Тепло

Всё вокруг объято чернильной тьмой, слабо веющей холодом. Глаза болят от напряжения; вглядываться в неизвестность, порядком, утомляет. Но ни усталость, ни количество проведённого здесь времени не ощущаются вовсе, а в голове пусто, будто тебя накачали морфием и не дали оклематься. Бесцельное хождение по мерзкой жиже сопровождается необъяснимым гложущим чувством тревоги, мол, остановишься - утонешь в гнили или твой мозг взорвется от противного белого шума; проверять не хотелось вовсе. Дежавю будто преследовало по пятам, сознание не успокаивалось, и в голове поселилась нещадная мигрень. Внезапно появившееся слабое-слабое тепло повлекло за собой табун мурашек, и ощущение нереальности происходящего охватило разум моментально, вызывая непонятную дрожь. Страшно не было. Жутко? Ни разу. Было никак. Тепло манило к себе, и казалось самым правильным поступком идти к Нему навстречу. Как будто так и надо, будто это само собой разумеющееся, будто всё вокруг - глупый сон. Но Тепло вдруг протягивает руки, тянет их лучами солнца, согревает, дарит надежду, принимает человеческий вид и смотрит улыбающимися глазами в безотрадную душу. — Ты пришёл. — Его слова, кажется, звучали не в пространстве, а грели черепную коробку изнутри. Они звучали облегчением и самой тяжелой ношей одновременно, звучали чем-то знакомым, родным и совсем далеким. Но юноша молчит, смотрит в глаза-звёзды и будто питает их свет. Рядом с Ним нет белого шума, навязчивых голосов и постоянной мигрени; рядом с Ним тепло и с этим теплом хочется остаться навсегда, хочется не забывать это чувство и больше не терять его. — Как ты? — шепчет Тепло, беря юношу за руку и уводя куда-то в необъятную черноту. Но слова застревают в горле, и ответом становится крепче сжатая ладонь. Оно улыбается. — Сяо, я волнуюсь за тебя, — на выдохе произносит Солнце, всё так же не оборачиваясь назад, — Таблетки ничего хорошего не принесут. Таблетки. В голову вдруг что-то отстреливает, резко чувствуется бешеное биение сердца, грудная клетка болит и дышать становится тяжело. Удушье вводило в панику, чувство беспомощности взяло верх, и Сяо падает на колени в мерзкую жижу. Тепло смотрит. Прожигает взглядом. Улыбается. — Доброй ночи. Сяо открывает глаза, дышит часто-часто до темноты в глазах. Задыхается. Руками шарит по тумбочке, что-то падает на пол, что-то разбивается, дрожь в теле не даёт полноценно себя контролировать. Беря баночку с препаратом, высыпает неприемлемую горсть и махом закидывает в рот. Глотает, корчится горечью. Подступающее чувство тошноты ощущается в горле тягостной мерзостью. Хочется разодрать себе шею или вспороть живот. Он бессильно падает обратно на липкие подушки, чешет в кровь себе руки и искусывает губы. Пусто. В голове, внутри. Ватой будто забита вся черепная коробка. И обреченность никак не хочет сменятся смирением. Ты мой вечный сон, мой вечный кошмар, в котором хочется остаться навсегда и не возвращаться никогда. Ты моё Тепло, моё погасшее Солнце, затихшая Сверхновая. Ты… почему ты ушёл от меня?