Любимый

       Входная дверь хлопает, и в квартиру заходит Арсений. Мужчина торопливо разувается, попутно скидывая с себя куртку, и заваливается на диван. Наконец-то он дома.       Попова изрядно вымотали съёмки нового сезона «Импровизации», ведь они длились больше десяти часов. Поэтому сразу после слов: «Снято!», Арсений самый первый побежал в гримёрку собираться. Попрощавшись с другими импровизаторами, голубоглазому пришлось отстоять часовую пробку, и только сейчас он может, блаженно прикрыв глаза отдохнуть. Полежав так минут пять, Попов снял с себя тёплый свитер и штаны, ведь в квартире было и так тепло. Переодевшись в домашнюю одежду, мужчина хотел приготовить яичницу, но его отвлёк телефонный звонок. Арсений, подпевая свою любимую песню, направился на поиски телефона.       — I wanna be your sеx toy, I wanna be your teacher, I wanna be your sin, I wanna be a preacher…       На экране высветилось уведомление о пропущенном звонке от Шастунишки. Именно так Антон был забит у Попова.       Брюнет напрягся. С Антоном они безусловно хорошо общались, так как работали около девяти лет вместе, но звонки друг другу в их общении были редкими. Обычно они переписывались в Instagram, где русоволосый отвечал на все сторисы Арсения, а сам мужчина скидывал парню смешные, хотя бывало и не очень, мемы. И Попову такие переписки очень нравились, и на самом деле он бы хотел общаться с Шастом вне соц.сетей и проекта, но говорить, или, вернее, просить, было как-то неловко.       Голубоглазый тут же перезвонил Антону, вдруг что-то срочное?       — Привет, Тох! — выпалил Арсений, как только звонок был принят. — Звонил? — но в ответ мужчина услышал только напряженное дыхание в трубку, что взволновало мужчину.       — Антон?       — Добрый вечер, — из динамика послышался скрипучий, низкий, мужской голос, не похожий на голос тридцатилетнего импровизатора. У Антона голос был высокий и звонкий. — Я находился около ГлавКино и нашёл в снегу телефон вашего… — мужчина немного замялся и замолчал, а после, прокашлявшись, продолжил, — вашего парня. Хотел бы его вернуть!       Тут пришла очередь Арсения замолчать. Глаза мужчины расширились до размера блюдца, а рот приоткрылся в удивлении от услышанного.             Парня?       Этот доброжелательный мужчина решил, что Арсений парень Шастуна? Это просто не укладывалось в голове импровизатора! Брюнет так сильно ушёл в свои мысли, что его молчание затянулось.       — Ау! Молодой человек, вы здесь? — спросил мужчина, напоминая голубоглазому, что он всё ещё разговаривает по телефону.       — А, да, простите, — спешно извинился Попов, решив, что нужно как-то аккуратно спросить о том, почему его вообще приняли за парня зеленоглазого.       — Хотел бы уточнить, а почему вы решили, что это телефон моего парня? — да, очень аккуратно и ненавязчево спросил. А что поделать, Арсений всегда обладал излишней прямолинейностью.       — Когда я нашёл телефон, он был без пароля. Поэтому я решил позвонить кому-то близкому. Ваш номер был забит в телефонной книге как «Любимый», — после этих слов Арсений точно сломался.       Мужчина был в смятении: он был забит у Шастуна «Любимый»? Как так получилось? Неужели…       У мужчины было слишком много вопросов к русоволосому парню. Он решил тот час же встретиться с мужчиной и забрать потерянную вещь.       Человеком, нашедшим телефон, оказался пожилой мужчина лет шестидесяти. Арсений внутренне усмехнулся, представляя, как бедный старичок не без смущения говорил о том, что Арс парень Антона.       — Ещё раз, здравствуйте! Спасибо, что нашли и вернули телефон Тоши. Он у меня такой растеряша! — Арсений актёр, а потому считал своим долгом исполнить роль заботливого парня. На самом деле брюнета эта ситуация очень забавляла.       — Вашему парню повезло с вами, — улыбнувшись, мужчина протянул Попову телефон. Из-за такого комплимента голубоглазый невольно покраснел и смутился. Заметив это, старичок решил не смущать мужчину. — Ну, счастья вам и доброй ночи!       — И вам!       Голубоглазый с телефоном отправился к Шастуну с кучей вопросов.

***

      На пороге квартиры брюнета встретил зеленоглазый парень в пижаме с мишками, что показалось Арсению умилительным. Правда, от таких мыслей мужчине захотелось ударить себя по лбу.       — Арс? Не ожидал тебя увидеть: уже поздно. Что-то случилось? — спросил Антон, пропуская голубоглазого в квартиру.       — Слушай, случилось, — импровизатор прошёл на кухню и, шумно вздохнув, сел на стул. Шастун проследовал за ним.       — А где Ира? — кивнул Попов, намекая, что в поздний час девушки нет дома.       — Арс, я же тебе говорил, что Ира — прикрытие, а наши отношения фейковые, но ты как обычно всё прослушал, — русоволосый покачал головой, а голубоглазый, услышав небольшой упрёк в свою сторону расплылся в улыбке. Вслед за ним улыбнулся и Антон.       — Чай будешь?       — Да, мне…       — Чёрный чай с мелиссой и мятой, две ложки сахара, я помню, — договорил за Попова парень и начал готовить чай.       Арсения очень удивило, что парень помнил о таких мелочах, ведь мужчина никогда не говорил открыто о своих предпочтениях. Внимательность Антона к деталям и странная подпись в телефоне наводили брюнета лишь на одну мысль.       Пока голубоглазый складывал пазл в своей голове, Шастун поставил перед ним чай, и в кухне воцарилась тишина. Но она не была неловкой, наоборот очень даже приятной для обоих мужчин.       — Так зачем же ты пришёл, Сеня? — не выдержав, спросил русоволосый.       — Ну какой я Сеня? Просил же так не называть! - возмутился голубоглазый       — И как же мне следует тебя называть? — игриво прошептал Антон, удовлетворённый тем, что стёб над Арсом удался.       — Например… — Попов театрально задумался, разглядывая потолок пару секунд, а потом посмотрел в зелёные глаза напротив и, хитро улыбнувшись, выдал, — можешь называть меня любимый!       Глаза Антона округлились от шока и непонимания. Парень совсем не понял: шутит импровизатор или нет. Брюнет в свою очередь улыбнулся, подмечая, что у Шастуна мило покраснели кончики ушей от смущения.       — Арс, ты же пошутил? — неуверенно уточнил русоволосый, отойдя от мужчины подальше, будто он маньяк какой-то.       — Пошутил? Не-ет, — протянул голубоглазый. — Ты же сам назвал меня любимым.       — Я не понимаю о чём ты… — в ответ Попов отдал телефон Шастуну и сел обратно на стул.       Увидев потерянную вещь, Антон чуть не выронил этот злосчастный телефон из рук, догадываясь, что Арсений мог увидеть в нём.       — Представляешь, прихожу домой, а тут звонок от тебя. Поднимаю трубку, а мне на том конце дед какой-то ответил. Я удивился, конечно.       — Арс, — попытался остановить рассказ мужчины зеленоглазый, но брюнет его не слушал.       — Но ещё сильнее я удивился, когда он назвал меня твоим парнем. Но потом увидел, как я у тебя забит в телефоне и всё встало на свои места. — торжественно окончил Попов, как будто он Шерлок Холмс, раскрывший новое преступление.       — Арс, я всё объясню… — Антон хотел придумать что-то, какое-то логичное оправдание, но в голове набатом били слова: " Дурак, проебался самым тупым образом! "        Попов медленно подошёл к русоволосому и положил палец на его губы, заставляя замолчать.       — Перестань оправдываться, Тош. Я всё понимаю.        Арсений обвëл пальцем пухлые и мягкие губы Шастуна, затем огладил скулу парня и приблизился к его губам, оставляя между их лицами пару миллиметров. Сам зеленоглазый завороженно наблюдал за действиями брюнета. Арсений усмехнулся и прижался губами к губам парня, притягивая его к себе. Антон углубил поцелуй, всё ещё не веря в происходящее, будто это сон, а не реальность.       — Теперь, ты можешь официально называть меня любимым, — прошептал Арсений, из-за чего Антон заливисто засмеялся.       Это лучший смех в жизни Попова, ведь это смех его любимого человека.