Ведение дел

Гермиона уже сбилась со счета по какому кругу листала этот дурацкий, тоненький глянцевый журнал. С обложки ей широко улыбалась некая Минди Шефик. Молодая волшебница в прошлом месяце получила награду за созданный ею аналог, Костероста - это зелье давало тот же эффект, но без мучительных болей. Эта Минди была всего на три года старше Гермионы, а уже получила признание за свои достижения в исследованиях. А она едва сдерживает дрожь в ожидании собеседования, на достаточно таки рядовую должность в Министерстве. Всему свое время. Раздраженно вздохнув Гермиона и бросила журнал на сидение диванчика. Обмахиваться им не было смысла, от удушающей жары, стоящей в помещении он не спасал. Чертово лето! Ее работа получила довольно-таки одобрительные оценки от Комиссии. А значит прошла отбор и теперь была допущена к последнему собеседованию с непосредственным начальником их отдела — мистером Яксли. И сейчас Гермиона нервничала как никогда. — Ох милочка, не волнуйтесь так. Ваше собеседование скорее всего чисто формальность, — проворчала старенькая секретарша начальника. Она вздыхала каждых две минуты, давая понять, что Гермиона действует ей на нервы. — Это еще почему? — К собеседованию были допущены двое волшебников. Но к сожалению юноша, которому было назначено сегодня утром перед вами, пришел и отказался от должности. — И кто был этот юноша? — Не могу вам сказать имени. Но он был очень высоким и слишком привлекательным для этой работы. Я ему так и сказала, что он делает правильный выбор. Прежняя должность ему больше к лицу. Гермиона скривилась, от привкуса кислоты, подкатившей к ее горлу. Девушка прекрасно осознавая, кем был красавец, уступивший ей место. Именно уступивший. Она выиграла с позором, только по его милости. И от этого ее затошнило. Руки зачесались врезать по надменному лицу, да так, чтобы от души отлегло. Не особо задумываясь над последствиями, она бросилась к выходу, не обращая внимания на летящие ей в след отклики. Догадка, посетившая ее голову едва не заставила Гермиону стукнуть себя ладонью по лбу. Перед тем как отправиться на встречу, Гермиона заметила на своем столе маленькую коробочку с синими Гортензиями. Тогда она была уверена, что это пожелание удачи от ее драгоценных коллег. Еще удивилась, почему они не подарили их лично уходя домой. Похоже Малфой не только решил унизить ее перед начальником, но еще и ткнуть в это носом. Прямо в буквальном смысле, нюхая цветы и читая записки пожелания удачи. Гермиона практически бежала по пустынным коридорам в штаб авроров, зная, что Малфой не имел привычки уходить раньше всех с работы. Она влетела в кабинет. В комнате были только Малфой, что-то искавший на полке с многочисленными папками. И Бут, уже собравший вещи, чтобы отправиться домой. — Думаешь, я не знаю для чего ты это сделал? Крикнула в спину парню сбившимся после пробежки на каблуках голосом Гермиона. Сверля его злым взглядом она отбросила с лица прядь волос. А свою сумку швырнула на кресло перед его столом. — Оу, счастливо оставаться Малфой — бросил Бут, кинувшись побыстрее в двери. — О не уходи! Я ненадолго! Всего лишь послать этого придурка подальше! — Не утруждайся Грейнджер, — спокойно ответил Малфой улыбнувшись. — Дорогу я уже слышал парочку раз. Повернувшись он положил папку, которую держал в руках на стол, и уселся в кресло. Расслабленно скрестив крепкие руки на груди. От чего белая, форменная, аврорская рубашка еще сильнее обтянула его широкую грудь. Гермиона выдохнула. Нельзя было думать об этом. Ведь ей нужно было сохранить крупицы уже медленно тающей злости, чтобы поставить все точки над и в этой затянувшееся игре. Но она не могла совладать с собой. Каждый раз, когда она видела закатанные рукава его белой рубашки, чернеющие под ними татуировки и холодный взгляд из-под нахмуренных бровей. Ей всегда хотелось забыться и вернуться в свои сны. Те после которых она не могла смотреть ему в глаза без стыда. — Если тебе хотелось унизить меня в очередной раз, то тебе это удалось! Поздравляю, это лучшая твоя попытка. Ты и здесь утер мне нос. Надеюсь ты это съешь и подавишься. — О чем ты блядь говоришь? — Спросил откинувшись назад Малфой. — Ты выиграл это место ясно? Хотел «уступить» бедняге? Всем рассказывать, как ты решил меня пожалеть? Так вот знай. Отказались мы оба! — Выпалила Грейнджер, уперевшись ладонями в поверхность стола. — И теперь я буду мозолить тебе глаза в этом гребаном кабинете каждый день… Она тыкала указательным пальцем в деревянную поверхность, делая ударения на каждом своем слове. — Это должно меня расстроить? — Нахально улыбнулся он. — … и все, что я буду… Что? Растерялась от неожиданности Гермиона. Она явно теряла свой запал от вида его спокойствия. Малфой вел себя так, словно знал что-то чего не знает она. Выбивая тем самым ее из колеи. Уверенность Гермионы в своем мнении исчезла где-то между его ленивым, совсем неприличным взглядом ей в глаза и на сиськи, одновременно. Заметив это, она впала в ступор. — Если хочешь, могу притвориться, что не говорил этого, — устало пожал плечами Малфой, пользуясь паузой и ее недоумением. — Я думала… Думала мы оба решили не трепать больше друг другу нервы! Но ты почему-то снова хочешь меня разозлить, зацепить, унизить на работе. Отгоняешь любых парней чтобы… Вот именно! Чтобы что? Я не понимаю… Помотав головой Гермиона отступила назад. — Действительно не понимаешь? — Вспылил Малфой откровенно наслаждаясь ее растерянностью. Он медленно, словно боясь спугнуть дикое животное встал из-за стола и обошел его, остановившись напротив. Но Гермиона не убежала бы. Точно не в этот раз. Ее внутренности сжались ожидая продолжения сказанного. А нервы были натянуты до предела. Но признаваться в своих домыслах она не собиралась. Никогда и не планировала этого делать. — Мне не нужно этих поблажек, не нужна твоя жалость… — прошептала она, когда Малфой был уже достаточно близко. — А чего же ты хочешь? Грейнджер усмехнулась отрицательно помотав головой и опустив подбородок. Ей не хотелось показывать свое отчаяние. Только не ему. Но еще больше, ей было страшно соблазниться мыслью, о том, что она может получить желаемое. Однажды она уже сделала такую ошибку. И сейчас, ощущая проницательный взгляд серых глаз Малфоя, она понимала, что не может унять ноющую боль внизу живота. Не может противиться его влиянию. — Чтобы ты держался от меня подальше и… — прошептала она. — Не могу, — поспешил перебить он девушку. Быстрым, требовательным поцелуем Драко набросился на нее припечатав к двери кабинета. Удивленный вздох Гермионы затерялся на его губах. Она отчаянно хваталась руками за ремни черной, кожаной портупеи его аврорской формы. Пытаясь оттолкнуть парня. — Ч-что ты… — Прошу, только не проси меня остановиться… — тяжело дыша хрипло пробормотал Малфой. От звука его голоса Гермиона едва сдержала стон. Малфой опирался рукой в дверь над ее головой. Его потемневшие от страсти глаза, хаотично скользили по ее телу изучая. Тем самым распаляя и без того бурлящее внутри нее желание, еще сильнее. Плавясь под этими горящими глазами, Гермиона решила, что ей плевать на то, каким будет исход ее ошибки. Она хотела Малфоя. Здесь и сейчас. Заставив свой вопящий инстинкт самосохранения заткнуться, Гермиона протянула руку собираясь прикоснуться к лихорадочно бьющейся венке на шее парня. Желая почувствовать ритм его сердца, и облизнулась. Расценив этот короткий жест как согласие и не заставляя намекать себе дважды. Малфой снова набросился на припухшие, приоткрытые, влажные губы девушки. Легко, так словно она ничего не весила, он поднял Грейнджер в воздух одной рукой, снова припечатав ее к двери, не жалея хрупкого позвоночника. Хотя сейчас Гермиона не ощутила бы боли, даже если бы он переломал ей все кости. Послышался треск лопающихся швов узкой юбки Гермионы, а вместе с ним и удовлетворительный, низкий, гортанный стон Малфоя. Крепко обхватив его талию ногами, Гермиона чувствовала сильный жар мужского тела. Такой же сильный, как и тот, что пылал в ее крови плавя внутренности. Парень сжал задницу Гермионы левой рукой зашипев от вожделения, жарко выдыхая куда-то в область ее уха. Вырывая каждым своим движением из тяжело вздымающейся груди Гермионы, глухие стоны. Отчаянно желая ощутить больше, она торопилась прикоснуться к голой коже Малфоя. Боясь, что если не сделает этого, то просто двинется умом. Заставив себя оторваться от поцелуев, чтобы потянуться к пуговицам его аврорский рубашки, когда Малфой отклеил ее от двери. Одним движением руки, словно позабыв о том, что они волшебники, он сбросил все бумаги со своего рабочего места, усадив Грейнджер на стол. Они лихорадочно снимали с себя одежду, спеша так, будто вот-вот крупицы отведенного им времени в песочных часах вселенной, упадут безвозвратно. Пыхтя и почти задыхаясь, Драко оставшийся в одних брюках, окинул взглядом слишком узкую для чертового дресс-кода юбку Грейнджер. Не желая тратить время, он просто разорвал ее по уже треснувшим швам. Гермионе хотелось скулить под голодным, напряженным взглядом Малфоя. Он рассматривал ее уперевшись руками по обе стороны от ее тела. Девушка тонула в волнах исходившего от него желания. С восторгом осознавая, что причиной тому она. Воздух между ними трещал и искрился от переизбытка в нем магии и эмоций. Она пыталась заставить себя дышать размеренно. Но глядя на закрывающие его лоб белые пряди волос, приоткрытые губы и перекатывающиеся под обнаженной кожей напряженные мышцы, очередной вдох застревал в горле комом. Коротко облизнувшись Малфой снова притянул Гермиону к себе для поцелуя. Обхватив ее голову руками, он зарылся пальцами в пышные и уже влажные кудри и облизал нижнюю губу девушки, прикусывая, а затем оттягивая на себя. Грейнджер закрыла глаза, и от нетерпения потянула парня на себя за пряжку ремня, чем снова вызвала его легкое удовлетворенное мычание. Она готова была поклясться, что могла делать что угодно, чтобы снова услышать эти звуки. Звуки, которые он издавал наслаждаясь ее телом. Она потеряла один вдох где-то по дороге между его языком на своей шее и скользящими по внутренней стороне ее бедра пальцами. Выгнув спину, Гермиона снова закинула ногу на талию парня, отчаянно желая сократить расстояние между ними, но Малфой был неумолим. Заставив Гермиону откинуться спиной на стол, он нависал над ней заведя и зажав ее запястья у нее над головой одной рукой. Ощутив прикосновение губ Малфоя к своим ключицам, Гермиона осознала, что все козни, устраиваемые ими в эти годы, были до смешного жалкими против его игрищ сейчас. Ее тело уже было влажным от духоты в помещении и раскаленной крови, что неслась по ее венам. И сейчас, его поцелуи в области ее груди в прямом смысле обжигали кожу, оставляя красные отметины, заставляя, дергаться от каждого прикосновения. Малфой обвел языком торчащие соски, сорвав громкий стон с ее губ и двинулся вниз к животу. От чего девушка запротестовала его действиям. На что Драко лишь поднял голову, обнажая зубы в своем фирменном оскале. Он восхищался ее телом и проделанной работой. Девушка, чьего внимания он так жаждал. Горящие глаза которой он вспоминал каждый раз, когда просыпался с утренним стояком, сейчас дрожала в его руках от нетерпения и наслаждения. И даже несмотря на то, что Гермиона ни на секунду не скрывала своих желаний, он все равно видел в ее глазах упрямость и чрезмерную строптивость, что сжигала нахрен его терпение. Залюбовавшись, Малфой на мгновение потерял бдительность ослабив хватку. Чем девушка сразу же и воспользовалась, схватившись за ремень его брюк, и принимая вертикальное положение. Но Драко не дал достичь ей своей цели, ухватившись рукой за ее шею, нависая над ее сладким ртом. Грейнджер удивленно округлила рот от возмущения, готовясь что-то сказать, но ощутив тепло его пальцев на своих трусиках, мгновенно передумала. Медленно поддев тонкую ткань белья он оттянул ее в сторону. Ощутив горячую влагу на подушечках пальцев, он мягким движением руки погрузился в нее. И удовлетворенно ухмыльнулся, услышав сладостный стон. — Так чего ты хочешь Грейнджер? — Влажно прошептал он ей на ухо, продолжая медленно трахать ее пальцами. — Идиот, — простонала она подавшись вперед, чтобы почувствовать его еще глубже. Но тут же захныкала от разочарования, когда Малфой убрал руку. Все еще удерживая ее шею цепкой хваткой. Яростно схватив Гермиону за бедра, он подтянул ее на самый край стола, крепко прижимаясь к ее высоко вздымающейся груди своим торсом. Одним плавным, но уверенным движением он вошел в нее, выбив воздух из ее легких и задыхаясь сам. Трение влажной разгоряченной кожи, и ощущение пылающего внутри нее огня просто сносили крышу. Малфой с остервенением увеличивал темп, вгоняя член до основания, слушая оглушительно громкие и такие желанные стоны. Гермионе казалось что очертания комнаты стерлись у нее перед глазами. Она не ощущала ничего кроме охренительного блаженства, что словно наркотик накрывал ее с каждой секундой еще больше. Так что ей казалось она начинает терять слух и способность видеть. Были только они, столкнувшиеся лбами, и ловя поцелуями капли пота. Драко держал ее за талию, боясь, что она испарится из его объятий. И он больше никогда не почувствует, как это хотеть умереть от наслаждения ее теплом, прикосновениями. Терпким запахом их секса. Грейнджер откинулась на локти и снова застонала. Ей казалось, что все ее рецепторы стекли вниз вместе с кровью, сосредоточившись только в этом месте. И все что она могла сейчас ощущать, это какую-то неопределенную тяжесть чего-то надвигающегося. Чего-то очень сильно ею желаемого и требующего ее телом. И в момент, когда Малфой сменил угол и прибавил темпа, она узнала чего ей так не хватало. Все мышцы в ее теле сжались, и самая напряженная из них внизу ее живота задрожала лихорадочно сокращаясь. Гермиона выгнулась дугой, притягивая Драко еще ближе. Ей казалось, что ее сердце остановилось на несколько секунд, отставив ее в тишине наедине со своим оргазмом. Услышав сквозь вязкую пелену, окутывающую разум, протяжный стон Малфоя, она ощутила, как тело парня обмякло обрушиваясь на нее своей приятной тяжестью. Они дышали в унисон. Дышали тяжело, прерывисто, пытаясь вернуться к реальности. Такой нежеланной и серой по сравнению с тем фейерверком, что все еще мелькал под веками. Стараясь держать себя на весу, Малфой медленно приподнялся на ослабевших руках отстраняясь от стола. Его мышцы сильно ослабли, а мозг отказывался соображать, так что он не стал бы отрицать, что в этот момент вполне мог забыть и свое имя. Гермиона поднялась вслед за ним, кое как пытаясь скрыть свой стыд от наготы ее тела. Совершенно уже не коря себя за то, что это было сейчас бесполезным. Такова была ее натура. Малфой рассматривая ее с легкой ухмылкой, тоже пытался застегнуть свои брюки, но пальцы его не слушались. Гермиона мысленно усмехнулась в ответ. Она только сейчас поняла, что так и не разглядела татуировки на его предплечьях, и торсе. Времени для изучения тела Малфоя которое уже снова скрылись под одеждой оказалось недостаточно. Подавшись вперед он снова заключил ее в ловушку своих рук. Неловко поправив прилипшие к лицу волосы, девушка подняла взгляд ему в ответ. — Поздравляю, Грейнджер, — выдохнул он ей в губы. — Ты обошла меня и в этом. — Я ошибалась, — загадочно улыбнулась она, легко прикасаясь к нему губами в ответ. — Если ты действительно ведешь дела также как занимаешься сексом, я готова признать, что ты лучший работник. — Ну, это уже мне решать. — послышался жесткий, хриплый голос. Громко ойкнув Гермиона прикрылась первой попавшейся под руку папкой спрятавшись за ней, прежде чем Малфой додумался загородить собой ее довольно пикантный вид. В дверях кабинета стоял Корбан Яксли. — Решил поинтересоваться причиной вашей неявки мисс Грейнджер. Но кажется вопрос оказался слишком риторическим, — сказал начальник, сдерживая улыбку. — Мистер Яксли, это моя вина, я… — Не льстите себе, мистер Малфой, — уже откровенно насмехался мужчина. — Этому виной ваша молодость. Даю время самостоятельно решить между собой, кто станет следующим специалистом. Доложите завтра о ведении дел. Не говоря больше ни слова, развернувшись, мужчина вышел в коридор, плотно прикрыв за собой дверь. Гермиона обреченно выдохнула. Кажется, такого объяснения своего отсутствия на собеседовании не давал еще никто. Куда делось ее правило никакого Малфоя? Всю ситуацию могли спасти закрытые двери, что в волшебном мире не было сложным заданием. Но кажется этим двоим было совсем не до этого. Малфой обернулся. Стоящая перед ним девушка, занималась починкой своей юбки, водя вдоль распоротого шва волшебной палочкой. На ее лице читалось явное волнение. Взяв Грейнджер за локоть он аккуратно развернул ее к себе. — Мне никогда не нужна была эта должность. Я всего лишь хотел, чтобы ты снова пришла ко мне в кабинет. Пусть злая, обиженная, но пришла. Грейнджер удивленно смотрела в его серые глаза, и ей хотелось просто раствориться в этом моменте. — Я не ненавидела тебя, никогда, — прошептала она. — А стоило бы. Они оба засмеялись, но никто не услышал ни звука. Ведь он утонул в их поцелуе.