Why am I laughing? Why am I crying?

Темнота медленно поглощала, расцветающий огнями, город. Передавая друг другу бутылку вина, парни макали пальцы в баночку с блестками и аккуратно растирали по коже. Вайлд прикурил и беззастенчиво уставился на Хантера, который избирательно пощелкивал вешалками с одеждой, стоя в одних пижамных штанах. Подошел со спины, прижался и, мурлыча, прислонил сигарету к губам ведьмака. Вдох, дымный выдох. - Иди хоть так, все равно лучше тебя там никого не будет. Провел по густым белым волосам, очертил пальцами острое лицо, сухо прикоснулся губами к плечу. Протянул руку к футболке со странным блондином-эльфом, так похожим на Хантера. Вайлд часто подолгу трогал его необычайно острые уши и восхищался этой аномальной анатомической детали. Ведьмак застенчиво усмехнулся, приняв его выбор. - Что ты приготовил для нас сегодня? Ты, черт возьми, даже более скрытный, чем обычно! - Это.. кое-что маленькое, - лизнул мочку уха. - Квадратное и.. Здание грохотало музыкой еще за пару кварталов и отовсюду уже стекались люди. Парни, за метр провонявшие травкой; девушки в сверкающих пайетками платьях, старательно проверяющие в маленькое зеркальце не белый ли у них кончик носа; очередная компания с бешено бегающими глазами и запасом бутылок с водой на ближайший год. И они, одетые полностью в черное (конечно, за исключением картинки с мальчиком-эльфом), сверкающие в огоньках блестками с фиолетовым отливом. Они, с дерзким хихиканьем, почти под носом у фейсеров, кладущие под язык разноцветные квадратики и запивая их бутылочкой нефильтрованного. Они, покупающие по стопке опасно горящей жидкости и бурно обсуждающие ближайшие мозговыносящие несколько часов. - Шизик, - тихо хмыкнул бармен. О, ведьмак сегодня так хотел им быть. Вокруг медленно проплывали руки людей, оставляя за собой отчетливые следы в воздухе. Вайлд обнимал его и, казалось, если отпустит, то мир взлетит на воздух. Они касались друг друга носами, тихо напевая мотив песни, что так приятно оказалась в середине ремикса. Ток пробегал между их телами, Хантер почти чувствовал, как их души содрогаются в оргазмах от прикосновений. Глаза закатывались, когда Вайлд проводил пальцами по его волосам, задевая кожу головы. Тихий шепот, предлагающий прогуляться до пустующих кабинок неподалеку. Понимающий кивок. Голова Хантера врезалась в плитку и из горла вырвался тихий стон. На его телефоне была заботливо прочерчена розоватая полоска, заранее растертой таблетки. Скрученная купюра, глубокий вдох, жжение доходящее до мозга. - Ох, черт. Вокруг все не желало останавливать свое движение, но его взгляд был прикован к темноволосому парню рядом. Поцелуи, поцелуи.. все походило на одну большую галлюцинацию, захватившую его сознание. Пусть. Звук молнии, звяканье ремня и такой горячий рот. Может ли быть предел эйфории? Он не был уверен. Он уже вообще ни в чем не был уверен. Ведьмак нагло обхватил голову Вайлда руками и грубыми толчками выбивал из парня хриплые стоны. Вперед-назад, вперед.. слюна капнула на пол, блестящие от слез голубые глаза возбужденно наблюдали за ним. Стены болтали, шепча всякие пошлые глупости. Или это были его мысли? Грязный поцелуй, укусы, выступившая кровь на ободраной губе. Слизнуть, вот так.. Стянуть футболку, провести пальцами по капельке пота на животе со слегка выступающими кубиками. Увлечься, оставив красноватые засосы на шее, плечах.. Вайлд извивался как змея, позволяя ведьмаку творить с его телом, что вздумается. И о, конечно он делал. Стоны перешли в откровенно громкие, но на возмущенный стук в кабинку Хантер лишь послал всех к черту. Вайлд так любил, когда он бывал грубым. Властным, наглым, берущим свое. Когда он, через стоны, молитвой повторял его имя. У Хантера сносило крышу. И это было как стоять у пропасти, один шаг и тебе конец, но он рисковал, потому что не мог по-другому. Он хватал шелковистые волосы, рукой выгибал спину Вайлда и стягивал с него джинсы. Все это напоминало чистое безумие, но если и так.. Если и так, он одним толчком будет внутри жаркого, тугого Вайлда. Если и так, то музыка сольется с их стонами. Громче, быстрее, громче.. Вжимать его в дверь, наслаждаться исчерченной ногтями спиной, поднести пальцы с горьким порошком к его губам. Он привычно поморщится, облизнувшись. Прошепчет что-то смазанное, такое же непонятное, как и все происходящее вокруг. Они смешались в один звук с этими басами. В одно чувство с жарким дымным окружающим. Пламя внизу живота взрывом растеклось по венам и Хантер взвыл. Руки дрожали, челюсть привычно сводило, глаза потрясывало, не давая нормально видеть. Наклониться, лизнуть щеку Вайлда, медленно выйти. Белесые капли на полу, как знак их удовольствия. Его улыбка, его невероятная улыбка с этими острыми клыками.