Сен-Ха Кэзуки

      Конец мая. Понедельник. Самый тяжёлый для многих людей день. Да ещё и жара невыносимая. Но, несмотря на это, на улицах мегаполиса уже вовсю кипит жизнь. Люди идут на работу или по своим делам, дети — в школу. Но есть и такие люди, которые редко встают по многим причинам. Некоторые просто не могут просыпаться, есть и те, кто не отошёл от выходных, а также те, кто просто просидел в компьютере всю ночь из-за очередной ссоры с предками. К таким лицам как раз таки относится наша героиня…

7:00

— Би-и-и-и-иб-би-би-и-и-иб! — прозвенел будильник на телефоне. Девушка, спавшая до этого, просто проигнорировала его и, закрывшись подушкой, продолжила путешествие по царству Морфея…

Через 40 минут

      Приоткрыв глаза и подтянувшись, она посмотрела на циферблат настольных часов и… чуть не грохнувшись, подскочила с постели и со всей доступной ей скоростью начала собираться в школу…

Pov Алиса

      — Блять-блять-блять! Твою мать! Да как так-то? Я опять опаздываю! Снова! — если не успею, мой классрук, Елена Владимировна, меня придушит! Меня ведь директор, да и преподаватели уже предупреждали, и не один раз, что, если хоть ещё одно опоздание, меня вышвырнут из школы, и наверняка им пофиг, что я уже в одиннадцатом классе, а до окончания учёбы осталось всего ничего, две недели. Сама, блин, жду, когда этот ад закончится. Выбегаю к проезжей части. Автобуса не видать.       — Твою-у-у-у ма-а-а-ать! Почему он именно сегодня так долго, — и настырно отгоняла от себя мысли, что это я, вообще-то, слишком поздно вышла из дома. Когда я посмотрела на часы, мои глаза стали ещё больше. Начала шарить в портфеле в поисках денег. Нет. — Да, блять! Что ж сегодня за день такой?! — и такая подстава, прям перед моей днюхой! Посмотрела ещё раз на время. И, сделав глубокий вдох, помчалась в сторону школы. Как хорошо, что сегодня нет физ-ры, но жалко, что я не спортсменка. Легче было бы.       Вот уже из последних сил бегу по ступенькам вверх (ну почему кабинет истории на третьем этаже?!) и на дрожащих ногах захожу в класс. Смотрю на часы, что были в нём.       Опоздала. На десять минут. Ну, хотя бы всё-таки успела к первому уроку. А то был случай, когда я так же опаздывала на урок. А всё равно пришла ко второму. Сама не поняла, как это произошло. Вроде не страдаю топографическим кретинизмом. Но сейчас не об этом. Потому что все мои одноклассники как-то очень странно смотрели на меня. А особенно Катя, моя лучшая подруга, которая осторожно показывала мне какие-то листы. Я поначалу и не поняла, о чём она. Наша с ней парта находилась в конце класса, но, приглядевшись к листам, я обнаружила такие же на ближайшей ко мне парте… И тут на меня снизошло озарение: «СЕГОДНЯ ИТОГОВАЯ КОНТРОЛЬНАЯ!» Старая учительница, которой уже давно пора на пенсию, посмотрела на меня искоса сквозь свои старые, пережившие, наверно, Вторую мировую, очки и сказала:       — Приемлемо! Но всё-таки я бы хотела видеть вас на уроке за пять минут до звонка, молодая леди, и в более порядочном виде, чем этот! — и указала на меня. Я посмотрела вниз и, кажется, поняла, в чём дело. Рубашка не была застёгнута на последние три пуговицы, что аж вырез чуть ли не видно. Теперь понятно, почему на пути в школу на меня весь мужской пол смотрел. Ещё и не заправлена. Юбка задрана почти на пол-ляжки. Про волосы вообще молчу. Кто посмотрит, скажет, что я не в школу бежала, а с какой-то пьяной вечеринки, которая закончилась играми в приватном месте.       — Простите, Ирина Сергеевна! Просто я вчера так долго готовилась к вашему уроку, что чуть было не проспала! Поэтому, — я сделала более грустное лицо и посмотрела в пол. Уж лучше б я себе язык прикусила, — не смогла принарядиться, как подобает леди моего возраста. Но можете не беспокоиться: до вас мне ещё далеко! — ещё и посмотрела на неё этим «обнадёживающим» взглядом. И всё-таки не зря говорят, что у меня тормоза отсутствуют.       — Всё продолжаешь хамить старшим! — это был явно не вопрос. — Сколько тебе ни говори, а ты всё равно за своё. Ну, ладно. Как говорится, горбатого могила исправит, — я бы поспорила с этим высказыванием, — садись. И раз уж ты так сильно готовилась к моему уроку, то тебя первой и спрошу.       Осознав, что подписала себе смертный приговор, я села на своё место рядом с Катей.       — Привет, — зашептала она, — почему ты не отвечала? Я пыталась до тебя дозвониться, но трубку так никто и не поднял, — и то верно, почему? Я незаметно достала телефон из сумки. Теперь всё ясно.       — А у меня тел сел, — и показала ей телефон с тёмным экраном. — Кажись, последние проценты на будильник потратил.       — Ну, как обычно. Ладно, проехали. Чё будешь делать с тестом?       — Чё-чё? Готовиться, — и, отвернувшись от Кати, действительно начала готовиться.       Забыла представиться. Меня зовут Алиса Чудесная, и не та, что в Страну Чудес попала, а обычная. Мне семнадцать, точнее, как я уже говорила, завтра будет восемнадцать лет. А насчёт имени, его дал мне папа. Сказав, что так моя жизнь веселей будет. Внешность досталась тоже от папки. Тёмно-каштановые волнистые волосы ниже лопаток, глаза цвета моря. Очень необычное сочетание, да? Вот и папке так говорили, а мне говорили, что я его точная копия, правда, женская версия. И из-за такого количества внимания к моей персоне я начала одеваться, как пацанка. Да ещё и во всё тёмное, чтоб уж точно не пристали. И действительно перестали подходить. Но за спиной стали ещё больше шушукаться. Ну и пофиг. Если бы я обращала внимание на каждое такое перешептывание, то давно повесилась бы.       Кстати, папаня с именем не ошибся. Моя жизнь действительно стала «очень весёлой». Хотела бы я сказать папане много чего по поводу его фамилии и этого имени. Но, к сожалению, не успела. Он скончался от рака лёгких, когда мне было пять. Я его толком и не помню даже. А моя мама, которая и вышла-то замуж из-за денег, через месяц после похорон съехалась со своим любовником. А через год у них появилась дочка. Моя «горячо любимая» сестрёнка Аня. Ещё та стерва, скажу вам. Мама номер два, блин. Что плохого ни сделает, всё на меня свалит. И ей при этом верили.       Мать же меня никогда не любила. А когда со своим хахалем, Серёжей, начала жить, так вообще житья мне не давали, что один, что второй, что третья — маленькая стервочка. Каждый раз, пытаясь меня как-то унизить или оскорбить, они всё приукрашивали до такой степени, что хоть стой хоть падай. Сразу видно, что я им мешала жить в своё удовольствие. От их презрительного взгляда хочешь не хочешь возникнет мысля: если бы не то, что папа всё наследство переписал на моё имя, меня уже в детдом отдали…       Хотя, думаю, уж лучше в детдом. Наследство-то немаленькое. Не дай Бог захотят избавиться от меня. Ведь следующей на очереди наследования — моя маман. Надеюсь лишь, что у них хватит здравомыслия не делать этого. Но на это не стоит рассчитывать…       Живя без родительской любви и заботы, которая досталась моей сестричке, я росла ещё тем беспризорником. Я уже давно распрощалась с жизнью, если бы каждый раз не вспоминала слова, которые сказал мне папа перед смертью:       — Запомни, Алиса! Мир не вертится вокруг нас или кого-то ещё! Он просто идёт своим ходом. Поэтому, когда меня не станет, не грусти слишком долго. Живи! Посмотри на мир, что окружает тебя, широко открытыми глазами! И ты увидишь, насколько он необъятен! Думай о будущем, помни прошлое… Но ЖИВИ настоящим! Мы ведь — Чудесные! Не забывай об этом! Я тогда не поняла, о чём он. Но сказанные им слова отчего-то очень чётко запомнила. И лишь со временем до меня начал доходить их смысл. Я до сих пор считаю его чудиком, но это, наверное, наследственное. Потому что я тоже стала следовать этим словам. Не зря же я — Чудесная!       С детства я была девочкой любопытной. А слова отца о необъятном мире разогрели во мне ещё больший интерес к этому самому миру. Наверное, поэтому я и находила приключения на свою пятую точку. Хотя они сами меня находили. Я всегда умудрялась попадать в ситуации, от которых потом сама себе удивлялась. Например, в первом классе был случай, когда я, на третий день пребывания в школе, решила поиграть в искателей сокровищ и пошла, короче, куда глаза глядели. А школа у нас немаленькая, прошу заметить, целых пять этажей. Охранники же вообще не обратили на меня внимание, так как на то время я была самой мелкой, даже по меркам первоклашек. А когда наша классрук, Кристина Петровна, увидела, что меня нет, забеспокоилась. Всю школу на уши подняла. По камерам же ничего не смогли разобрать из-за моего роста. Она уже собиралась звонить моей маме, но меня нашли… в подвале… который был заперт. По крайней мере, так сказала уборщица, отвечающая за подвал. Меня пытались расспросить, как я туда попала и что там делала. Я же просто стояла и молчала. Мне было на то время как-то страшно разговаривать с этими злыми дяденьками и тётеньками. Ну я же не виновата, что в книжках говорилось, что сокровища обычно спрятаны в тёмных местах. А их замок был настолько старый, что открылся, стоило мне в нём поковыряться шпилькой. Я такое в кино видела… На то время я и не подозревала… с замком как раз таки всё было в порядке…       Из-за этого мне в первом классе и придумали прозвище — Чудачка. И самое странное, что мне это очень даже подходило, хоть и не нравилось. Но это также было и минусом. Потом я хотела завести новых друзей, а так как я не умела нормально общаться, то старалась привлечь их внимание своим способом. Например, был случай, когда на физ-ре мы играли в вышибалы. Я тогда решила поиграть с мальчиком, который мне нравился. И врезала ему в лицо. А он оказался таким нюней, что через пятнадцать минут я стояла на пороге кабинета директора и слушала жалобы со стороны матери того мальчишки. А через два дня пришли его старшие братья из третьего класса. Но я была не лыком шита, а они, тем более, драться даже не умели. Вот и ушли от меня с синяками на лицах и укусах на руках. После этого родители одноклассников посчитали меня дикой и невоспитанной и запретили им общаться со мной. А то, не дай Бог, подхватят заразу какую-нибудь. И пофиг, что я была самым здоровым ребёнком в классе, если судить по обследованиям. Лишь Катька, на то время бывшая моей соседкой по парте, решилась заговорить со мной. Так, слово за слово, мы с ней и подружились. И несмотря на то, что из-за меня она тоже попадала в разного рода приключения, по типу налить клей на стулья противных мальчиков или положить игрушечного жука на стол учительницы, она продолжала со мной общаться. Даже её отец не был против меня. Так мы со временем стали лучшими подругами.       Постепенно наши, а в особенности мои, приключения перерастали в более крупные. И последнее закончилось тем, что я взломала директорский компьютер из-за того, что проиграла спор с Катькой. Но ничего криминального я не делала. Просто доказала, что смогу взломать, и всё. Но это не успокоило директора. Он вызвал полицию и вместе с ними и несколькими учителями начал вести расследование. Долго не могли найти преступника. И до сих пор не нашли, так как я подчистила за собой следы. Да и никаких данных я не трогала. Поэтому и ухватиться было не за что. Преподаватели же, а особенно моя классрук, точно знали, что это была я. На меня пытались накатать жалобу, но, так как ничего не было тронуто, полиция посчитала это шалостью подростков и ушла.       В школе, к счастью, отличницей не являюсь. Даже если я способна взломать чей-то комп… Учиться я не могу, а точнее, не люблю. На уроках всегда получаю минимальные результаты. Как говорит моя совесть, мне эти школьные оценки нафиг в жизни не пригодятся. Вот и учусь только для того, чтобы из школы не выперли.       А в полицейском участке меня и без этого взлома знают. Не зря же на учёте стою.       Я тогда в шестом или седьмом классе училась. И мы с Катей у одного старшеклассника на днюхе были. Но после того, как принесли алкоголь, Катя, сказав что-то о том, что мы ещё несовершеннолетние, ушла. Я же решила остаться и попробовать. Дома всё равно никто не ждал. После помнила лишь, что мы всей оравой решили проехаться по городу, посмотреть, так сказать, его достопримечательности и… всё. Память на этом обрывается. Наутро прихожу в себя уже в полицейском участке. Голова болела нещадно, всё-таки я пока не умела пить. Да и мокрая вся была отчего-то. Купались, что ли? От мамы я тогда услышала столько криков, что уши вяли. Тогда я ещё не знала, чего такого сделала, что все полицейские, находившиеся рядом, глазели на меня и посмеивались. Правду я узнала из достоверных источников, то бишь от тех же самых старшеклассников. Оказывается, ту самую идею о поездке предложила я! И за руль села тоже я!.. Поначалу было всё очень даже хорошо. Но потом какой-то страж правопорядка решил нас приостановить. Я от испугу не послушалась и газанула так, что полицейский потом пыль глотал. За нами отправили наряд полиции… Старшеклассники ещё спрашивали, где я так водить научилась, что не попадалась в руки полицейских практически всю ночь. Пока мой организм не сказал мне СТОП-слово и я не вырубилась… И мы не свалились в какое-то озеро за городом… У меня от таких сведений только ещё больше голова разболелась. Как мы тогда только не разбились??? Ну, теперь зато понятно, почему мы были все мокрые…       Да, действительно! Весело жила! У меня даже порой возникала мысль, как я вообще до совершеннолетия дожила?!

☆☆☆

      И вот прозвенел звонок, и я, выжатая, как лимон, первая вышла из класса, вздохнув полной грудью. Сдала! На 4 с минусом. И больше я не хотела отсвечивать хотя бы сегодня. Достаточно приключений! Пора остепениться!.. Хотела бы я сказать это вслух, но лучше промолчу.       — Ну, так что случилось? Или опять твоя мама? — спросила Катя.       — Да ты Ванга, — я посмотрела на неё с выпученными глазами. Она захихикала. — Вчера мама сказала мне, что она со своим хахалем и химерой-Анькой улетает в Египет, сегодня в обед, на неделю, а я остаюсь дома одна. Так как мне нужно привыкать жить одной, ведь я уже выпускница. А поехать куда-нибудь я смогу и сама. Денег же у меня полно. И, кажется, она опять забыла, что у меня завтра днюха, — сказала я с покерфейсом.       — Твоя мама вообще охренела?! Между прочим, они как раз таки на твои деньги и летят, так ведь?       — Да.       — Чё делать будешь?       — А что ещё остаётся? — спросила я, с грустным лицом посмотрев в пол, но уже в следующую секунду направила свой озорной взор на Катьку: — Конечно, веселиться! Завтра моя днюха. И я, если честно, сама думала, как выпроводить их. Да и, тем более, они улетели на целую неделю!       — Я так и знала, что ты притворяешься, — и мы обе засмеялись.       В таком хорошем настроении я провела остаток дня в школе и побежала домой. Нужно ещё убраться, вкусняшек приготовить, выпивки купить. Ведь завтра мой самый лучший день… Мне исполняется восемнадцать лет. И я как полноправный взрослый человек смогу наконец-то съехать от этих людей и забрать все деньги себе. Чтоб им пусто было. На радостях я забегаю в квартиру, пропустив мысль о том, что уж больно хорошо всё складывается, да и в доме какой-то запах странный. Но я, решив не забивать себе голову странными вещами, открываю окна и, переодевшись, беру пылесос. Но, как только я вставляю вилку в розетку, чувствую, что всё моё тело начинает гореть, а затем рассыпаться на мелкие кусочки. И до того, как я провалилась во тьму, в голове успевает проскочить мысль: «Всё-таки эта тварь добилась своего!».