Тяжела жизнь волшебника

      — Поздравляю! Ты умер! — прозвучал вдруг из ниоткуда торжественный голос. Его сопровождало множество аплодисментов и звуки запуска фейерверков. Мне показалось, что я стоял в центре арены из какой-то компьютерной игры, на трибунах которой бесчинствуют зрители. Кто-то кричал что-то подбадривающее, хотя конкретных слов было не разобрать, кто-то свистел, кто-то хрустел попкорном, иногда мне даже казалось, что рядом со мной пролетает что-то мелкое, округлое и склизкое, впоследствии сочно разбиваясь о предполагаемый пол. Я бы даже уверился в том, что неожиданно стал гладиатором, если бы не один факт.       Вокруг меня была сплошная тьма — непроницаемая, злая, нагнетающая, давящая. Своего же тела я и вовсе не чувствовал, что было крайне непривычно и выбивало меня из колеи. Последним, что я помнил, было…       — Да кому нужны эти объяснения! Без них живется даже веселее, так что не нагружай свой мозг, слушай меня, — вновь прозвучал тот же голос, теперь звучащий не так торжественно, как впервые, сбивая меня с мысли и заставляя обратить внимание на то, что представшая предо мной «арена», как и все прочие звуки, как будто вымерла. Я же при этом ощущал медленное приближение Голоса. — Сегодня у меня добродушное настроение, и поэтому я не собираюсь с тобой говорить слишком долго и сразу перейду к сути. Ты слышал, что Афина родилась из головы Зевса? — к концу этой фразы владелец Голоса как будто встал напротив меня, хотя я до сих пор не мог различить во тьме даже его силуэт.       Что? При чём здесь это?       — А произошло это оттого, что Гефест ударил его топором по голове. А знаешь зачем? А зате…. О, а ты слышал, что главная фишка боевой системы DMC, комбо в воздухе — продукт ошибки другой игры? Э…        В своём непрекращающемся монологе он то скакал от темы к теме, то использовал факты, которые вообще никак не затрагивали хоть что-либо из ранее сказанного, то возвращался к теме, которую я уже и забыть успел. Говоря откровенно, нёс какой-то бред.       Причём бред этот я не мог просто пропустить мимо себя, ведь каждый раз, когда я задумывался или отвлекался, эта тва… этот нехороший человек всегда обращался ко мне с вопросом, слушаю ли я его, а ложь эта сво… это невоспитанное существо чувствовало не в пример никаким детекторам лжи. А на оскорбления, даже мысленные, этот представитель рода нечеловеческого реагировал мгновенным ударом неизвестно откуда появлявшейся указкой по лбу (хоть я не мог ничего разглядеть, я каким-то образом осознавал, что это была именно указка, как и прекрасно ощущал удар несмотря на полную бесчувственность тела). Если же я пытался его игнорировать, то он начинал неустанно повторять одну и ту же фразу до тех пор, пока я её не осознавал, непонятным образом определяя этот печальный факт. Просьбы и мольбы о молчании он торжественно игнорировал. Вы, возможно, поинтересуетесь, ну бредит и бредит, в чём проблема-то? Проблема же была в том, что я чувствовал, как пластичное человеческое сознание неторопливо начинает находить закономерности в его речах. Медленно сходя с ума, я становился таким же, как он!       Шли часы, дни, недели, а может, и годы? Я уже потерял счёт времени, устав от переживаний, страха и попыток найти во всём этом хоть какой-либо смысл. Единственным моим желанием было, чтобы всё это кончилось. Когда я уже начал задумываться о том, что шуршание шифера — это не так плохо, а белые стены — и вовсе стильно, во мраке отчаяния мелькнул проблеск надежды: это существо нашло для себя повод замолчать.       — Эм… Я немного отвлекся, в общем, я хотел тебе кое-что сказать, но уже не помню что. Дай немного подумать, и я вспомню, — несмотря на тьму я осознал, что Голос ненадолго отступил, оставив меня наедине с моими мыслями. И больше он не появлялся.       Хотел бы я так сказать, но не успел я полностью отойти от его речей, как он вновь «осчастливил» меня своим присутствием.       — Всё! Я вспомнил! Кароч, слушай меня. Вот ты такой… А какой ты? Ладно, не так важно. Важно, что ты умер. Ты же умер, да? Хм, похож на мёртвого. Но достаточно ли ты мёртв? А это не я случаем убил тебя? Не помню. Получается, убил и забыл? Ладно, на чём мы остановились? А, ты же мёртв! И вот я тебя такого мертвого вытащил из… это же называется Река душ? А плавки ты надел? В общем, я наугад вытащил твою душу откуда-то, а дальше… А дальше я пока не вспомнил, подожди, — он ненадолго прервался, передав мне ощущение, что он постукивает себе своим пальцем по подбородку.       — Ждёшь? А я говорю. Слушаешь? Отлично! Я, кстати, вспомнил. Я должен сделать что-то, что будет считаться безвозмездной помощью. А для этого у меня есть ты! У твоей души, кажется, магические способности ещё не активны, хотя ты и близок, пожалуй, ещё около трёх тысяч реинкарнаций, и ты бы и сам справился, совсем скоро, да? Но мы же говорим о помощи, а потому мы тебе их пробудим пораньше, твоя одарённость в магии, конечно, ничтожна, но ты и сам такой, а значит, тебе в самый раз.       — Хм, энергии ещё много, что бы ещё придумать? М-м-м, не знаю, может… Систему? Да, точно, Систему, как в том весёлом рассказе. Вот только… зачем она тебе? За прогрессом своим следить? Ну да, звучит полезно, возможно, ты даже захочешь этим перед кем-то похвастаться… Ну типа… Я вот вижу свои циферки, а ты нет! Во! Придумал! Ты ещё сможешь следить за прогрессом других! И сколько плевков им понадобится, чтобы тебя раскатать! Ой, в смысле уровнем сил, да, точно, уровнем сил, как на том классном сайте! Вот это меня на умные мысли понесло, обычно я не так умён, но сегодня, кажись, в ударе. Может, умнею? Да не, бред какой-то. Ну, вот вроде и всё! Хотя нет, тебя же надо ещё и к жизни вернуть, что-то я запамятовал. Да и закинуть куда-нибудь, где развита магия, а то с твоим интеллектом ты скорее убьёшься… О, я нашел куда. Всё, пока-пока. Кстати, а зачем я всё это делаю? Ну, потом вспомню.       И моё зрение заволокла тьма…       Что?! Но я же и так нахожусь в тьме, как моё зрение могло померкнуть?! Но я же это четко почувствовал… Кажется, я теряю сознание. Мыслить становится всё труднее…