Последний (?) раз

— Привет, давай в последний раз перед школой погуляем, — сказал Тим, как только Варя подняла трубку. — Дай подумать. 30 и 31 числа у меня будут заняты, а вот пятница свободна. Если ты свободен, то я согласна, — так она подтвердила его предложение. — Отлично, тогда в пятницу в два у твоего дома. Пока! — Пока! Как бы мы ни удивлялись, но, опустив телефоны, они почти одинаково упали на свои кровати. "В последний раз" — произносили оба раз за разом, ощущая, как внутри начинает расти чёрная дыра сильнейшей тоски. Им резало уши это страшное слово: последний. Но причины были на удивление разными, пусть и связанными воедино. С одной стороны это была боль расставания с девушкой, в которую влюбился, не сомневаясь, действительно ли это влюблённость. А с другой стороны это было давящее слёзы осознание того, что ты не можешь дать человеку того, что он заслуживает. Такие разные причины, такие разные люди, но именно в этот момент они были настолько похожи в своих переживаниях, что могли точно чувствовать, что ощущает другой. Время шло, пятница приближалась. И вот уже Тим едет по хорошо знакомому маршруту, едет в бо́льшую неизвестность, чем даже в первый раз. Несмотря на свою веру в лучшее и необычайную удачу, он почти точно знал, что это действительно ПОСЛЕДНИЙ раз, когда он будет гулять с Варей. Хотя, если быть точнее, надежда на лучшее была, пусть это и был уголёк, оставшийся от целого костра. Поэтому хотелось провести его так, чтобы на всю жизнь запомнилось, и причём не только ему. У подъезда ему снова пришлось постоять минут десять, в душе проклиная свою точность во времени прибытия. Но вот Варя вышла, они обнялись и пошли в сторону Лошицкого парка. Немного помолчав, Тим достал телефон, кое-что поискал и с пафосом изрёк: — А спонсором сегодняшней прогулки является один сайт с интересными исследованиями, а именно, цитирую: "Как обществу нам нужно прекратить стыдиться просмотра порно, в котором изображены взрослые люди, занимающиеся сексом по обоюдному согласию. Напротив, нам следует использовать этот материал для разговоров о сексуальных реалиях, в том числе наших сексуальных извращениях, а также о том, что делать если вас возбуждает нелегальный контент". — Мда-а, — протянула Варя, — звучит позитивно и очень подходит как тема для разговора. — А почему собственно нет? — не понял Тим. — Если не смотреть на секс как на что-то пошлое, а искать более глубокий смысл, то можно затронуть многие темы. И вообще, у меня слишком много извращенских приколов накопилось, которые я хотел бы тебе показать. Даже среди них есть интересные факты. Вот ты знала, что бюджет NASA, составляющий где-то 22 млрд долларов, почти в пять раз меньше бюджета порноиндустрии? — Ну предположим нет, — ответила Варя, всё больше смущаясь. — Вот и я не поверил сначала. А потом полез искать разные данные и понял, что так оно и есть. Без шуток, это именно так и происходит. Одним словом, людям больше нужно порно, чем освоение космоса. Было там много других пошлых приколов. И про то, что у человека в руке 27 костей, но если ему скучно, то их становится 28, и про яой, который легко отражает хентай, и про всадников рекламы любого нелицензионного порносайта. Время шло, всё было хорошо. Но всё ближе и ближе был час расставания. Они стояли в обнимку на дороге в чистом поле (а неплохо сказано). Обоим не хотелось этого делать, но других вариантов не было. Хотя нет, был. Пошёл сильный дождь. Варя и Тим сразу побежали к ближайшей беседке, которая к счастью была свободна. Оставалось дождаться улучшения погоды, потому что дождь успел превратиться в сильнейший ливень. — Как ты думаешь, — осторожно начал говорить Тим, — мы ещё сможем гулять? — Не знаю, всё будет зависеть от расписания, — немного странным голосом ответила Варя. Не до конца понимая, что происходит, Тим встал, как-то непонятно посмотрел на Варю, напрягся – и бросился к ней, сжав её в крепких, но мягких объятиях. Тут их обоих прорвало (в правила русского языка стоит включить пункт про использование местоимения оба, когда имеются ввиду лица мужского и женского пола). Если посмотреть со стороны, то не поймёшь, что они плакали, выпуская всю свою грусть и душевные переживания. — Если честно, — прошептал немного слабым голосом Тим, — я почти пришёл в ярость, когда ты предложила мне забыть тебя. Поэтому запомни на будущее: если парень действительно влюблён, то ничто в этом мире не заставит его забыть любимую. Это выше его сил. И выше моих. — Но я ещё маленькая, чтобы любить, — чуть ли не простонала Варя. — Зачем ты мучаешь себя и меня? — Да, я знаю, что приношу тебе боль. Боюсь, сейчас я давлю тебе на жалость, по крайней мере такой рассказ определённо имел бы такую причину (а почему бы не пробить 4 стену?). Так... Я приношу тебе боль. Он сразу отстранился от неё, молча постоял где-то с минуту – и рванул в пелену дождя, почти сразу скрывшись из виду. Последнее, что она услышала от него, было : "Любить может каждый, кто этого действительно хочет" . Варя без сил опустилась на скамейку. Её плечи вздрагивали от едва сдерживаемых слёз. — Нет, это не могло закончиться так! — воскликнула она, но её никто не услышал. Наверное никто. Ей резко стало всё равно. Она встала и, как это сделал Тимофей, пошла прямо в дождь. Её одежда намокла за считанные мгновения, но Варя этого даже не заметила. Она чувствовала не печаль, что всё закончилось не так плавно. Её разрывала тоска потери. — Любить может каждый, кто этого хочет, — произнесла она тихо-тихо, почти губами. — А почему не могу я? Сразу вспомнились разные моменты её жизни. Много пар, которых она встречала на улице, которые были абсолютно счастливы, по крайней мере со стороны. Процессы бракосочетания на той смене, где она встретила Тима. Собственно говоря сам Тимофей: как он впервые подошёл, как они танцевали медленный танец, сидя на скамейке, как он звонил и писал ей в последнюю ночь, как они гуляли в этом самом парке. — Это были не дружеские симпатии, — произнесла она, не сразу понимая смысл своих слов. — Я действительно была в него влюблена. Вот в такие моменты так и хочется сказать: "Где же ты была раньше с такими рассуждениями!" . Но сейчас было поздно. Он убежал, не вынеся факт того, что приносил ей боль не меньше, чем себе. Слишком поздно. Или всё-таки нет? Вдруг среди звуков ливня Варе послышалось, будто кто-то зовёт её, именно её. Уже потухший костёр её сердца оставил в себе едва живой, но тем не менее сильный уголёк надежды. Она набрала в лёгкие побольше воздуха и изо всех сил закричала: "Я здесь!" Достаточно скоро к ней начал приближаться чей-то силуэт. Варино сердце то замирало, то бешено колотилось. Вдруг ещё не поздно? Фигура приблизилась – и это был какой-то двадцатилетний парень, выше Вари почти на две головы. Вдруг он кинулся в сторону Вари пробежал мимо неё и заключил в объятия девушку, которая стояла за ней. Из всех слов она расслышала лишь одну фразу: "Я просто не смогу тебя покинуть, и ничто меня не заставит". Варя почти плакала: "Почему Тим не такой, каким он себя описывал? Зачем он мне лгал? За что он меня мучал?" Вопросы закончились, появились слёзы. Варя рыдала навзрыд, потеряв всякую надежду. Её костёр потух окончательно. От слёз она закрыл глаза, и поэтому не видела, кто к ней подошёл. Странный незнакомец не спросил, почему она плачет и стоит ли её куда-то отвести. Он просто подошёл и обнял её. Варя перестала плакать и открыла глаза. Перед ней стоял Тим. — Я не смог тебя покинуть. Я люблю тебя, даже зная, что ты к этому не готова. Поэтому ты мне нужна. — Кое в чём ты ошибаешься, — отметила Варя. Ей пришлось собраться с силами, чтобы сказать одни из самых важных слов в своей жизни. — Я тоже тебя люблю. Плотину прорвало уже второй раз. Теперь они плакали громко, с чувством. Но плакали от радости, что всё так сложилось. Плакали от счастья, что они любят друг друга. Плакали, выпуская всю грусть без следа. — Давай на счёт три одновременно скажем, что любим друг друга, — предложил Тим, когда они успокоились. — Давай, — не смогла не согласиться Варя. — Раз! — Два! — Три! — Я люблю тебя! — прозвучало сразу с двух сторон. — Осталась лишь одна деталь, — немного смущённым голосом заметил Тимофей. Где-то глубоко Варя подозревала, что он собирается делать, но до сознания это не доходило (я определённо это недавно использовал, слишком знакомо). — Я вся во внимании. — Главное пообещай, что не обидишься. — Это не всегда правильно, но обещаю. — Спасибо. Едва договорив слово, он взял Варю за талию, приблизил к себе и сам подался вперёд. Таковым был их первый во всех смыслах поцелуй. В нём не было пошлости или чего-то плохого. Они целовались, выражая свои чувства, которые били через край. Их костры горели ярче чем когда либо, слившись в один большой костёр общей любви, согревая всех вокруг настоящим, невероятно сильным счастьем.