Моя жизнь в хантере

Айлин задержалась в Йоркшине дольше, чем планировала. Город жил по своим законам: днем он притворялся обычным, шумным мегаполисом, а ночью раскрывал истинное лицо — опасное, хаотичное, честное. Прошло несколько дней с её посещения аукциона, и с тех пор мысль о Фейтане не оставляла её. Но сегодня утро было спокойным, редким для Йоркшина. В библиотеке, где она иногда помогала, к ней обратился пожилой библиотекарь — мужчина с добрыми глазами и слишком внимательной памятью. — Вам стоит зайти в одну кофейню неподалёку, — сказал он, аккуратно расставляя книги. — Там часто бывают интересные личности, вы ведь любите наблюдать. Айлин не сразу отреагировала. Её взгляд скользнул по пыльной обложке старой книги в руках. — Хорошо, — коротко ответила она, решив не пренебрегать советом. Кофейня находилась в старом здании, затерянном среди улочек. Маленькая, со вкусом оформленная, она словно была вырвана из другого времени. Айлин вошла внутрь, и сразу ощутила аромат свежесваренного кофе и лёгкую музыку в воздухе. В помещении было немного людей — как она и любила. Её взгляд скользнул по залу — и остановился. У дальнего окна, с чашкой кофе в одной руке и раскрытой книгой в другой, сидел молодой человек. Тёмные волосы, аккуратно уложенные, чёрный пиджак с высоким воротом, и… повязка на лбу. Куроро Люцифер. Айлин мгновенно его узнала, даже несмотря на то, что лишь мельком слышала о лидере Геней Рёдан. Его аура не нуждалась в представлении — спокойная, сдержанная, и в то же время пропитанная холодной силой. Он был опасен, и в то же время завораживал, как древний артефакт. Когда она вошла, он ненавязчиво поднял глаза от книги. Их взгляды встретились. Лишь на мгновение. Но в этом мгновении Айлин уловила нечто — интерес. Она прошла мимо, выбрав стол немного поодаль, села и сделала заказ. Она чувствовала его взгляд, но не поддавалась. Вместо этого она достала свою книгу — ту же, которую читала в библиотеке. — Прошу прощения, — тихий, вкрадчивый голос раздался рядом. Айлин подняла глаза. Куроро стоял перед ней, его движения были мягкими, почти кошачьими. Он слегка склонился и с безупречной вежливостью произнёс: — Надеюсь, не помешаю. Просто… крайне редко можно встретить девушку, которая читает эту книгу. Он указал на обложку — старая философия Востока. Айлин вскинула бровь, но не ответила сразу. Затем медленно произнесла: — Возможно, редкость — лишь вопрос точки зрения. Куроро мягко усмехнулся. — Возможно. — Он взял её руку — осторожно, почти воздушно — и, не сводя с неё взгляда, коснулся её пальцев губами. — Куроро. Приятно познакомиться. Айлин чуть прищурилась. — Айлин, — коротко сказала она, не вырывая руку, но и не проявляя эмоций. Он отпустил её, кивнул и вернулся на своё место. Но теперь его книга была забыта. Он явно наблюдал. Её сердце стучало немного чаще, но она сохраняла хладнокровие. Что он здесь делает? Почему подошёл? Всё было слишком… гладко. Она чувствовала — за этим стоит больше, чем простой интерес. И в глубине души знала: это была не случайная встреча. Это была первая фигура в партии, которая только начиналась. Куроро больше не сделал попыток заговорить первым. Он лишь наблюдал. Словно ждал. Айлин это чувствовала — его взгляд был неторопливым, но не праздным. Она знала такой тип людей. Те, кто читает не только книги, но и людей. Страница за страницей. Сначала она пыталась сосредоточиться на тексте, но каждая строка, как ни странно, резонировала с её реальностью. Мудрые мысли об истине, силе и иллюзии мира казались больше не теорией, а отражением происходящего сейчас. Она закрыла книгу и откинулась на спинку стула. Лёгкий звон фарфора — официант поставил перед ней чашку дымящегося кофе. Горьковатый аромат согрел воздух, но ум не расслабился. — Выглядите так, будто эта книга больше не даёт ответов, — снова раздался знакомый голос. Он не спрашивал. Он утверждал. Айлин повернула голову. Куроро уже был рядом, с новой чашкой в руках. — Разрешите? — он жестом указал на пустой стул. Айлин на мгновение задумалась, потом чуть кивнула. — Это место свободно, но не безопасно, — сказала она спокойно. Куроро чуть усмехнулся. — Тем более стоит сесть. Он опустился напротив неё, как будто всё происходило по давно составленному сценарию. И в этой сцене они были главными актёрами. Несколько мгновений они молчали. Вокруг звучал негромкий шум кофейни: приглушённые разговоры, звон ложек, шелест страниц. Но за их столом царило странное напряжение. Не враждебность — что-то иное. Внимательность. Притяжение. — Вы не из Йоркшина, — начал он снова, глядя прямо ей в глаза. Его голос был низкий, без давления, но весомый. Айлин не отводила взгляда. — А вы — не просто человек с хорошими манерами. Почему вы интересуетесь? — Любопытство, — ответил он. — Или инстинкт. Иногда они совпадают. Он поднял чашку к губам, сделал глоток и вновь посмотрел на неё. — Ваше лицо не отражает намерений. Очень редкое качество. — А ваше отражает их слишком слабо, чтобы быть настоящим, — ответила Айлин, склонив голову набок. — Вы привыкли к контролю. И к наблюдению. — Верно. — Он слегка улыбнулся. — А вы привыкли к выживанию. Это делает людей особенно острыми. Она почувствовала, как он “считывает” её. Не дерзко, не агрессивно — как ученый изучает загадку, к которой давно стремился. Это был не просто интерес. Он хотел понять, откуда она. Кто она. Почему она такая. — Вы знаете, кто я, — сказал он, словно продолжая невидимый разговор. — Да, — спокойно ответила Айлин. — Куроро Люцифер. Лидер Геней Рёдан. — И всё равно остались здесь. — Информация — это не повод для страха, — сказала она. — Иногда это просто фон. Он откинулся на спинку, глядя на неё как на нечто новое. Он ждал реакции, а получил зеркало. Не отражающее эмоции — отражающее суть. — Удивительно, — сказал он тихо. — Обычно люди реагируют иначе. — А я — не “обычно”. — Заметил, — в голосе Куроро прозвучал лёгкий, почти неслышный смех. — Даже ваши ответы — выверенные. Не защищаетесь. Вы ведёте партию. Айлин чуть улыбнулась уголком губ, не отводя взгляда. — А вы — человек, который привык ставить ловушки. Я просто не вхожу в них. Он вновь сделал глоток. Теперь они оба слегка расслабились. Напряжение не исчезло — оно сменилось уважением. — Чем вы живёте? — вдруг спросил он. — Не “кем работаете”, не “куда идёте”, а именно — чем живёте? Айлин на мгновение задумалась. — Вопрос, которым задаются лишь те, кто давно потерял свою цель, — ответила она. — Или ищет новую. Куроро молчал. Айлин продолжила, не громко: — Я живу свободой. Возможностью выбирать. Делать то, что считаю нужным. Даже если никто не понимает, зачем. — Значит, вы ушли от чего-то. Или от кого-то, — он смотрел пристально. — Или от всех, — сказала она. — Иногда это одно и то же. Куроро отложил чашку. Он казался заинтересованным так, как не был давно. Айлин — не просто случайный собеседник. Она была странной частью уравнения, которое он ещё не смог решить. Он медленно встал, обошёл стол и, не говоря ни слова, поднял её руку. На этот раз движение было даже медленнее, чем прежде. Почти символичное. Он склонился и мягко, уважительно коснулся её пальцев губами. — Прощай, Айлин, — сказал он так, будто они встречались не первый раз… и не последний. — До встречи, Куроро, — её голос был ровным, но глаза загорелись невидимым огнём. Он вышел из кофейни, исчезнув в потоке людей за стеклом. Но в её душе осталось ощущение, будто он всё ещё рядом. Его слова, его движения — будто они оставили на ней невидимую печать. Она осталась сидеть одна. Её пальцы ещё хранили тепло его губ. Не как прикосновение — как отпечаток судьбы. Айлин не знала, что будет дальше. Но была уверена: это была не случайная встреча.