Abyss

Я взвыла. Нет, это не может быть правдой. Только не так, только не сейчас. Я ущипнула себя , боль отдалась, это было реальностью. Мне стало тяжело дышать, будто в комнате закончился воздух.. Муна побежала за врачами , Джин сев рядом стал гладить мои волосы. Его запах шоколада навсегда запечатлелся с днем смерти матери. Я осталась одна в мире, где у всех есть близкие любимые люди, а моих уже нет. Я потеряла маму. Я вцепилась в руки Джина с такой силой, будто хотела чтобы кто-нибудь почувствовал то, что чувствовала я. Ногти ныли от такого сжатия. Джин не издавал звука. - Джин...убей меня....умоля...ю... я не...могу....так….больше....ммамаааам Джин сидел не двигаясь, его глаза не сходили с моего лица. Его глаза наполнились слезами и скатились вдоль щёк. - Пожалуйста, перестань. Не говори так.... Я почувствовала как голова тяжелеет и перед глазами все потемнело. Несколько дней мне вкалывали снотворное и я практически не просыпалась. Когда я пришла в себя, моё тело болело и ныло, будто после тяжёлой горячки. Я не могла открыть глаза, руки болели так, будто их не было. Всё ныло и болело, я ощущала себя старухой. На моей кровати спал Хосок. Его густые , белоснежные волосы раскинулись по моей простыне. Он выглядел уставшим и измученным, на лице всё ещё красовались раны, оставленные Намджуном. Хосок был ещё красивее в своей безмятежности . В углу, на кресле спал Юнги. Голубоглазый, с платиновым цветом волос, он казался ярче Хосока. Все мужчины были словно на подбор или же это их родили настолько прекрасные женщины? ..раздумывая об этом мне в голову пришла мама. Слёзы бессилия снова обрушились на меня. Юнги медленно открыл глаза и посмотрел на меня. Медленно встав и подойдя с другой стороны, стараясь не разбудить Хосока , вытер мои слёзы и шёпотом сказал: - Не плачь ... Мне очень жаль, прости меня.... Я потерявшая все свои силы, молча кивнула и он обнял меня. От него пахло лимонами. Я улыбнулась. Юнги выпустил меня из объятий и присев на край кровати, удивлённо посмотрел на меня. - Что такое? - Ты пахнешь лимонами...как моя мама.. - Правда? - Ага.. - Ну тогда можешь нюхать меня, когда захочешь. Я расхохоталась сквозь слёзы. Хосок проснулся, потянулся, потёр заспанные глаза. Сонно посмотрел на нас и сказал: - Я вижу, кто-то приходит в себя. - Ты спишь как хорёк, чтобы видеть что-то. - Ваш сарказм мне по душе, миледи. Мы рассмеялись. - А где Муна? - спросила я, пытаясь вспомнить тот день. Хосок озадаченно посмотрел на меня, затем пытаясь уловить невидимую мысль сказал: - Я отослал её в Италию к моему сводному младшему брату. - У вас есть ещё один брат? - Да, Джей кей. У него есть не менее замечательная наша мама. Я улыбнулась. - Ты избавил её от страданий. - Не понял? - Неважно, расскажу позже. - Дело во мне? - обиженно сказал Юнги. - Не-а - протянула я и посмотрела на них. Повисла тишина и поколебавшись, я решила всё-таки узнать то, чего хотела больше всего на свете.. - А где...моя мама? - сказала я, пытаясь держать себя в руках. Мой голос слегка надломился при этом вопросе. Хосок слегка помялся прежде чем ответить. - Я отвез её в морг, чтобы её тело подготовили..Послезавтра похороны...Я не хотел её хоронить без твоего позволения..И тебе нужно завтра поехать на опознание.. Я взяла его за руку и слегка пожала. - Спасибо, Хосок. - Мне нужно идти, я приду позже.. Хосок вышел за дверь, незаметно вытирая лицо. - Что с ним? - Он расстроен, редкое явление. Слёзы скатились по моим щекам. Проживая свою боль, я не заметила другую. Я закрыла глаза и откинулась назад. Не хотелось ничего и жить тоже. На следующий день я поехала на опознание в морг. Было холодно. За мной словно тень ходил Джин, не отходя ни на шаг. Он накинул на мои плечи свой костюм. Погода испортилась под моё настроение. В больнице все смотрели на меня, их глаза будто говорили : »Сирота.» Я даже не подумала, что внимание могло привлечь моё искалеченное лицо, а не смерть моей матери, о которой они не могли знать. Но зря я так думала, моё исчезновение уже пестрело несколько месяцев и смерть матери станет сенсацией. Знает ли отец, что она умерла... . . Я пыталась отогнать свои мысли, надеясь увидеть за белой дверью не свою мать. Была надежда , что это было ошибкой и я сейчас увижу другого человека. Я зашла внутрь, Джин остался за дверью. Я вся похолодела, но не от холода. Мед работник открыл дверцу и выкатилась металлическая кушетка, на ней было тело закрытое белым покрывалом. Он откинул покрывало с тела и вышел. Я увидела до боли знакомые черты лица, приблизившись я погладила её по лицу, как это делала она всю мою жизнь. Рана в голове была такой явной, что я не смогла бы не заметить её. Я взяла её руку в свою, она была такой тяжелой, будто в неё влили свинец. Мои слёзы обжигали мои раны на лице, обжигали моё тело и душу. Я попыталась её приподнять, но она была такой тяжёлой. Она не смеялась, она не смотрела на меня своим задумчивым взглядом, не наставляла меня и не ругалась со мной. Я начала трясти её. Затем взяла её лицо в свои руки. - Мама..мама...пожалуйста....не оставляй меня....мне так страшно мама....мама спаси меня....мама.... Я трясла её, будто хотела вернуть душу в её тело, я так желала чтобы она проснулась. Я хотела быть ребенком и чтобы моя мама всегда была рядом, чтобы я наблюдала её старость и была её опорой. Но осталось это тело, которое перестало жить. Я отбросила покрывало на пол и внезапно в глаза бросилась  рана в груди. Я потеряла контроль над собой. Я сняла свой пиджак и накрыла её. Стала кричать, что ей холодно вот так здесь лежать. Я хотела взять её на руки, но мои раны не давали мне этого сделать, ребра стали ныть. Я возненавидела своё тело за эту слабость, за то что я не смогла ничего сделать. Дверь отворилась и зашёл Джин, следом патологоанатом и медсестры. Джин схватил меня и начал уводить, я начала бить его. Я не хотела оставлять её так. Я стала плакать, кричать, что это несправедливо, что она жила бы дальше , если бы не я. Джин обнял меня, я обессилев обмякла в его руках. - Джин, отпусти меня........мама....ма...маа............ Мне вкололи успокоительное. Мне снилась мама. Она была такой красивой, в белом, блестящем платье. Солнце играло с её волосами, она улыбалась и махала мне, а я бежала за ней и не могла догнать. Споткнувшись, я упала и разрыдалась. Открыв глаза я поняла, что это был сон. Я никогда не смогу догнать свою мать, ни сейчас, ни потом, никогда. Я привстала с кровати. Сегодня день похорон. А я не могу даже собраться. Больница стала моим товарищем по несчастью. Голова болела каждую секунду моего вдоха. - Джин.. Дверь отворилась и появилась голова с печальными глазами. - Да? - Мне нужна другая одежда...потемнее... - Я купил. Джин отворил дверь пошире и зайдя внутрь, поставил пакеты рядом со мной и отошёл назад. - Как ты? - Никак .. - Я внизу, жду в машине. Джин вышел, плотно закрыв дверь. Я открыла пакеты, вытащила чёрные джинсы, футболку, пальто, ботинки. Джин позаботился обо всём, но как он узнал мои размеры? Думать об этом не было времени. Я переоделась слишком медленно, запихав свою прежнюю одежду в пакеты, вышла из палаты. Джин уже ждал у входа возле машины и забрав пакеты, закинул их в багажник . Я села внутрь. Мы тронулись в путь. Всё вокруг было словно чёрно-белым, тяжесть в душе не проходила. Я была словно зомби, который умер давно, а вот разлагаться начал сейчас. Начал моросить дождь. Я включила радио, чтобы заглушить голоса в голове. Мы проезжали мимо домов, где жили семьи, где они счастливо ели, веселились и смотрели фильмы по выходным. А что я? Я узница в своей жизни, должна прожить ещё полгода с убийцей моей матери. Я выдохнула. Джин не отводил взгляда с дороги, чёрные очки скрывали его эмоции. Я смотрела на плиты могил. Как много забытых тут людей. Они тоже были родителями, детьми своих родителей, дедушками, бабушками, друзьями, знакомыми. Где-то заросли могилы, где-то большие, а где-то совсем маленькие. Тут будет лежать и моя мать. Я заплакала. Мне хотелось спрятаться со своей раной от всех, чтобы никто не прикасался к ней. Чтобы в тупиках моей души никто не смог бы найти выхода, если бы однажды попал в них. Я стеснялась своих слёз, своей боли, я не хотела чтобы кто-то мог увидеть насколько огромны эти раны. Что я потеряла себя в поисках мази для этих ран, что я потеряла столько крови за это время, что я думала, что не может произойти со мной нечто большее, чем моё горе. Я потеряла ту ценность, что у меня была, мать. Кто вылечит меня мама? Кто прижмёт меня к себе? Кто согреет меня в этот лютый холод, Мама? Как ты могла так оставить меня в этом мире, который я не выбирала? Я спрятала своё лицо в своих коленях. Меня душил оставшийся мир, как котенка, у которого умерла его мать и он перестал быть нужным своим хозяевам. Я осталась слепой, дрожащей в коробке, я зову её , но мой голос тонет в миллионах других страданий. Машина остановилась. Джин вышел и открыл мне дверь. Молча пошёл вперёд, я последовала за ним. Я пыталась сдерживать себя, но это было равносильно дикому зверю, которого усадили в клетку. Джин остановился, повернулся ко мне и сняв с себя очки, протянул мне. Я вытерла лицо рукой и взяла их в руки. - Спасибо.. Джин кивнул и пошёл дальше. Очки закрывали пол лица, что давали мне некую защиту от взглядов и моих слёз. Мы подошли к вырытой могиле. Впереди стоял Шихек с Намджуном, а чуть дальше Хосок. Хосок смотрел себе под ноги, явно не желая находится на этой стороне. Я встала по другую сторону , со мной стояли Джин и Юнги. Вдали были слышны голоса журналистов, вспышки камер. Принесли тело моей матери, завёрнутое в белую ткань, которое находилось в открытом гробу. Я не смогла больше сдерживать себя. Я разрыдалась и отвернулась. Встала спиной к могиле, Юнги положил свою руку мне на плечо. Я слышала как её тело положили в яму и начали забрасывать землёй. Вот же она лежит там и на неё бросают эту холодную землю и я ничего не могу сделать с этим. Я слышу как земля падает на её мягкое тело, такое тёплое и родное, которое обнимало меня и грело, когда мне было плохо. Которое любило меня, которое дало мне жизнь, которое было моей мамой... Мама... Так много значит для детей, когда они в мире, о котором ничего не знают. Они хоронят не только её, но и  часть моего сердца. Джин протягивает руки и обнимает меня, закрывает собой от этого. Я закрываю глаза и ложу голову ему на грудь. Я пытаюсь успокоиться, но паника берёт вверх. Меня бьёт мелкой дрожью, мне холодно, я замерзаю внутри, обрастая толстым слоем льда. Откуда-то издали разносится голос Джина. -  Тише..Всё хорошо...Спокойно... Я слышу как встрепенулся Юнги, затем схватив меня за руку оттаскивает из объятий Джина. Намджун толкает Джина и я потеряв равновесие , падаю на землю, где только что похоронили мою мать. Я беру землю в свои руки, сжав её и обезумев начинаю копать руками, разбрасывая землю вокруг себя. - Мама..Мама.... Намджун пытается меня поднять, взяв меня за талию. Я вскакиваю и отталкиваю его от себя. - Убери свои руки, убийца!!! Убийца!!!! Я ненавижу тебя !!!!! Мой гнев в мгновение ока переключился на него. Если бы он просто умер, ему было бы лучше. Я вижу подбитый глаз Джина и начинаю толкать Намджуна, который пытался приблизиться ко мне. - Что ты от меня хочешь???? Что??? Ты разрушил мою жизнь!!!! Я ненавижу тебя!!!! Ты слышишь???? Я НЕНАВИЖУ ТЕБЯ! Каждое слово вырывается из меня болью и ненавистью на которое способен лишь человек. Я ненавидела себя, что позволила умереть моей матери. Я ненавидела себя за свою жизнь и всё, что мне приходится проживать. Хосок оттаскивает от меня Намджуна и уводит его вслед за Шихеком. Я падаю на колени и остаюсь рыдать. Юнги садится рядом и гладит меня по волосам. - Всё хорошо,слышишь???... Лина... - Что хорошего Юнги??? Моя мать мертва, я в заложниках у этого убийцы. Что хорошего?!?!? - я срываюсь на крик. Его голос превращается в шёпот, который слышу только я. - Месть. Я смотрю в его голубые глаза, которые не отрываясь смотрят в мои. Юнги встаёт и уходит. Я ложусь на свежевырытую могилу, будто на грудь своей матери. И закрываю глаза. - Мама..Я отомщу... Я клянусь.  Я медленно открываю глаза и вижу отца. Его заплаканное лицо, распухшие глаза и дрожащие губы, выдавали его разбитое состояние . Он смотрел на меня и слёзы скатывались с его глаз. Ком в горле не давал мне произнести хоть какой-либо звук. Он подошел ко мне и помог встать. Затем обнял меня с такой силой, будто хотел забрать всю мою боль себе. Я передёрнулась от боли в рёбрах и обняла его в ответ и разрыдалась. - Папа..Они убили маму.... Его грудь вздымалась от тихих рыданий. Я впервые смогла назвать его папой, после его предательства, я не разговаривала с ним и избегала всяких встреч. Порой слова излишни. Отец отстранился и сняв мои очки, вгляделся в моё лицо. - Что с тобой???.... - Немного побита.. Я услышала шаги Джина и его фыркание. Я посмотрела на отца. - Ладно, много. И улыбнулась. Уголки губ начали болеть и я почувствовала кровь у себя во рту, и улыбнулась ещё шире. Боль давала знать, что я всё ещё жива. - Кто тебе сказал? - Он. - сказал, указав на Джина. - Я разберусь с тобой, Джем. Джин ничего не ответил. Забрав очки с рук отца, он одел их, пытаясь скрыть своё лицо. - Ты не ответила.. Отец вытер лицо тыльной стороной руки и внимательно всмотрелся в мои глаза, будто бы пытался меня найти. - Меня выкрал психопат, которого я считала своим парнем, но мы расстались. Теперь он считает меня  своей собственностью и периодически устраивает мне взбучки. Ещё убил мою маму, чтобы никто меня не забрал. Ах да, через полгода я выхожу замуж за него, отец. Поздравь меня. Отец уставился на меня, затем подошёл ко мне и начал трясти. - Что ты говоришь?!?!?!?? Что ? Ты ??? Я пыталась освободиться. - Папа..Мне больно....Папа... Я заплакала. Отец отпустил меня и упав на колени, разрыдался. Слова путались в эмоциях. - Я искал тебя после твоего похищения, но к тебе было нельзя подступиться. Они угрожали что убьют тебя, только если я переступлю их границы. Я хотел чтобы ты была жива.... Я....не думал, что умрёт.... Я села на землю. Я так обессилела, что не было сил стоять. Его голос затих. Взяла землю в руки. Она так мягко рассыпалась в руках. Тело моей матери так же рассыпется под ней. Я посмотрела по сторонам, надеясь увидеть Джина. Но его не было. Я увидела знакомый силуэт.. ...Тэтэ... Я улыбнулась. Закрыла глаза и поматала головой. Посмотрев вновь, силуэт исчез. И вместе с ним исчез отец, я не помню как он ушёл. Юнги отвёз меня в больницу. Я около месяца провела в ней. Я придумывала изощрённый план  убийства. Но всё пошло не так, когда я поняла, что единственное, что я могу, это убедить всех, что я хочу сбежать. Тогда внимание и бдительность переключатся с меня на мой побег. И я смогу без препятствий выполнить задуманное. Времени было достаточно, чтобы обдумать всё и избежать рисков и неправильного плана. Колизею придет конец. Да восстанет моя кровавая месть."