикрикнула ему на ухо. Услышал кажется. Минхо начал потирать глаза, пытаясь рассмотреть хоть что-то. - Что случилось?- Ли запрокинул голову, как будто с облегчением. - Ты отрубился. Как и все остальные. Спасибо вам конечно. - Не за что,- отозвалось от Ёнджуна. Оба повернулись на парня с недоумением. - А ты чего так резко встал?- Момо подходила к младшему, - притворялся что ли? - Нафига мне это? Просто ты так заорала. Ну вырубились, что с этого? Это же естественно. Странно вообще то, что ты нет. - Что с этого?- она повторила за Ёнджуном,-это пиздец как страшно было! Ты подумай хоть! - Ладно, ладно, только не ори. - Так их оставим? Или всё таки будить будем,- Ли уже бродил рядом с подростками. Не быстро, но все начали постепенно просыпаться. Начали спрашивать что произошло, а Хираи огрызаться. Ей правда было тогда страшно. Каждый начал проходить к окну и смотреть на невероятно красочный мир. По привычке руки цветочного Хвана и солнечного Ликса сцепились, и вообще, никогда, не собирались расцепляться, только если один из них не попросит. Магия снова заиграла в ушах, а слегка выраженные улыбки начали проявляться, как фотографии на плёнке. Наконец-то, всё было вполне себе хорошо. - Рики давай, не притворяйся. Ты последний остался,- со смешком в голосе, радуясь победе, пожимая плечи других произнёс Субин. - Чо то долго спит,- сказал Хёнджин. - Да ладно, театр одного актёра, давааай,- Субин встал над Рики, с той же улыбкой, что могла ослепить любого. Толпа начала собираться вокруг тела. - Блин не смешно уже Рики. - Видишь Рики, даже Ёнджуну уже не смешно. Вставай, увидишь что за красотень там снаружи,- слегка тряся младчшего продолжал Субин. Феликс прислонил ладонь к лбу спящего. - Ты что делаешь?- обеспокоено спросил Субин. - Температура есть?- спросил Минхо. - Нет. Совсем нет. Даже наоборот. Он ледяной. Минхо приложил тыльную сторону ладони ко лбу парня. Что это. Он и правда был холодным. Как будто всё это время был засыпан снегом. - Притащите одеяла! Все которые есть, сейчас же! Все начали метаться кто куда. - Что с ним?- дико тревожно, и с взволнованными глазами, но всё с той же улыбкой, сказал Субин. - Я не знаю. И вот накрывают последнее одеяло на замороженное, бледное тело Нишимуры. - Стойте! - вырвалось из Феликса. - Что? Что ещё?- раздражённо, снова спросил Субин. Феликс положил пальцы на запястье парня, затем опустился к носу, чтобы послушать дыхание. - И что это было?- опять осуждающе прозвучало от Субина. - Он… - Что он? Договаривай уже. - Он не дышит. Тишина, ни одного даже вздоха не прозвучало от подростков. Казалось что время остановилось вместе с ними, также как и корабль, и всё на этом свете. - Хах, конечно. Феликс вы с ним за одно? Сценку разыгрываете? Думаю уже хватит. - Сам проверь. - Да не буду я ничего проверять. Нахрен мне это сдалось, тратить на вас клоунов время. Так давайте прекращайте. Рики вставай. Не смешно уже, даже мне. Никому уже было не смешно. Закрытые руками рты, давали понять что сейчас что произойдёт, или уже произошло. Субин начал трясти Рики сильнее, так чтобы точно прекратить это всё. Но оно не прекращалось. Какая никакая, но истерика начала разрастаться в парне. Это пугало других, отдавало ноткой бесчеловечности , в каком то смысле. Улыбка продолжала сверкать, но глаза уже давно потухли, как будто они знали что произошло. Темп тряски увеличивался, также как и неконтролируемый страх в голосе Субина, который уговаривал Нишимуру проснутся. Всё было зря, абсолютно всё. Дошло до того, что Субина пришлось отрывать от парня. На самом деле, он ещё пару минут назад понял, что тот не дышит, но продолжал просить, молить заговорить. Как будто сойдёт с ума без голоса Рики. Сколько много слёз, каждый день, даже сейчас, прорываются сильным потоком из его чёрных глаз. Он пытался выслушивать сердцебиение. Как это было глупо, непонятно, грустно. Он ни как не мог поверить, что такое могло вообще произойти. Рики вечный, всегда таким был. Покоривший землю, космос, сердце и разум Субина. Он останется навсегда шестнадцатилетним в голове Чхве Су Субина, даже не смотря на то, что ему уже давно было 20. Так он и остался лежать на груди парня, прижимаясь, пытаясь услышать хоть самое слабое биение, но слышал только своё. - Тварь,- он ударил кулаком об пассажирское сидение, на котором валялось мертвенно-бледное и одновременно вечно живое, замечательное, хрупкое тело Рики. Он говорил это всерьёз. Он был зол на парня за то, что тот покинул его. И ещё ему было его жалко, до такой степени, что был готов вырвать из себя душу, которая скорее всего будет окровавлена, и отдать Рики. Непонятно почему, но в Нишимуре всегда было то, что не хватало Субину, например как сейчас воздуха. От собственных слов, слёз, мыслей, вида младшего он в прямом смысле задыхался. Лучше уж умереть, вот прямо сейчас. Уйти вместе с Рики было отличной идеей для парня. Но, конечно, такому конченому поступку было не суждено осуществиться, никто из рыдающих космонавтов не позволит. - Блять…Почему…это произошло?- выглядывая на ребят, спросил Субин. - Я узнаю, обязательно узнаю,-сквозь слёзы и хлипы проговаривал Феликс. Он лечил всех на корабле, на земле он отдельно уделял внимание медицине, но в этом случае лечение было ненужным. - Нет, сейчас скажи! - Я же сказал что узнаю! Я не маг блять! Субин подошёл вплотную к Ликсу, посмотрел в выплаканные глаза, и врезал пощёчину. - Что ты творишь?! Солёная щека Ликса горела от удара. - То что надо. Ты блять доктор или кто. Твой какой никакой товарищ погиб, а ты даже не выяснил причину! - Это невозможно сделать за секунду, Субин!- Хёнджин подошёл к парню и оттолкнул его. Страшно было подумать, на что старший ещё был готов в таком состояние. Убить себя. Легко. - Ёнджун, лезвия ещё не затупились? Я возьму парочку, не против?- уверено крикнул Субин, двигаясь в заветную комнату. Ох, как же ему хотелось покончить со всем этим прямо сейчас. Тогда всё успокоиться, и он тоже. Толпа начала его догонять крича всякое, чтобы остановить парня. Но ватные ноги, которые были готовы упасть, разбиться до мяса, и сами начать плакать, уверенным шагами шли, не давая никому обогнать Субина. Он начал переходить из одного угла в другой, перекапывая все залежи Ёнджуна, ища то, что прекратит самокопание и страх. Он винил себя. Винил за то, что заснул тогда, и дал заснуть Рики. Но хотел умереть он не от этого, а из-за того, что скучал до такой степени, что терпеть было невозможно. Казалось сердце уже давно разорвалось, но что тогда так болело? Хоть Субин и не верил в Бога, но хоть какая то сила должна была сделать так, чтобы они снова увиделись. Иначе смерть была бы ни к чему, и стала бы очередной бесполезной трагедией. - Субин, прекрати! Ты с ума сошёл?! - Да, сошёл! А вы разве нет?- истерично крича он продолжал искать и искать. Всё же не нашёл. Упал на колени, и начал умолять убить его. Комната была настолько переполнена страхом, что начинали болеть головы. Было ужасающи смотреть на такого Субина. - Мы тоже страдаем, нам больно, очень. Но мы должны держаться! Забыл о чём говорили перед полётом? - Отвалите!- парень начал рвать на себе волосы истерично крича, пытаясь заглушить таким образом боль,- я хочу его обратно! - Как и все мы!- рыдал даже Минхо подходя ближе. - Отсантье,- сорванный голос скрипел из-за кома в горле, и становился тише, пока окончательно не стих. Прямо перед ним сидел Минхо. В его чёрных глазах были лишь жидкий хрусталь и усталость. Руки сжимали полу снятый костюм. Он впервые был таким. По крайней мере на глазах у ребят. - Рики…Рики бы не хотел чтобы ты умирал, и ты это знаешь. - Я тоже не хотел чтобы он умирал, но он… - Он любил тебя, и не хотел бы видеть как ты страдаешь, он ненавидел видеть как кто-то из нас страдает. - Заткнись Минхо, сейчас же,- он закрыл глаза руками и подтянул колени к груди. Слишком беспомощно, стало ещё больнее. Все сели рядом. Вытирали слёзы пытаясь привести разум в нормальное состояние, смотрели на Субина, боясь дотронуться. Минхо осмелился. Ударит и ударит. Переживёт. А вот ещё одну потерю он точно не переживёт. Подвинувшись ближе, он дотронулся сначала до плеч, потом до спины, и во все обнял его. Самое невыносимое объятье в их жизни. Кололось всё тело, вздрагивая от всхлипов, у обоих. Минхо решил ничего не говорить, мало ли что. Да и самому этого не хотелось. Лучше помолчать. Обнимать тёплое тело Субина. Дневник Хёнджина. Дорогой дневник. Мне больно. Очень сильно. Это не должно было произойти, только не с ним. Погибнуть во сне, подумать только. Думаю это самая спокойная смерть, не дающая человеку почувствовать боль, но вот тем кто его любил…ещё как даёт. Субин остался с Минхо, а нам сказали выйти. Я слышал крики и разговоры из комнаты. Я хочу спать, и проснутся, чтобы все это оказалось мерзким сном. Пожалуйста. Хочу закончить этот день, уже давно пора. Сегодня космос забрал слишком много.