Случайная встреча изменила мою жизнь навсегда

Я шёл по ночной улице, высоко задрав голову, и всматриваясь в тёмное, таинственное небо, едва освещённое звёздами. Иногда, конечно, поглядывал на дорогу и по сторонам, но не сейчас. Я в глубине своих мыслей, распутываю их, не думая о реальности от слова совсем. Людей нет, тихо, даже машин сегодня мало, никто не мешает. Я даже не успел сообразить, что произошло, как уже услышал извинения в мой адрес. Я опустил голову и увидел девушку, что, видимо, врезалась в меня случайно. Маленькая на вид, стесняющаяся.             — И..извините пожалуйста. я не хотела, я случайно… — похоже, она очень боится, будто была травмирована, говорила чуть дрожащим голосом. Мне даже казалось, что она вот-вот расплачется.             — Тише. — сквозь её слова сказал я, и легонько оттолкнул брюнетку от себя. Влипла в мою грудь и боится шевельнуться, запуганная какая-то. — в этом вовсе нет твоей вины.             — П-п-прости. Я просто хотела.пройти мимо.и…             — Что с тобой такое? Почему ты так напряжена? — я положил свои руки на её плечи и пытался заглянуть в глаза, но она опускала голову всё ниже и ниже.             — А это.. сильно заметно? — немного приподняла голову и рукавом кофточки вытерла свой нос.             — Ну конечно! Ты стоишь вся дрожащая, что случилось? — я наконец смог увидеть ее лицо, когда оно дрогнуло от всхлипа: выделяющиеся, полные слез, звериные глаза, ярко-голубого цвета напугали меня. — ты… Что? Она смотрела на меня таким взглядом, который невозможно забыть никогда: Коко. он напомнил мне о Коко и обо всех тех событиях, которые случились на битве с Поднебесьем. Я, сглотнув, снова глянул на неё: она очень сильно дрожит.             — Что… Ты такого пережила? Она молча разрыдалась, я хотел обнять её, но когда приблизился на сантиметр, она дернулась и нервно всхлипнула.             — П..прости, — я быстро отдернулся, выдавая переживания на своем лице, — мы будем говорить на расстоянии, хорошо? — выставил руки вперёд, — только не плачь. Успокойся… Девушка кивнула, и была в попытках успокоить себя.             — Я.. я…             — Так, не теряйся, всё хорошо. Объясняй по порядку, я слушаю.             — Мою подругу убили несколько дней назад. Я узнала об этом только н-недавно и… Выбежала на улицу, чтобы посмотреть на звёзды… — её слова меня чрезвычайно удивили. — обычно, во всяких таких ситуациях, звёзды успокаивают меня. Я стоял в ступоре, пялился куда-то вдаль.             — То-есть как? — спросил я. Брюнетка опять была на грани срыва.             — А вот так.. Она.. она пропала три дня назад, и. сегодня её семья получила известия о найденном тр..трупе… Я так боюсь. — срываясь на крик сказала она, и вновь разрыдалась.             — Ну. ну не плачь. пожалуйста… Не поддавайся панике, может, это была не она…             — Думаешь, родная мать не узнала бы свою дочь? Нам дали её точное описание, это Ахика… Моя Ахика... — она зарыдала ещё громче.             — А… — я не знал, как правильно можно её успокоить, поэтому решил продолжить разговор, — кто её убил?             — Я… Не знаю… Лично мои подозрения падают на группировку Канто-свастоны. В новостях чуть ли не каждый день о них трындят, свастоны-канто то, свастоны-канто сё… — я совсем не знал, что отвечать, боясь навредить ещё больше.             — Да… Я знаю, но.. кому влезет в голову просто так убивать людей? Ахика никак не перечила, противостояла им?             — Как она могла это делать? Да и зачем ей это? С ними никто не справится, свастоны-канто безбашенные. Она знала это. Конечно, нам с ней было обидно за все убийства, совершенные ими, но мы не верили в то, что это настигнет нас. Мы не жили в страхе перед ними, не боялись выходить на улицу. Естественно, мы порой шутили на тему плана мести, но это было не всерьёз. Да и она сказала бы мне, если бы пошла на такое напрямую… — брюнетка чуть успокоилась, отвлекаясь на речь.             — Мне очень жаль… Глава этой группировки — Манджиро Сано, так?             — Да, верно. я очень боюсь. . — она снова хотела начать реветь, но я выставил свой указательный палец вперёд.             — Боишься жить в этом районе? — девушка закивала, — так ты ведь можешь переехать, если тебе настолько страшно.             — Куда я поеду сейчас? Куда? У родственников своя жизнь, я тоже живу одна с шестнадцати лет, а матери у меня н-нет… — мне стало так жаль эту бедную девушку, что я не мог просто стоять. Я крепко её обнял.             — Ты говорила, что любишь смотреть на звёзды? — она кивнула, послышался продолжительный всхлип, потом неровный вдох, — Я тоже обожаю небо. Становится спокойнее, когда смотришь наверх. — я поднял голову. — Как давно ты наблюдаешь за ними?             — Я.. лет с пяти.             — Оу… Я даже машинками в свои пять лет не интересовался. — она нервно засмеялась, я опустил голову и отстранился. — Я вот до сих пор учусь разбираться в созвездиях. так люблю это. Я чаще всего смотрю на звёзды на крыше одного здания, могу сводить когда-нибудь, если ты хочешь.             — Сейчас.             — Пойдем сейчас?             — Да.             — Хорошо. Оно тут, недалеко, можем дойти минут за семь. Я протянул ей руку.             — Сейшу Инуи.             — Хиёку Сури, — она пожала мою руку, и, не отпустив её, сжала в замок наши пальцы. Девушка всё ещё немного дрожала и всхлипывала. Я решил, что так и надо, и просто повел её за собой. По пути я заметил в её глазах немного тихой радости, такой хрупкой, что так легко сломать… Когда мы пришли к магазину байков, Сури отпустила меня и глянула на вывеску.        — Ты здесь живёшь? — уже спокойно спросила она.             — Да. Это была наша с другом мастерская.             — Почему была? — она глянула на меня с недопониманием.             — Потому что теперь я работаю здесь один. — я поставил ногу на лестницу и полез наверх, брюнетка, в свою очередь, лезла за мной.             — А что стало.. с тем другом? — тихо произнесла она.             — Он умер.             — Как?! — поражённо воскликнула Хиёку.

***

Когда я услышала о смерти и причине его друга, я знатно ахуела, как и от рассказов из его жизни в целом. Он рассказал мне обо всём, что только вспоминал, думаю, пытался как-то отвлечь… У Сейшу тоже умерла сестра, как и у меня три года назад. Это было ужасной трагедией для нас всех. Каждое лето мы всей семьёй ездили на море, чтобы отдохнуть и набраться сил на новый учебный год, на то, чтобы работать, и вообще для релакса. В один день, когда мы с Вацури отправлялись на море, чтобы искупаться, ведь было слишком жарко, мы купили пару варёных раков, которых продавали прямо на пляже и пошли к берегу. Мы с сестрой зашли в воду, смеялись от чего-то, брызгались друг в друга, плавали. Я отвернулась, потому что хотела отплыть куда-то подальше, и после того, как повернулась, чтобы ещё глянуть на старшую, обнаружила, что её нет на месте. Я подумала, что она нырнула под воду и уже готовилась к аплодисментам за долгую задержку дыхания (к слову, она профессионально занималась плаванием, поэтому хорошо плавала и могла нырять), но её всё не виднелось. Тогда я начала немного волноваться, но решила, мало ли она пошла домой, или, ей стало плохо. Я оглядела берег и не увидела Вацури среди шумных людей, ходивших туда-сюда. Ещё немного пробыв в воде, я с подозрением вышла, купила ещё несколько варёных раков, которые очень нам понравились, для семьи, что мы хотели сделать вместе с Вацури (в то лето на море мы поехали с мамой, сестрой, моим братом и папой). Пока я шла в гостиницу, где мы приютились, я думала о том, почему же сестра пошла домой, ничего мне не сказав. Она заботилась обо мне, и никогда не уходила просто так. Но кто знает. Только когда я зашла в номер и начала кричать на всю квартирку что-то по типу: «Эй! Вацури, хули ты меня там оставила?», и когда мама спросила, с кем я разговариваю, я всё осознала. Я не знаю, как это произошло, Вацури просто пропала без вести в тот день. Я доверила Инуи этот рассказ.             — Но… Как она могла утонуть, если хорошо плавала? Родная сестра, как тебе было больно… — произнёс он, переводя взгляд с меня на небо. Всё это время мы обменивались историями из жизни и внимательно слушали друг друга, посматривая на звёзды.             — Я. задаюсь тем же вопросом уже эти три года. тяжело без неё, я до сих пор не отпустила её смерть.             — Представляю… Я сам ещё не отошёл от смерти Акане. Всё ещё виню себя за то, что спасли меня, а не её. Не знаю, как так получилось, что мы так быстро рассказали друг другу, но он показался мне очень хорошим. Мы сидим на крыше уже как часа два.             — Не говори так. Значит, судьба так решила… — мне было тяжело говорить это всё, но я не могла остановиться. Я так давно не разговаривала с людьми с нуля. после смерти сестры я ни с кем не знакомилась. Из родных у меня остался только брат, но он живёт в другом городе… Инуи молчал, я решила наклониться и посмотреть на него. Когда я увидела на его глазах слезы, я просто очень захотела его обнять. Я узнала в нём себя, после смерти Вацури, когда я первые дней пять полностью проводила в слезах, но меня не обнимал никто. А некому было. Я понимала его.             — Не плачь только… всё когда-то будет хорошо. — я обняла его через свою коленку.             — О. извини. Парень принялся стирать свои слёзы тыльной стороной руки, а я просто почти засыпала на его плече. Мне так комфортно, что даже не хочется уходить. Я уже была в полудрёме, как вдруг очнулась от того, что он накинул на меня свою кофту, которую я отдала ему обратно.             — Мне не холодно, правда, спасибо. вот ты замерзнуть можешь.             — Точно?             — Точно. Сон пропал, и я собиралась вставать.             — Ты куда?             — Домой. Спасибо большое за это время, Сейшу. Он поднялся вслед за мной.             — Тебя довести?             — Да нет, ты итак много для меня сделал.             — Хорошо. Могу дать номер?             — Давай. Я записала его номер в своём телефоне, он — мой, и я пошла домой. Мне действительно стало легче, намного легче, после того, как я провела несколько часов с ним. Я выговорилась, да и он тоже. Думаю, нам обоим это было нужно. Я очень ему благодарна. Этот парень буквально дал мне понять, что я не одна, к тому же, у меня на одного знакомого больше. Я очень рада этому.

***

Я ни разу никому не открывался так быстро, как ей. Не имею понятия, почему, возможно, мне было очень её жаль. Вообще, это произошло неосознанно, я не понял, когда настолько развязал язык. Мне просто хотелось с кем-то поговорить. Кем-то, вроде меня. Не знаю, наверное, это не правильно, но я уже ей очень доверился. Она мне тоже, и это радует. Похоже, ей становилось легче от нашего разговора. Я проводил её взглядом и зашёл в мастерскую, привычно включил свет - старенькую лампу, которую всё надеюсь поменять, заварил себе купленный рамен с курицей и начал ужинать. Вернее, уже завтракать, ведь было очень поздно. Или очень рано. Я глянул на экран телефона: 03:45. Хорошо посидели. За ужином я обдумывал случившееся, и принял решение, что сейчас Хиёку крайне важна забота. Я стану заботиться о ней, если больше этого сделать некому, и плевать, что мы не так давно знакомы.